Братья Нобели - Федор Юрьевич Константинов

* * *

«Великое дело» с опорой на «единодушие», тем не менее, несмотря ни на что, продолжало развиваться. Товарищество планомерно соорудило в Баку 13 заводов, пять из которых были заняты перегонкой и очисткой сырой нефти. Один завод был создан специально для очистки нефти от воды и песка, для чего необходимо было приобретать в промышленных объемах очень дорогие химикаты: соду и серную кислоту. В механических мастерских производили новое и ремонтировали вышедшее из строя оборудование для других заводов и крупных судов. Газовый завод снабжал жилые дома и предприятия светом и газом для плит. Бондарное производство поставляло пиломатериалы и бочки. Казалось бы, топор войны между братьями был зарыт, все осталось в прошлом, можно было вновь каждому на своем посту предаться делу и миру, как вдруг вдали на горизонте появились толстосумы Ротшильды и безоблачный небосвод «Бранобеля» снова затянуло тучами…

История так называемой схватки Нобелей с Ротшильдами за Батум берет начало задолго до самой схватки и за много лет до создания товарищества «Бранобель». Начнем по порядку, с фактов. Нефтепродуктам с бакинских промыслов, пусть и самого лучшего качества, по доступным ценам и гибким условиям сбыта, в силу географических особенностей региона (через Черное и Средиземное моря) весьма трудно было оказаться на европейских рынках. Очевидно, что между прибрежным Баку на Каспийском море и портовым Батумом[69] на Черном необходимо было наладить железнодорожное сообщение. К такому логичному выводу еще в 1874 году пришла правительственная комиссия, предложив в своем отчете продлить железную дорогу от Батума до Тифлиса, а потом провести ее через горы до Баку.

Но все, как всегда, упиралось в финансирование, которое в столь сложном проекте было поистине громадным. Никто из нефтепромышленников в Баку, включая «Бранобель», не хотел финансировать проект. Тогда-то французские Ротшильды, влиятельнейший банкирский дом «Братья Ротшильд», которому принадлежал нефтеперерабатывающий завод в Фиуме (ныне Риека) на адриатическом побережье, увидели для себя возможность экспорта по низкой цене русской нефти, дабы скорее преодолеть зависимость от рокфеллеровской «Стандард ойл». Ротшильды, чей парижский банк в тот момент возглавляли два родных брата Альфонс и Эдмон, не скупясь, вложили в продление железнодорожной линии 10 миллионов долларов США. У них был большой опыт инвестирования в железные дороги – еще в 1837 году они финансировали одну из первых в Европе железнодорожных линий между Веной и Краковом, а затем множество других дорог на Европейском континенте.

В мае 1883 года строительство Закавказской дороги благополучно завершилось. Она стала «дорогой жизни», ведь уже через год после ее открытия 45 % российской нефти перевозилось по железной дороге из Баку в Батум, и вскоре баланс между американской и российской нефтью на мировом рынке изменился в сторону России. Для сравнения: в 1884 году на долю США приходилось 67,5 процента мировой добычи нефти, на долю России – 32,5 процента, а в 1893 году – 52,6 и 47,4 процента соответственно. Помимо прокладки дороги, парижский дом «Братья Ротшильд», намереваясь не только скупать и перевозить «чужую» нефть, но и заполучить доступ к добыче собственной, с легкой руки предоставил ссуды «присоседившимся» банкирам и нефтепромышленникам, которые волей-неволей отныне попали к ним в зависимость.

В обзоре фабрик и заводов Бакинской губернии, сделанном чиновником Министерства финансов России, инженером-технологом Степаном Гулишамбаровым и впервые опубликованном в 1890 году в Тифлисе, давалась такая оценка начала деятельности Ротшильдов в Баку: «Вступление Ротшильда в среду бакинских нефтепромышленников многими ожидалось с большим нетерпением, в надежде, что он своим капиталом даст сильнейший толчок всему нефтяному делу. Капитал Ротшильда в то время для многих представлялся весьма заманчивым, так как в Баку чувствовалось страшное безденежье. Действительно, появление названного торгового дома значительно оживило бакинскую нефтяную промышленность. Открыв многим предпринимателям широкий кредит в десятки и сотни тысяч рублей, они помогли им выйти из крайне затруднительного положения, а некоторых даже спасли от полного разора».

Говоря проще, в целом деятельность дома Ротшильдов, безусловно, была благоприятной для развития Баку как нефтедобывающего и индустриального центра, а также для развития нефтяной промышленности и инфраструктуры Российской империи. Но вместе с тем эта деятельность явно мешала наполеоновским планам Людвига Нобеля по захвату полного контроля над всеми нефтяными потоками Российской империи, и это делало столкновение между семействами Нобелей и Ротшильдов неизбежным.

Ясно, что Людвиг не мог воспрепятствовать появлению на горизонте финансистов поистине мирового масштаба. Но он все же попытался это сделать, используя очередную вспышку антисемитизма в России, как на государственном, так и на бытовом уровне, подпитывавшегося слухами о том, что заговор, в результате которого был убит Александр II, затеяли евреи. Но Ротшильды знали и времена похуже и, как и Нобели, были из тех, кто не только не дает сделать себя игрушкой в руках обстоятельств, но и умело подстраивает обстоятельства под свои нужды. На базе выкупленного совместно с синдикатом инвесторов БНИТО («Батумское нефтепромышленное и торговое общество») Ротшильды в декабре 1883 года зарегистрировали «Каспийско-Черноморское нефтепромышленное общество», которое вскоре стало второй по величине компанией Бакинского нефтяного района и злейшим конкурентом «Товарищества братьев Нобель».

Сегодня вряд ли кто-то станет отрицать, что благодаря неиссякаемым финансовым вливаниям Ротшильдов прежде тихий Батум получил молниеносный старт в развитии и буквально за пару лет преобразился в кипучий черноморский порт, откуда БНИТО днем и ночью отправляло на английских танкерах нефтепродукты в Марсель и Фиуме. Как грибы после дождя в городе выросли и заработали на полную мощность построенные Ротшильдами заводы, а сотни судов в порту, как пчелы в улье, кружились, гудели, вставали на погрузку и переполненными отправлялись в дальний путь.

В Батуме Ротшильды соорудили резервуарный парк и вместительные склады для приемки и хранения керосина, кратно увеличили мощность местного жестяночного-тарного завода, выпускавшего необходимое оборудование и металлические ящики. Этот завод, которым в Батуме ранее владели Андрей Бунге и Сергей Палашковский (кстати, эти инженеры первыми задумали проложить железную дорогу Баку – Батум, но не смогли добыть нужные средства), с приходом Ротшильдов уже за первый год утроил выпуск продукции. Ротшильды на Апшероне чаще всего покупали участки, не тронутые бурением, с заброшенными, исчерпанными нефтяными колодцами, промыслы, не оправдавшие надежд их прежних владельцев. Уже на первом этапе были куплены и арендованы промыслы, ранее принадлежавшие купцу Кабакову, княгине Анастасии Гагариной, товариществу «Дружба» и многим другим. Ротшильды приобрели обширные нефтеносные земли в Балаханах, Сабунчах, Раманах, на Биби-Эйбате, в Сураханах и без промедлений начинали их освоение и эксплуатацию.

В короткий срок Ротшильды распространили свое влияние на 135 мелких и средних нефтяных предприятий, у которых скупали керосин для отправки на внутренние рынки России