Борьба Москвы за Прибалтику при Иване Грозном - Витольд Владиславович Новодворский

562

Заявление послов о титуле извлекаем из письма Батория к Иоанну (Метр. Лит., II, № 54), Зборовский об этом обстоятельстве не говорит.

563

Мы излагаем ход переговоров по дневнику Зборовского. Гейденштейн (132) выражается обо всем этом слишком кратко.

564

Об этом совещании короля с литовскими сенаторами и Замойским говорит один только Гейденштейн (133–134); мы относим совещание к тому моменту, который указан у Зборовского, причем должны заметить, что Зборовский называет неопределенно трех сенаторов, не говоря, были ли это литовские или польские; Гейденштейн же говорит о двух сенаторах.

565

Зборовский говорит об Усвяте, Велиже и Озерище, но король в своем письме к Иоанну называет только Усвят и Озерище (Метр. Лит., II, стр. 106).

566

Метр. Лит., II, № 54. Гейденштейн (134) говорит, что Баторий назначил срок для ответа, но в королевской грамоте он не обозначен. Дзялыньский (1. с., 231) сообщает, что гонцу наказано было возвращаться на двенадцатый день.

567

Гейденштейн, 132 и Д. Германн (1. с., стр. 362).

568

Дзялыньский, 1. с., 231 и Зборовский, 1. с., 202.

569

Гейденштейн, 135.

570

Дзялыньский, 1. с., 232.

571

Этот случай с перебежчиком рассказывает только один Гиулан (1. с., I, 337).

572

Гиулан, 1. с., I, 337.

573

Дневник Зборовского, 1. с.; 202–203.

574

Дневник Дзялыньского (1. с., 232–233). Об этом эпизоде упоминает и Гейденштейн (138), но описание осады изложено у него весьма туманно и односторонне: он говорит подробно только о том, что происходило в лагере Замойского.

575

О действии ветра говорит один Гиулан (1. с., I, 337); это действие мы относим к полуночи на основании слов Дзялыньского (1. с., 233).

576

Гейденштейн (140) неопределенно называет высланное лицо primarius sacerdos; Дзялыньский (234) говорит, что выслано было несколько лиц, но не воевод. Гейденштейн упоминает тоже неопределенно о том, что осажденные предлагали какие-то условия, как будто дела их были еще в хорошем состоянии (tamquam integris rebus, что в переводе не совсем точно передано: как будто дела их имели блестящий вид).

577

Дзялыньский, 234.

578

Гиулан. Сочинение его, помещенное в Relacje nuncj. (1, 331–338), обрывается как раз на передаче историком выражений солдатского ропота. Поэтому дальше мы будем цитировать Гиуланово сочинение по изданию графа Сабо, представляющему собою фотографический снимок с издания 1580 г. Вот слова Баториевых солдат: Quibus couspectis vociferabantur milites Idcirco dimitti hostes iterum, ut tertio sumptis in regem armis, pluribus commilitonum exitio esse possint Ludibrio a, b hostibus lenitatem et clementiam regis liaberi. Irent igitur quibus tot laboribus atigatis sua vulnera et sociorura interitus acerbi essent hostiumque sanguine peremptorum commilitonum manibus parentarent. См. также изложение Гиуланова сочинения у В.Г. Васильевского (Журн. Мин. Нар. Просв. 1889, январь, стр. 162).

579

Описание резни в Великих Луках у Гейденштейна (140) сходно с описанием у Дзялыньского (1. с., 234). Стрыйковский (II, 435) говорит, что жизнь была дарована некоторым старикам, всем детям и женщинам. То же почти утверждает и Гиулан: Sic alius ante alium nullo ducum imperio exaudito per ruinam irrumpunt ac magna facta caedearcem diripiunt; habita tamen in illo impetu militari ratio aetatis et sexus, conservatis enim pueris et foeminis in puberes tantum saevitum est.

580

По словам Стрыйковского (II, 435), погибло с лишком 7000 человек. Для определения цифры погибших не мешает привести сообщение Одерборна (I. с, I, 246) о том, что число жителей города вместе с гарнизоном и теми, которые укрылись под защиту крепостных стен, было с лишком 8000 человек.

581

Гейдентшейн (141), Одерборн (1. с., II, 246), Германн (В.Г. Васильевский, 1. с., ч. CСLXI, стр. 364); у последнего автора смерть Воейкова описана с поэтическими, вымышленными, конечно, подробностями.

582

Одерборн (1. с., II, 246), Гиулан (Cognita hostinra caede rex indoluit). Резню в Великих Луках едва ли можно называть вероломным избиением покорившихся защитников крепости, как это делает проф. Васильевский (1. с., ч. CCLXI, стр. 363), ибо резня эта произошла вопреки всем усилиям короля и его вождей удержать солдат от нее.

583

Дзялыньский, 1. с., 235.

584

К. Gorski, op. cit., Bibl. warsz. 1892, IV, стр. 19.

585

Этот эпизод, свидетельствующий о том, что случаи неповиновения солдат бывали и под строгой командой Замойского, рассказывает только Дзялыньский (1. с., 235–237); Гейденштейн хранит молчание.

586

Дзялыньский, 1. с., 237.

587

По Brevis Narratio, до 50 человек.

588

Эти факты, сообщаемые Дзялыньским (1. с., 238–239), объясняют нам хорошо ход военных действий тотчас после взятия Великих Лук. Изложение Гейденштейна (142) отрывочно и неясно.

589

По Brevis Narratio, у Барбелия было 600 польских и венгерских всадников, с которыми он выступил в поход 15-го сентября; по Гиулану – 500 всадников и 100 пехотинцев (sclopetarios equis vehi solitos) Гейденштейн выражается неопределенно: несколько польских и венгерских всадников и пищальников. Brevis Narratio и Гейденштейн молчат о Филипповском, называя начальником отряда только Теория Барбелия (у Одерборна, II, 247 – Georgius Barbus); Гиулан говорит, что Барбелий посылал Гиеронима Филипповского к королю просить о подкреплениях.

590

Дзялыньский забыл упомянуть о назначении Збаражского начальником экспедиции, но из дальнейшего рассказа автора дневника явствует, что экспедициею командовал брацлавский воевода. По Гиулану, у Збаражского было 1400 польских и венгерских всадников и 120 венгерских пехотинцев (последним приказано было ехать на конях).

591

По Brevis Narratio –18-го сентября.

592

К этому отряду присоединился также знаменитый Самуил Зборовский.

593

Об экспедиции под Торопец Brevis Narratio рассказывает так ясно и точно, что участие автора этого рассказа в походе едва ли может подлежать сомнению, как это верно замечает В.Г. Васильевский (Журн. Мин. Нар. Просв. 1889. CCLXI. 156).

594

Дзялыньский (1. с., 258) о Киралии не упоминает, а называет Собоцкого, начальника аркебузьеров.

595

Дзялыньский (258) рассказывает этот эпизод со слов Филипповского иначе: Москвитяне, преследуемые Поляками и Венграми, добежав до моста, подсекли поспешно столбы, на которых он держался, но так, что враг этого не заметил, и сами укрылись за мостом в засаде. Маневр увенчался успехом. Мост рухнул под преследовавшими их врагами, и последние должны были прекратить погоню.

596

По словам Дзялыньского, у моста ночевал уже сам Збаражский. Во время схватки в этом месте,