Посвященная. Как я стала ведьмой - Аманда Йейтс Гарсиа

следующий год: «Поскольку ты мой свидетель, я клянусь тебе, ради большего блага всех, кто вовлечен в это, и большего блага всего живого, я связываю себя словом…» Так я обошла всю группу. Для здоровья я пригласила Лорен. Ту, которая не употребляет сахар, не выкурила ни единой сигареты за всю жизнь и готова поехать в час пик на другой конец города (это то, что поймет любой житель Лос-Анджелеса) ради покупки домашних яиц у какой-то мадам, которая держит своих кур на заднем дворе и кормит их исключительно органическим кормом. Для изобилия я пригласила Джейд, подругу, которая всегда вдохновляет меня, поскольку она ожидает, что ее будут ценить за ее работу. Первая из всех открывшая пенсионный счет, Джейд всегда требует повышения выплат и всегда их получает, но она всегда вносит свой вклад в этот мир, выбивая финансирование для приютов, в которых живут женщины, побитые жизнью, и добровольно участвуя в кампаниях, призывающих идти на выборы и голосовать. Для мудрости я пригласила Джордан, социального работника по вопросам бездомных и двойного Рака по гороскопу: она всегда ставит свои взаимоотношения с другими людьми на первое место, перед всем прочим, и помогает мне понять, что величайшую силу мы можем получить, лишь культивируя чувство общности в каждом из нас.

Когда ты собираешь вместе всех своих друзей, чтобы они помогли тебе достичь специфических целей, происходит что-то величественное и мощное. Ты узнаешь их, ты почитаешь их. Ты произносишь: «Ты важен для меня», – и они эхом отзываются тебе. Это создает сеть силы, батут, и в моем случае он подкинул меня вверх, немного ближе к тому, чтобы найти свое настоящее предназначение в этом мире.

Каждая из приглашенных напомнила мне о чем-то, что мы делали вместе; каждая принесла мне предмет, символизировавший желание, что-то, что они надеялись взрастить в своей жизни, в моей и в мире, нас окружавшем. Было здорово видеть своих друзей в свете свечей, петь песни, которые я помнила еще с детства. Каждая подруга добавила свое желание, и мы вместе сплели сеть, связывавшую нас воедино. Я прочитала Приказ Звездной Богини:

Я, Которая есть красота зеленеющей землии белеющей луны среди звезд,и загадок всех вод,Я призываю твою душу восстатьи прийти ко мне.

Я еще не стала более-менее профессиональной ведьмой, не стала Оракулом Лос-Анджелеса, когда исполняла эту церемонию; и тем не менее она выполнила свое предназначение. Она воссоединила меня с моими корнями, с моим народом. Сатурн привел меня обратно к земле. Прикоснуться к ней – вот что действительно ценно и важно в моей жизни. Церемония не была идеальной. Сейчас у меня есть более сильное ощущение каждой части ритуала; важно знать, почему и зачем ты исполняешь каждую его часть, и развивать свои собственные взаимосвязи с ним. Но хотя он и оказался тогда немного неуклюжим, после церемонии у меня появилось ощущение правоты и справедливости.

В ночь своей первой церемонии я поняла, что ничто не сможет дать мне такое чувство удовлетворения, какое приносило ведьмовство. Никакой любовник, никакая работа, деньги или карьерный рост. Ведьмовство и есть любовь; собственно, это – обручение с жизнью. Ведьмовство отметило крестом то место, где я осознала, что не только не зависела от милосердия мира, но и была способна создать такой мир, какой хотела, вместе со своими друзьями. Эта сила казалась чем-то неопровержимым и настоящим, чем-то, что никогда не подвергнется сомнению и никем не будет отобрано. Я знала, что это то место, куда я всегда могла вернуться, мой корень, мой Четвертый дом, мой терруар.

Глава двенадцатая. Как путешествовать по преисподней и вернуться домой живым

Можем ли мы себе представить построение наших жизней, опираясь на общину, состоящую из наших связей с остальными, включая животных, воду, растения и горы… не невыполнимое обещание вернуться в прошлое, но возможность воссоздания силы из коллективного принятия решений относительно нашей судьбы на земле.

Это то, что я называю волшебным возрождением мира.

Сильвия Федеричи, «Волшебное возрождение мира»[129]

Тоннелеподобное пространство галереи было пустым, но я слышала толпу, собравшуюся за входной дверью. Внутри царила тишина, лишь мерцал аквариум света, исходившего от кинопроектора, расположенного на стене позади меня. По меньшей мере еще десять артистов должны выступить с тот вечер в Human Resources[130]. Все внутреннее пространство офиса на верхнем этаже заполняла известково-красная глина, слой которой доходил до щиколоток. Внизу, в главной галерее, съежилась я в коробке размером приблизительно с большой холодильник, – храм из картона, который я себе построила. День открытия я провела в этой галерее, повторно собирая все, что нужно, застилая полы вязаными коврами с геометрическими узорами цвета свеклы и индиго, одеялами из овечьих шкур и плюшевыми подушками. Через несколько мгновений куратор распахнет парадные двери напиравшей толпе зрителей, причастных к искусству: артистов, писателей, коллекционеров, университетских профессоров. В этом картонном храме должно состояться мое первое появление в роли оракула Лос-Анджелеса.

Прошло уже несколько лет с тех пор, как я исполнила первый официальный ритуал со своими подругами. После той церемонии, состоявшейся на мое тридцатилетие, моя мама подарила мне свою Книгу Теней, и под ее руководством стартовало мое изучение заклинаний и ритуалов, которые она записывала там. Я достала все ее старые ведьмовские книги и начала тщательную ежедневную практику. Я брала уроки у целителей, старших ведьм и шаманов. Я дала клятву Богине, силе этой жизни во всей ее болезненной красоте и мощи, что я поставлю ее на первое место в своей жизни.

С момента моей церемонии на день рождения я проводила персональные ритуалы и семинары для маленьких групп. Но этот вечер в Human Resources должен стать первым разом, когда я буду выполнять магическое действо публично, перед людьми, которые не пытались активно помочь в моих стремлениях практиковать магию, людьми, которые не знали ничего о том, чем я занималась. Я заставила свое дыхание замедлиться, закрыв глаза и позволив зрению приспособиться к тусклому освещению, проникавшему внутрь через дюжины окошек размером в пару сантиментов, которые я вырезала в картонных стенах ножом для писем, сидя на лужайке позади своего дома. Мне потребовались дни, чтобы собрать маленькую кабинку оракула – конструкция шаталась и рассыпалась от порывов ветра, в то время как я упорно трудилась, помогая себе скотчем и мешками, наполненными песком, чтобы заставить ее стоять. Теперь она была реконструирована в помещении галереи, а я стояла на коленях внутри, позади алтаря, на котором располагались электрические свечи, погремушка, небольшая кучка косточек и прочие инструменты для прорицания. Вдыхая аромат эфирного масла ладана, нанесенного на ладони, я пыталась успокоить свои нервы и прислушаться к интуиции.

Моя доморощенная