«Ваше сердце под прицелом…» Из истории службы российских военных агентов - Михаил Ефимович Болтунов

— Не дергайтесь, полковник. Вам здесь не место.

— Я дипломат! — громко сказал Иван Иванович, пытаясь привлечь внимание присутствующих в зале людей. — Вы не имеете права так обращаться со мной.

Но агенты ФБР упорно тащили его к выходу.

— Вы не можете посещать эту библиотеку.

— А где сказано, что русским сюда вход запрещен?

В конце концов, вытолкав его из библиотеки, они заявили: здесь больше не появляйтесь.

Возвратившись в аппарат атташе, он доложил генералу Родионову о произошедшем инциденте. Александр Иванович позвонил в Пентагон и высказал свое возмущение действиями агентов ФБР. Там пообещали разобраться. Но вразумительного ответа так и не последовало.

Однако чаще всего американские «контрики» старались действовать скрытно, делать гадости исподтишка, не привлекая внимания общественности.

1 мая 1960 года зенитной ракетой одного из подразделений нашего ПВО в районе Свердловска был сбит американский самолет-шпион У‑2, пилотируемый летчиком Пауэрсом. Пилот спустился на парашюте и был арестован.

На парижской встрече глав государств СССР, США, Великобритании и Франции Н.С. Хрущев в резкой форме потребовал от американцев извинений, заверений о прекращении разведывательных полетов над советской территорией, наказания виновных. Лишь в этом случае он будет участвовать в работе совещания, поставил такое условие советский руководитель.

Но американская сторона отказалась приносить извинения и наказывать виновных. Эйзенхауэр заявил лишь о прекращении шпионских полетов над СССР. После этого официальная делегация Советского Союза покинула заседание. Конференция была сорвана. Москва отменила визит Эйзенхауэра в СССР.

Все эти политические события, рост напряженности в отношениях двух стран самым непосредственным образом сказались на работе советских военных дипломатов.

В прессе развернулась широкая антисоветская кампания, агенты ФБР усилили свои провокационные действия. На экранах телевизоров вновь появились предатели, бежавшие из СССР, в бензобаках автомобилей двух сотрудников посольств оказался сахарный песок, на выходе из магазина была задержана жена помощника военно-морского атташе, якобы укравшая четыре фунта говядины. На следующий день американские газеты разразились гневными статьями о том, что русские дипломаты голодают и потому воруют мясо.

Под «каток» провокаций фэбээровцев попал и подполковник Лезжов. Однажды утром по пути следования в аппарат атташе двигатель «шевроле» Ивана Ивановича неожиданно заглох.

Оглядев двигатель и не найдя ничего подозрительного, Лезжов вновь двинулся в путь. Но через несколько минут машина вновь встала. Пришлось вызвать автомобиль для буксировки «шевроле» на техническую станцию. Автомеханик, осмотрев машину, сделал вывод, что двигатель в полном порядке. «Мне кажется, в ваш бензобак что-то подложили», — заключил он.

Пришлось в посольском гараже снять бензобак и внимательно его осмотреть. Оказалось, туда была помещена полиэтиленовая планка. При начале работы мотора она опускалась на дно и перекрывала горловину бака. Вот, собственно, и вся нехитрая механика. Однако, надо признать, придумка по тем временам была оригинальная. Чувствовалось старание и изобретательность контрразведки в деле организации провокаций и мелких гадостей.

С целью изучения авиационной базы

Важнейшим направлением в разведывательной работе легального аппарата были выезды советских офицеров по штатам США. В ту пору еще не существовало космической разведки, и поэтому выявлять или уточнять нахождение того или иного военного объекта приходилось в ходе таких выездов. Разумеется, фэбээровцы всячески старались помешать работе военных дипломатов.

Первые поездки в города Тампа и Санкт-Питерсбург в штате Флорида, в город Денвер в штате Колорадо и в город Чикаго в штате Иллинойс подполковник Лезжов совершил под руководством старших коллег — генерала Костюка и полковника Едемского.

Потом, получив достаточный опыт, он сам возглавлял такие выезды. Как правило, в дорогу отправлялись вдвоем с офицером военно-морского аппарата Иваном Ивановым. Их так и прозвали в своем кругу — «четыре Ивана». Задачи им ставились серьезные. Например, побывать в районе строительства пусковых шахт баллистических ракет «Титан» или выяснить точное нахождение позиций установок ракет «Минитмен», которые также вскоре должны были войти в строй. Эти районы, конечно же, запрещалось посещать советским военным дипломатам.

А вот тут уж следовало извернуться так, чтобы и овцы были целы, и волки сыты. То есть и развединформацию добыть, и агентам ФБР не подставиться.

Итак, баллистические ракеты «Титан». О них много и хвастливо писалось в американских газетах, но без указания конкретного района размещения. Лезжов и Иванов вылетели в штат Небраска, потом совершили поездку по штатам Айдахо, Вайоминг, Юта, Невада и Колорадо. В разных городах осмотрели достопримечательности, собрали информационный материал в торговых палатах.

«Поездка проходила в условиях хулиганского (другого слова не подберешь), — вспоминал Лезжов, — поведения агентов ФБР. Были попытки организовать провокацию во время посещения городов, а при движении по маршрутам сбросить нас с проезжей дороги в кювет. Они выдвигали также одну из машин агентов вперед перед нами, затем резко тормозили, чтобы мы врезались в их машину.

В течение десяти дней поездка проходила на дотошное испытание нервов. Но самое главное, что беспокоило, мы пока не выполнили задачу по обнаружению строящихся позиций ракет».

И вот однажды разведчикам улыбнулась удача. Проезжая по границе запретной зоны, они увидели примерно в километре большую стройку. В этот момент со стройки выехало два десятка автомобилей и автобус.

Тут же начали действовать агенты ФБР. Их автомобиль подъехал почти вплотную, и американец крикнул Лезжову:

— Полковник, тут не делай съемку. На вершине горы лучший обзор.

«Контрик» оскалился:

— А потом нам пленку отдашь.

Но разведчики проехали мимо горы и двинулись вперед, словно ракетные позиции их не интересовали. Отъехав на сотню километров, офицеры разработали план дальнейших действий.

Остановившись в местной гостинице, они отдохнули и выехали в город, чтобы изучить режим работы уличных светофоров. Завтра утром решили дать «бой» наглым фэбээровцам: оторваться от «хвоста» (а это означало большие неприятности для старшего группы «контриков») и возвратиться в район строящихся позиций.

«На светофоре, — напишет позже Лезжов, — я разбросал автомашины агентов, выехав из города в перпендикулярном от нашего маршрута направлении. Затем в течение восьми часов мы двигались по второстепенным и даже грунтовым дорогам, прибыв в интересующий нас район после 18 часов местного времени, то есть после отъезда рабочих с объекта».

На удивление, стройплощадка, огороженная забором, имела ворота, которые были широко раскрыты. Охраны не было. Разведчики сфотографировали конструкции возводимой ракетной шахты, а на другой площадке — окончание работ.

Ночь Лезжов и Иванов провели рядом с городом, где ушли от «хвоста». Утром, протерев пыль с