Красный корпус - Илья Романов

— Кгхм, Демидов, — выбил меня из своеобразного транса голос завхоза. — Ты как? Нормально?

— Да, — кивнул я, не отпуская меч. — Где ножны для неё?

От моего сухого, не терпящего возражений тона, военные подались назад и переглянулись между собой с разными эмоциями. Возможно, они и хотели бы узнать, почему я характеризовал меч, будто это не просто артефакт, а женщина, но они не поймут. Смертным не дано понять возникшую между нами связь.

— Да-да, сейчас, — зачастил усатый, стараясь не встречаться со мной взглядом. — Вот, держи!

Ножны, такого же чёрного цвета с узором красного цветка, оказались в подложке футляра. Алая Роза с приятным слуху шелестом вошла в них, словно только этого и ждала.

— Не пристало воспитанной даме быть раздетой, да? — одними уголками губ улыбнулся я, закрепил меч на поясе и нежно огладил ладонью рукоять. — На этом всё, господа? Никаких бумаг подписывать не нужно? — обратился к мужчинам и те вразнобой кивнули. — В таком случае, благодарю.

Я пошёл на выход из арсенала, оставив пребывающих в странных чувствах завхоза и его коллегу. Пожалуй, перед тем, как начать задавать вопросы, стоило поблагодарить Спицына. Иллюзий я не строил, меч мне не принадлежал в полной мере, а был выдан, чтобы… а вот здесь вариантов много, но, думаю, скоро я узнаю для чего.

— Вижу старушка тебя приняла, да? — стоило мне оказаться на улице, как сбоку раздался насмешливый голос.

Говорившим оказался молодой парень, привалившийся к стене плечом и сведёнными на груди руками. Среднего, почти одного со мной роста. Униформа Корпуса без знаков отличия на нём была одета кое-как, создавая неряшливый, но при этом одновременно гармоничный вид. Навскидку ему было лет двадцать пять — тридцать. Несколько резковатые черты овального лица, лёгкая щетина. В русых растрепанных волосах была заметна ранняя седина, а карие, с красноватым отливом глаза смотрели на меня с вызовом и насмешкой.

— Чего молчишь, язык проглотил? — усмехнулся он, двинувшись ко мне плавной, тягучей походкой. — Ты же ведь Демидов?

— Да, — кивнул я, внимательно рассматривая незнакомца, который точно не был новобранцем, но и на старожила Корпуса не сильно походил. Слишком он был… неправильным для этого места. — С кем имею честь?

Парень широко оскалился и вместо ответа в один шаг, очень быстро, оказался напротив меня. А затем в моё лицо полетел кулак, от вида которого мои инстинкты просто взорвались опасностью! Потому что скорость и сила удара были таковы, что могли меня запросто убить на месте.

* * *

Территория Красного Корпуса.

Спицын Евгений Евгеньевич вошёл в выделенный ему руководством Корпуса кабинет, что должен стать его рабочим местом на время преподавательской деятельности. Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь светом фонарей, пробивающихся сквозь окна. В воздухе витал запах ремонта — свежей краски и дерева.

Включив свет, мужчина повесил головной убор на вешалку, снял пиджак и направился к столу. Оборудование в Корпусе было одним из лучших, а потому включившийся комьютер было практически не слышно.

В один из немногих разъёмов вошла флешка, которую мужчина вытащил из своего кармана, и в этот же момент картинка рабочего стола на вспыхнувшем экране пошла рябью. Несколько секунд ничего не происходило, пока рябь не прекратилась, а перед глазами мужчины предстало абсолютно серое окно, на котором выделялся едва различимый тёмный, человеческий силуэт.

— Докладывай, — искажённый помехами голос эхом должен был отразиться от стен кабинета, но артефакт шумоподавления, который на многие годы опережал местное развитие артефакторики, не позволил этому случиться.

— Контакт с объектом налажен, — расслабил Спицын галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки.

— Подробности, — потребовал собеседник.

— Пока что рано говорить, — откинулся Евгений Евгеньевич на спинку кресла, вытянул ноги и выдохнул. Впервые за этот тяжелый день он мог отдохнуть. — С первым заданием он справился идеально, уложившись во времени, но я уверен — он специально медлил. У него не возникло удивления или каких-либо сложностей.

— Продолжай.

Спицын чуть помедлил, собирая в голове образ Демидова Константина, за которым его приставили наблюдать. Одного дня мало, чтобы сформировался полный портрет, даже на основе уже полученных данных и досье, но кое-какие мысли появились. Ими он и решил поделится.

— Объект старается быть скрытным, но на фоне своих сверстников выделяется слишком сильно. Судя по записям и полученным докладам, обладает даром тела, но и способен к свободной манипуляции нейтральной энергии. Сданный тест это подтверждает, как и мои ранее сказанные слова. Обладает лидерскими качествами, но не кичится ими, а направляет остальных. Чувствуется опыт, не свойственный его возрасту, но это можно объяснить воспитанием.

— Ты решил проблему с Голицыной? — перевёл тему собеседник, а Спицын прекрасно знал, что всё озвученное им уже записалось и скоро отправится на стол начальству. — Она слишком заинтересована им. Мы не можем допустить, чтобы объект попал под её влияние.

— Я веду работу в этом направлении, скоро будут результаты, — кивнул мужчина, чуть поморщившись. Он привык работать тонко, но с облеченными властью иногда приходится идти на более серьезные меры, чтобы добиться результата. Вот только начальство против подобных методов. Во всяком случае сейчас. — Род объекта обладает всей нужной информацией, чтобы не допустить внешнего влияния. Руководство Корпуса не допустит внутреннего.

— Свяжи ей руки, Женя, — впервые за весь разговор собеседник обратился к нему по имени. — Действуй мягко, но если эта женщина не отступит, то её родом и ею самой займутся другие. Объект слишком ценен для нас из-за потраченных ресурсов и сил. Мы не можем допустить, чтобы он достался Голицыным.

На какое-то время возникла пауза в разговоре, а спустя почти минуту Спицын осведомился:

— Вы всё ещё придерживаетесь плана взаимодействия всей группы? Я могу сделать так, чтобы объект не был скован балластом.

— Это приведёт к ненужному вниманию, — отрезал собеседник сухим тоном. Впрочем, из-за помех это едва было возможно различить. — Действуй согласно утвержденному плану. Наблюдай за объектом, обучай его и приведи к нам. Он должен быть готов, когда настанет время Посвящения.

Спицын едва заметно скривился. В идеале объект стоило и вовсе оградить от сковывающих его слабых членов группы, чтобы ускорить исполнение плана, но спорить с начальством Евгений не желал. Чревато это.

— Посылка получена? — спросили с той стороны монитора.

— Да, — кивнул мужчина. — Он уже должен был забрать её.