Путь мага: Выбор, Долг, Любовь - Анатолий Медведев

— Да плевать нам на её вкус. Держу пари — там есть проход. А если нет, то мы поднимемся и будем пробиваться с боем.

Но я не ошибся — неровные стены были словно приспособлены для того, чтобы, держась за веревку, спускаться вниз.

Мы с принцем оказали по колено в тихом потоке, над нашей головой били холодные клюи, и мы быстро промокли. Здесь было совсем темно, и силы было взять неоткуда, и только мой светящийся меч, едва отдававший крохи света повзволял хоть как-то ориентироваться в пространстве. Спасительный тоннель то спускался совсем под воду, и нам приходилось нырять, то вновь поднимался, позволяя чуть вдохнуть воздуха. Конца и края ему не было видно.

Очевидно, нам приходилось идти за предела не только замка но и города, куда-то далеко, и это требовало не мало сил, потому что течение становилось быстрее, и нам приходилось бороться с ним изо всех сил.

— Тут главное не останавливаться, — подбадривал я принца, но силы всё равно предательси оставили его.

Мне пришлось взять Менетера на плечи. Свет уже мелькал впереди. Я уже не доставал ногами до дна, когда оказался в бурном потоке, но плавал я достаточно хорошо, чтобы выплыть отсюда. Вскоре мы выбрались и дневной свет ослепил меня. Торфяной берег осыпался, и мне долго не удавалось выбраться из воды. В итоге зацепился одной рукой за корягу и положил Менетера на берег, а затем подтянулся и сам. Моим глазам предстали развалины старого замка. Вероятно, мы оказались недалеко от устья Каи, на одном из бесчисленных островов.

— Вставай! Давай, же вставай, Менетер! — я похлопал его по щекам, но никакой реакции от него не дождался, после чего я вновь взвалил его на себя. Вроде бы там, где-то должна быть деревня. По крайней мере на карте была.

Сложнее всего было, уже видя на противоположном берегу деревянные дома, вновь погрузиться в холодную воду, но ничего не могло сбить меня с цели. Дойдя до первого же дома, что казался таким теплым, полным надежды, единственным на всю округу, я постучал, и без сил рухнул на крыльцо. Дверь открыла женщина средних лет, широкоплечая, сильная, с добрым широким лицом. От нее пахло чем-то очень вкусным, словно она только что готовила.

— Помогите, — прохрипел я, — пожалуйста.

Ей не нужно было объяснять, что к чему, повторять и рассказывать, она взяла безвольное тело Менетера, я из последних оставшихся у меня сил встал, и, шатаясь, вошел в дом.

— Кто там пришел, милочка? — пробасил мощный голос с кухни.

Моя удача была при мне. Такой голос один в мире. Голос от которого дребезжали слюдяные окна, и дрожал воздух.

— Два оборванца, упали в реку, Гексик, но ты ешь спокойно, я их сейчас положу на пол в комнате, пусть обсохнут, поедят, а потом уж, наверное, и сами уйдут.

Из огромной двери вышел, пригибая голову, великан, и я устало улыбнулся ему. Я стоял, опираясь на стену, и вид у меня был еще тот — мокрый, грязный, волосы спутались. Но мой друг узнал меня сразу.

— Эст! — проревел он, — как же ты плохо, э-э-э, выглядишь. Дорогая, укладывай путников получше, постели им артанийский мех и напои чаем. Это наши друзья.

* * *

Задержаться в гостях мы не могли, я считал это небезопасным. Огненные руки имели глаза и уши по всему острову. Нам нужно было двигаться скрытно и быстро, чтобы попасть в Браз — небольшую деревушку рядом с проливом Мейзера. Там мы заночевали у доверенного лица.

С утра, когда принц мирно дремал на жесткой кровати, я, на всякий случай обошел деревню, в поисках соглядатаев из огненных рук. Как оказалось — не зря.

Трое человек в предрассветных сумерках выделяли на фоне шумных морских волн. Слабые волшебники, любят всем показывать свою принадлежность к колдовскому сословию. Например, носят балахоны и длиннющие деревянные палки, которые, естественно посохами не являются, зато очень внушительно выглядят. Это обстоятельство помогает легко их вычислисть.

Действовать в лоб было глупо, и я по очереди оглушил одного за другим, связал и отволок в кусты. Убивать их смысла не было, они всего лишь выполняли приказы. Разобравшись с этой проблемой я разубдил Менетера, и мы направились на мой любимый остров.

Но и здесь нам не было покоя — незадачливые бандиты бродили по острову в поисках наживы. Более того, все они были увешаны защитными амулетами с ног до головы, чтобы отбить часть колдовских атак. Конечно, будь тут Ког, скелеты этих идиотов уже украшали бы его сокровищницу, и то, что они тут безнаказанно бродили красноречиво свидетельствовало, что хозяина дома нет. Расправиться с ними было не трудно даже без магии, главное было застать их врасплох. С этими я церемониться не стал. Затем я подошёл к парадному входу и сделал несколько ритмичных ударов. Секретный код, на случай опасности.

— Отец это ты? — послышался голос Энес.

— Эсториоф это, давай открывай!

— Заходи! Кто это еще с тобой? — она пригляделась к моему спутнику и на ее лице отразилось удивление, — Он-то что здесь делает?

— Где твой отец? — спросил я, захлопывая за Менетером дверь, и задвигая массивный засов.

— Я думала он в Кальгоне! Он отправился туда сразу после твоего письма, причем так срочно, что пренебрег обыкновенными способами перемещения, и решил использовать колдовство!

— То есть с тех самых пор он не появлялся в башне? Дело плохо. Похоже Латия атаковала сразу со всех сторон. У тебя всё нормально.

— Почти. Какие=то недоноски толпами лезут на башню, и все в охранных амулетах. Мне не хватило сил пробить их защиту. Ну судя по всему ты уже это сделал.

— Извини, я убил их по старинке. Магии во мне сейчас не больше чем в табуретке. Я лишен своего могущества, и не знаю, когда оно вернется ко мне.

— Великая семёрка, как?

— Не имеет значения. Сейчас надо собраться, и найти безопасное место. Будь такой, какую я тебя знал, жесткой и уверенной, бери принца, и вместе езжайте в на материк Сааш, на побережье аритрианского моря. На этом наши пути расходятся — у меня есть еще дела, тем более что помочь не смогу. Менетер, медальон при тебе?

— Я не снимал его.

— Найди человека по имени Денс Дэкон. Полагаю, он отправился на золотые прииски года три назад. Он мой должник. Покажешь ему медальон, и я надеюсь он вам поможет.

— Надеешься? Это всё?

— Извини, больше у меня сейчас ничего нет. Хотя… у Кога