Хранительница - Иса Белль

Закончись!

Закончись!

Это воспоминание. Кошмар прошлого, вызванный настоящим. Я контролирую это! Я. ЗДЕСЬ. ГЛАВНЫЙ. Мне нужно идти. Нужно помочь Ангелу. Я не могу позволить ей умереть.

Покинуть меня.

Мои глаза были прикованы к тому, что оставило за собой один из самых ярких отпечатков внутри моего подсознания, когда я вертел по кругу одну и ту же мысль, пытаясь выбраться и прийти в себя:

Меня зовут Деметрио Асторе. Мне двадцать два года. Я – Советник Каморры. Наёмник. И люблю девушку по имени Эбигейл Девора, которая находится в опасности. Меня зовут Деметрио Асторе. Мне двадцать два года. Я – Советник Каморры. Наёмник. И люблю девушку по имени Эбигейл Девора, которая находится в опасности. Меня зовут Деметрио Асторе. Мне двадцать два года. Я – Советник Каморры. Наёмник. И люблю девушку по имени Эбигейл Девора, которая находится в опасности.

А затем прозвучали три выстрела, после одного из которых жизнь моей мамы резко оборвалась.

И родился Ангел.

***

Человек.

– Идём! – кто-то толкнул меня в спину.

Я распахнул веки. Эбигейл пропала из поля моего зрения.

Витрина ресторана была разрушена. Люди бежали оттуда, но не она. Её не было. Не было. Не было. Где она?

Что-то щёлкнуло у меня в голове, контроль над телом снова стал принадлежать мне, и я развернулся в сторону выхода, за дверью которого уже исчезла Арабелла.

Кроваво-красная пелена стала медленно опускаться на глаза. А затем я сорвался с места и больше не помнил ничего, кроме…

Трясущегося от боли тела Эбигейл в моих руках.

Моя Святая Дебора – человек.

А я – её защитник. Обещанный ангел смерти.

Глава 23

Эбигейл

Всё произошло слишком быстро.

И под «слишком» я подразумевала то, что не успела заметить смену локаций.

Я хотела побывать в домике в лесу?

Как понимаю, именно в нём в итоге и оказалась.

Не знаю, сколько времени прошло, но будто всего мгновение назад одна из сотен проезжающих мимо машин внезапно остановилась и люди из неё открыли огонь. Большое окно, рядом с которым я сидела, разбилось, и тысячи больших и маленьких осколков полетели в меня. Жгучая боль пронзила лицо и верхнюю часть туловища, прежде чем я упала на пол, пытаясь спрятаться от потока острых фрагментов, после чего живот и ноги так же столкнулись с ней.

Кто-то держал меня.

Я отчётливо помнила прикосновения рук к своим плечам, которые удерживали меня на месте, не позволяя шелохнуться.

Забрав возможность прикрыться.

Я могла только зажмуриться.

И молиться.

Ты предал Себя за нас ради спасения души человека. Сегодня моё тело страдает, охваченное болезнью. Верю и знаю, что Ты можешь даровать мне исцеление, если такова будет воля Твоя. Прошу Тебя, помоги мне с миром в сердце принять Твою волю.

Когда шум и крики стали утихать, я, найдя в себе силы приоткрыть веки, потому что на большее по какой-то причине не была способна, увидела рядом Деметрио. Ангел. Свет, ослепляющий меня, кружил вокруг него. Он лишь мгновение держал моё лицо в своих больших ладонях, после чего поднял на руки, и я потеряла сознание.

А затем оказалась здесь.

Арабелла привела меня в чувство нашатырным спиртом. Её взгляд был другим. И я сразу поняла, что что-то не так, но не только поэтому, а ещё потому, что смогла открыть только один глаз.

– Что… – прохрипела я.

Девушка преподнесла стакан к моим губам, слабо наклонила его и помогла мне отпить немного воды. В горле пересохло. Я жадно глотала и глотала, глотала и глотала, пока не стала кашлять. Когда Арабелла поставила стакан обратно на стол, я заметила, что его край испачкан кровью.

– Я бы не стала будить тебя, но Гейл и Дэниел на другом конце штата, а ты… – Она поджала губы, не договорив и оставив меня в полной неизвестности, которая прошла быстрее, чем я успела разозлиться из-за того, что мне не договаривали.

Адреналин в моей крови почти не давал мне чувствовать.

До того момента, как я поняла, что должна была.

Волна острой боли прошла от макушки до кончиков пальцев на ногах. Каждый сантиметр кожи обожгло невидимым огнём.

Прерывисто вздохнув, я широко открыла рот в безмолвном крике, словно потеряла свой голос. Меня качнуло в сторону, но тот, кого я не успела заметить ранее, удержал моё тело в сидячем положении.

Подняв голову выше, заметила Деметрио.

Его руки, грудь и шея были испачканы кровью.

Но он не был ранен. Потому что эта кровь – моя.

Вся кровь здесь моя.

Исключительно моя.

Его губы дрожали.

Почему он так на меня смотрел?

На что он смотрел?

Вспомнив о боли, которая всё ещё поглощала меня, подняла руку и дотронулась до места, от которого исходили самые жгучие импульсы.

Вместо одного старого рубца кончики пальцев прикоснулись к чему-то мягкому, склизкому и рваному. Я стала осторожно ощупывать себя, натыкаясь на вспоротые части кожи в областях носа, щёк, глаз, лба и подбородка.

Моё лицо превратилось в месиво.

По-другому это нельзя было назвать.

– Я избавилась от больших осколков, но не стала трогать мелкие, чтобы не вогнать их ещё глубже. Тебе придётся сделать это самой, – предупредила Арабелла. – Я всё подготовила.

Она осторожно взяла меня под локоть и подняла, не дождавшись моего согласия, потому что сейчас оно было совершенно не важным. Если я не спасу себя сама, то умру от потери крови, а этому не бывать. Никто не согласен с таким исходом.

Арабелла не отпускала меня на протяжении всего пути до ванной комнаты. Ноги подкашивались из-за дрожи во всём теле, но я продолжала ковылять рядом с ней, пока не остановилась напротив зеркала, ужаснувшись от увиденного.

От себя.

Я знала, что всё плохо. Была готова встретиться с кошмаром, однако это… Меня затошнило от собственного вида. Десятки порезов. Глубоких и не очень. Будто моё лицо использовали вместо доски для метания ножей. Одно веко было разорвано, глазное яблоко налилось кровью. Желчь вырвалась из горла, когда я представила, как стану выглядеть после того, как кровь смоется, отёк спадёт и раны затянутся. Успев вовремя склониться над унитазом и обхватить ладонями его ободок, удерживая себя на одном месте, избавилась от остатков в желудке.

Арабелла стояла сбоку, держа мои волосы, но Деметрио рядом не оказалось. Можно было не оборачиваться, чтобы удостовериться в этом. Я всегда знала, когда он был в комнате вместе со мной.

Он не пошёл следом за