Матабар V - Кирилл Сергеевич Клеванский

Ардану, в целом, не требовалось спрашивать «почему», но он слышал, как за его спиной скрипело звукозаписывающее устройство, находящееся внутри громоздкого аппарата, управляющего клеткой.

Каждое их слово записывали и, в последствии, обязательно прослушают, переведут и задокументируют. Так что спросить пришлось.

— Звездная магия? — уточнил Ардан. — Малефикация?

— Вместе с химерологией, — кивнул эльф. — если я попытаюсь ответить, то мгновенно умру. Грязная попытка смертных имитировать то, на что способно наше искусство. И, увы, они преуспели.

В целом, Ард чего-то такого и ожидал, но деталь про химерологию его несколько удивила.

— Но ты не был Эан’Хане, когда попал в Тазидахиан.

Эльф промолчал.

— Ты стал им уже там.

И вновь тишина и лишь пристальный, немного любопытствующий взгляд.

— Моя группа была направлена в Фатию, чтобы прислуживать им, — эльф продолжил отвечать на изначальный вопрос. — Нам дали приказ пересечь границу и попытаться проникнуть в Метрополию. Там мы должны были получить дальнейшие распоряжения. Это все, что мне известно.

В голове Ардана щелкнуло.

Эльф ничем не напоминал того Эан’Хане, который взорвал центральное отделение Императорского банка. И не потому, что являлся полукровкой. Скорее — тот Эан’Хане был уверен в том, что выживет, а этот…

— Сколько тебе осталось? — спросил Ардан.

Эльф снова улыбнулся. На этот раз даже с некоторой гордостью. Не за себя. За Арди.

— Наш крайний срок прибытия в Метрополию был еще вчера. Так что… печать сработает уже вот-вот, мальчик.

— Ты поэтому решил поговорить со мной?

— А ты как думаешь? — на сей раз эльф улыбнулся не только губами, но еще и глазами. Он сумел поймать взгляд Арда. Пусть на мгновение, но сумел. Эан’Хане было бы достаточно даже более краткого мига, чтобы проникнуть в разум Говорящего и сломать его, но… он не стал. — Перед тем, как отправиться по тропам, я хотел увидеть своими глазами. И услышать собственными ушами.

— Увидеть и услышать… что именно?

Эльф внезапно потянулся ладонью сквозь прутья. Те завибрировали, отрезая один лоскут кожи за другим, обнажая мышцы и кости.

Мшистый что-то закричал. Засуетились другие маги. А эльф, несмотря на жуткую боль и то, что буквально просовывал руку через мясорубку, дотронулся окровавленными пальцами до лба Арди.

— Мое полное имя, мальчик, Анаалеалэ Анаанала, — кровь потекла из ушей, глаз и носа эльфа, а Арди услышал неприятный, костяной хруст. — Пусть его помнят. Пусть, когда наступит Время Великих Песен, оно тоже прозвучит.

— Проклятье, капрал, тебе жить надоело⁈

Рядом с Арданом упал металлический посох, а Мшистый, схватив его единственной рукой за воротник, потащил от клетки прочь. Арди же не сводил взгляда с эльфа, из каждой поры которого струилась кровь. И с его руки, обнаженной практически до кости. Она все тянулась и тянулась к Арди.

— Мы видим знаки, мальчик, — одними лишь губами, не издавая ни единого звука, произнес эльф. — Пророчество исполнится. Он вернется. И он исполнит клятвы и уничтожит своих врагов.

Эльф не договорил. Его грудная клетка хрустнула в последний раз и расцвела цветком. Цветком из ломающихся ребер, выстреливших наружу окровененными лепестками, с которых свешивались обрывки внутренних органов, порванных артерий, а в центре в последний раз ударило обнаженное сердце.

Полукровка так и не опустил взгляда. Его губы все дрожали в безуспешной попытке договорить.

Перед своей смертью он пытался произнести:

— Долг и честь.

Арди помнил эти слова. И помнил тот вечер, когда, сидя на обрыве в родной Алькаде, разговаривал с Цассарой.

— Вечные Ангелы, — Мшистый отпустил воротник Арди. — Капрал, он тебя как-то зачаровал или что? Вот ведь ушастый ублюдок. Думал, наверное, что вместе с собой сможет забрать и тебя. Фатийцы совсем…

— Он не Фатиец, — перебил Ардан.

— Что? — переспросил Мшистый.

Арди поднялся на ноги и, отряхнувшись, подошел обратно к клетке. Там он поднял посох майора и передал тому обратно.

— Он Имперец, — пояснил Ардан. — Больше ста лет назад его выкрали Армондцы, а затем Нджия продала Тазидахиану, где он и провел около семи десятилетий. Вся остальная информация есть у вас на… — Арди указал своим посохом в сторону пластинки, крутящейся под стеклянным куполом устройства. — Я могу быть свободен, майор?

Мшистый пару мгновений внимательно разглядывал Арда, после чего сдержано кивнул.

— Да, капрал, можете идти. Вы отлично потрудились.

Арди молча направился к двери, ведущей прочь из вагона. У самого выхода его задержал голос Мшистого.

— Ард.

Тот замер.

— У нас с Эдвардом всегда были сложные отношения, но… на моей памяти вы первый и единственный, кого он удостоил фразы «не так глуп, как остальные». Наверное для него это самый большой комплимент и… мне жаль, капрал, что так вышло. Если вам когда-нибудь потребуется партнер для отработки военной магии, отправьте за мной. Я хотел бы посмотреть, на что способен ученик Аверского.

Ардан обернулся, чтобы что-то ответить, но взгляд сам собой зацепился за безжизненную фигуру эльфа.

Он даже не был иностранцем… а если бы был, то это что-то поменяло бы? Но все же не был… пленный соотечественник, переживший такое, о чем никто не хотел бы слушать. Потому что такая боль не принадлежит одному только своему владельцу. Она заразна. Как болезнь. И может оставить черные пятная на любом, у кого в груди бьется живое сердце, а не холодный камень.

И все же, оправдывали ли страдания полукровки те зверства, что он творил в Нджии?

Арди не знал.

И не хотел знать.

Он вообще не хотел более и лишнего мгновения находиться в этом проклятом вагоне.

— Спасибо, — только и ответил юноша. — Хорошего дня, майор.

* * *

Когда Арди вернулся в купе, то Тесс, отодвинув оконную шторку читала книгу. Страниц на четыреста, в твердом переплете и тиснением. На обложке маячила знакомая фамилия. Кажется, все, кто не чужд художественной литературе, читали данного автора.

Мода…

— Интересно? — спросил Ардан, убирая посох в специальную подставку у шкафа и опуская на соседнее кресло.

Удивительно, но в купе первого класса имелись и два кресла, и кровать, и шкаф, и,