Леди Ванесса. Часть 3 "Отрочество" - Сергей Валентинович Хабаров

в тыл вернулся один фургон с ними тремя, то это дезертирство, а так — есть целая толпа свидетелей. Вторая причина — это то, что он не мог допустить, чтобы во время пути началась грызня за продукты. Теперь над ними нет офицеров, и это сборище калек при любой сложности превратится в неорганизованную, агрессивную толпу, а хуже агрессивной толпы может быть только голодная толпа.

По началу в караване царила тишина и уныние. Но потом люди взбодрились. Да, каждый из них потерял здоровье на этой войне, но с другой стороны самое страшное уже позади. Впереди только мир и пенсия, положенная инвалидам войны, пусть не большая, но к ней ещё дадут неполное гражданство, а если повезёт, то и полное. Всё зависит от заслуг на поле брани. Каждый день караван останавливался на привал. Солдатам нужно было менять повязки и набраться сил перед следующим днём. То, что за неделю в караване от полученных ран никто не умер — была заслуга Ванессы. Регенерина на всех не хватало, так что она делала из регенерина раствор и пропитывала им бинты. Даже так чудотворная жидкость помогала: раны не гноились и быстро затягивались. Отдельной похвалы удостоились те женщины, что ехали с ними. Говорят, что проститутки не работают в долг — оказалось, что работают. Не известно из корысти или просто из жалости, но на чётвёртый день среди фургонов стали раздаваться сладострастные стоны.

Шакал лежал на крыше фургона, свесив сверху ноги, и горланил песню; из фургона ему подпевали, и подыгрывала на гитаре Ванесса:

Наплевать, наплевать, надоело воевать,

Ничего не знаю, моя хата с краю.

Моя хата маленька, печка да завалинка,

Зато не казённая, а своя законная.

Ты Ерема, я Фома, ты мне слово, я те два,

А бумажечкy твою я махорочкой набью.

Ты народ, и я народ, а мня дома милка ждёт,

Уж я её родимую приедy сагитирую.

Слава тебе, Господи, настрелялся досыти,

Для своей для милушки чуток оставлю силушки.

Наплевать, наплевать, надоело воевать,

Были мы солдаты, а теперь до хаты.

Он вытянулся на крыше фургона, нежась под тёплыми солнечными лучами. Они сейчас на юге и тут было вечное лето — сказывалось близкое соседство с государствами эльфов. Рафнийцы снимали по 5 урожаев в год со своих земель и кормили своими продуктами весь континент.

На горизонте стремительно увеличивалась чёрная точка. Это гномий дредноут; каждый день он совершал над ними пролёт. Вчера он летел в сторону эльфов, сейчас возвращается обратно, торгует чем-то. Если бы он их подобрал, то смог домчать их до Геранска за один день.

— Шакал, как твои руки, что-нибудь чувствуешь? — сбила его с мыслей Ванесса.

— Чувствую, — обнадёжил он Ванессу, но тут же сразу обломал, — Чувствую, что отторглись, надо на следующем привале их отрезать, чтобы заражение крови не началось.

— *** — донеслась грязная брань из фургона, — В таких условиях хирургические операции не проводятся. Тебе нужна хотя бы неделя на реабилитацию, а ты в фургоне трясёшься.

— Не в фургоне, а на фургоне, — поправил её Шакал, совсем не расстроившись приближающейся повторной ампутации конечностей — У тебя же есть регенерин, почему ты им не пользуешься?

— У меня не получается настроить его так, чтобы он соединял живую плоть с неживой или едва живой. Он автоматически запрограммирован затягивать раны.

— Больше практики, уверенности в себе, госпожа, и всё у вас получится.

— Шакал, а что такое, по сути, этот твой регенерин? Вы с Вас постоянно о нём говорите, но я не понимаю, что это такое.

— Ха, забавно, я уже давно его использую, но сама ни разу не задавалась этим вопросом, — откликнулась Ванесса.

— Ну, моя милая леди Алиса, это очень длинный разговор. Если коротко: я бы назвал регенерин неорганизованной группой одноклеточных нано ботов биологического происхождения, но вам с госпожой Ванессой такие термины незнакомы.

— Ну, я поняла только: неорганизованные, биологические, группа и одноклеточные, — почесав затылок, ответила Алиса.

— Тогда давай попроще: ты знакома с концепцией стволовых клеток?

— Да, это клетки без чёткой специализации, способные принимать любые свойства других клеток.

— Во-о-от, а теперь представь себе, что регенерин — это та же стволовая клетка, только стволовая клетка — это крестьянское ополчение, а регенерин — это закованный в руническую броню эльфийский паладин с магическим оружием и верхом на виверне.

— Э-э-э-э? — многозначительно протянула Алиса.

— Ну, как смог, — хмыкнул Шакал, переключив своё внимание на приближающийся гномий дредноут.

Тот как раз нагонял их караван и снижался.

— Странно, он никогда так низко раньше не летал.

Дредноут распахнул свой грузовой люк и оттуда посыпались десятки тонн древесины. Поленья за считанные секунды похоронили под собой несколько фургонов и сплошным водопадом приближались к их фургону.

— Скорее лезьте под фургон!!! — крикнул Шакал, первым спрыгивая с крыши и показывая пример.

Глава 154 ок

Паленья сыпались отовсюду, под фургоном их засыпало так, что они еле-еле могли двигаться. С жутким хрустом не выдержала и обломилась крыша фургона, но сама основа выдержала. Всё, что они могли сейчас — это лежать в темноте, едва ли не полностью засыпанные древесиной, и ждать, когда их откопают. На их счастье, Стронг и близко не шёл с караваном: повозки двигались с черепашьей скоростью, так что Стронг часами мог заниматься своими делами, а к вечеру нагонял караван, когда люди устраивались на ночлег и ужин. Потерять их ему было сложно, он находил их сам по запаху. В последний раз, когда Шакал его видел, здоровяк ползал на четвереньках по полю и ловил кузнечиков. Оставалось только ждать, когда Стронг их откопает.

— Зачем они это сделали?! За что? — возмущалась Алиса.

— Деньги, разумеется, — хмыкнул Шакал.

— Когда это мы успели задолжать деньги гномам?

— А причём тут гномы, я о геранцах. Им не выгодно наше существование.

— Но почему? Как, дирижабль же гномий?

— Дирижабль гномий, а наниматель геранский. Не удивлюсь если на его борту был геранский офицер, который приказал открыть грузовые люки.

— Но за что, мы же за них воевали?!

— Вот за это они нас здесь и закопали, всем инвалидам войны, не способным дальше к боевым действиям, положена пожизненая пенсия. В Геранске алигархат, пенсионеры для них — чистый убыток.

— Почему нас тогда просто не закидали стекольными бомбами? И стоило из-за этого терять ценный груз?

— Во-первых, если бы они так поступили, то это было бы уже военное преступление, совершенное на своей территории, а так — просто чс. Скажут, что у