Орлы в буре - Бен Кейн

Он ухватится за эту возможность обеими руками. — Мои мальчики готовы.

— Пусть боги даруют нам победу. — Бассий сдержанно кивнул Туллу.

— Увидимся позже.

— Выпьем по чаше вина, командир. — Ни один из них не знал, выживет ли другой, но желать чего-либо, кроме лучшего исхода, было

плохой приметой.

Тулл подождал, пока мимо пройдут Бассий и его солдаты. Подняв

свисток, висевший у него на шее, он дал три коротких сигнала. Обученные

распознавать его команды, его люди замерли. — Мы следуем за орлами, братья! — закричал Тулл. — Мы отомстим Арминию?

Они с энтузиазмом кричали ему в ответ.

— Поднять щиты. Копья к бою. За мной! — Подняв щит, Тулл

двинулся за центурией Бассия.

Опасность и смерть манили, но Тулл не чувствовал себя таким живым

уже много лет.

142

Глава XXI

Солнце палило нещадно, его свет ослеплял. Все тело Пизона было

покрыто потом, а во рту было сухо, как сух кусок хлеба месячной давности.

Его сердце билось так, как будто он только что пробежал десять миль, а щит

в его левом кулаке превратился в чистый свинец. Любой металл, который

был на Пизоне: его шлем, доспехи, наконечник копья, были слишком

горячими, чтобы дотронуться до них. Ему было плевать. Он был рядом с

острием клина, положение, дарующее огромную чести.

Тулл был острием, с Пизоном и Метилием сразу за ним. Дульций, Кальв и еще один их товарищ по палатке составляли третий ряд, позади

Пизона и Метилия. Четыре человека составляли следующую шеренгу, пятеро

– следующую и так далее: одиннадцать рядов солдат, выстроенных в

бронированный треугольник. Несколько шагов отделяли каждого человека от

другого: требовалось пространство, чтобы метнуть пилумы. Сделав это, легионеры сомкнутся плотнее.

Они только что прошли ряды вспомогательных войск и впервые

увидели поле боя. В сражении воцарилось затишье, странный момент, когда

по какому-то негласному согласию враги отступили друг от друга, чтобы

отдохнуть, попить воды и подлечить своих раненых. Пизон вытаращил глаза.

Пространство между двумя армиями было усеяно телами: большинство из

них были германцами. Менее чем в пятидесяти шагах стояли воины

Арминия, длинная линия, много рядов в глубину, растянувшаяся в обе

стороны. Несмотря на то, что они были окровавлены и их численность

уменьшилась, они не выказывали желания отступить. Их строй был

сплошным, и вожди расхаживали, крича, жестикулируя и делая

непристойные жесты в адрес римлян.

— Они ведут себя как Тулл, — пробормотал Пизон Метилию. — Но ни

один из них и вполовину такой человек, как он.

Они оба изучали своего центуриона. Жестокая сосредоточенность

отразилась на его лице. Его зубы были частично оскалены, а взгляд был

прикован к врагу, он напоминал Пизону волка, наблюдающего за стадом

овец, прежде чем напасть.

— Семь лет он ждал этого. Неудивительно, что он так увлечен, —

сказал Метилий, бросив взгляд на Пизона. — Я такой же.

— Да, — проворчал Пизон. — И я.

Он чувствовал ту же готовность в тех, кто стоял позади него. Древки

пилумов стучали по земле в неровном повторяющемся ритме. Подбитые

гвоздями калиги топали вверх и вниз. Никто не был настолько глуп, чтобы

выйти из клина, но люди хотели двигаться вперед. Они хотели сблизиться с

143

врагом. Пизон чувствовал это. Даже Кальв, казалось, стремился вырваться

вперед.

— Когорты слева от меня почти на месте, Тулл. — Голос Бассия

донесся с его позиции на острие клина слева от них. — Ты готов?

— Да, командир, — ответил Тулл.

— Другие наши центурии и следующая когорта за ними, что насчет

них?

— Минутку, командир. — Криком Тулл привлек внимание центуриона

Третьей центурии, который передал вопрос Бассия.

Волны жара обрушились на Пизона и остальных. Он представил себе, как снимает с себя доспехи и голым прыгает в Висургис, всего в миле позади

них. «С такими удовольствиями придется подождать. Сначала нужно

пережить резню», — подумал Пизон.

— Они готовы, командир, — проревел Тулл. — По вашему приказу.

— ВПЕРЕД! — За голосом Бассия последовал долгий свисток.

— ВПЕРЕД! — Тулл направил свой меч прямо на врага. — Держитесь

вместе, братья! — приказал он, шагая вперед.

— Ну вот, — прошептал Пизон, крепче сжимая копье. — Наконец-то.

Они прошли пять шагов. Десять.