Моя мама – уборщица - Чжан Сяомань

В нашем микрорайоне живут люди со всех концов света, и потому среди тех ценных вещей, которые откапывает Юйхун, часто обнаруживаются разноцветные иностранные банкноты. Они находятся в книгах, между стопками бумаги. За некоторыми приходят владельцы, какие-то Юйхун передает в администрацию ЖК.

Юйхун прежде много общалась с иностранцами. Поскольку она раньше служила няней в корейской семье, среди ее друзей больше всего корейцев, они вместе смотрят дорамы, болтают о косметике и правильном питании. Охранники на входе нередко принимают Юйхун за кореянку.

Юйхун мне говорит:

– А давай я тебя, милая, корейскому поучу.

И обучила меня трем фразам:

Корейский в устах Юйхун звучит нежным напевом. По-корейски она говорит совсем не так, как по-китайски: в голосе чувствуется застенчивость и восторженность, эти чувства передаются мне и матери. В ответ на горькое замечание матери, что она пережила много обид из-за неграмотности, Юйхун замечает:

– Мы растем и учимся до самой старости, и много еще остается невыученным.

Имея перед собой образец для подражания в лице Юйхун, мать стала прилежнее учиться писать и читать иероглифы.

Как-то мы с матерью много дней подряд не видели Юйхун. Ее сыновья закрылись за воротами контейнерной площадки и по голову закопались в мусоре. Потом Юйхун вернулась и рассказала мне, что ездила в Шанхай, Сучжоу и Ханчжоу, а также заехала в гости к семье брата в Хэфэй.

Я обратила внимание, что Юйхун выкрасила ногти в ярко-красный цвет. Смотрелось красиво. Юйхун заявила:

– Нравится мне красный, потратила 100 с лишним юаней.

На контейнерной площадке Юйхун не заботится о красоте ногтей. Ее ждут одиннадцать мусорных баков, Юйхун сразу же хватается за коробочку из-под фастфуда, в которой осталась капля риса, и рассказывает мне, что интересного она узнала в Корее про сортировку отходов.

Во время пребывания в Корее Юйхун очень внимательно следила за тем, как корейцы обращаются с мусором. Дома у хозяев в Сеуле и Пусане висели инструкции по сортировке отходов. Мусор фасовали в отдельные пакеты в зависимости от категории: пригодный и не пригодный для утилизации. Пластмассовые коробочки для еды и стаканы из-под чая с молоком промывали, перед тем как кидать в мусор. Даже этикетки обдирали. Побитые стеклянные бутылки и миски обматывали старыми газетами и скрепляли скотчем, чтобы никто из чистильщиков не порезал руки. Деревянные доски и ненужную мебель никто просто так не выбрасывал. Звонили грузчикам, они все увозили, стоимость услуг рассчитывалась по весу.

Рассказывала мне все это Юйхун, а сама тем временем забрасывала в большую картонную коробку подлежащие утилизации пластмассовые отходы. Когда она служила няней у корейцев, хозяева поначалу сортировали отходы по всем правилам, но поняв, что в Китае с этим не особо строго, стали поступать, как китайцы.

Я заметила:

– Если бы мы также серьезно подходили к сортировке мусора, как в Корее, и штрафовали бы всех и каждого, то, возможно, у вас, тетушка, и работы сейчас не было…

Весь вид Юйхун бы говорил о том, что ничего с этим не поделаешь.

Чистота и порядок в Шэньчжэне обеспечиваются огромными человеческими и материальными ресурсами. Однако эти чистота и порядок обеспечивают заработком «людей на задворках», так что утилизация отходов – одна из ниш, где они трудятся.

Когда Юйхун работала няней, она как-то села на паром в Шэкоу и отправилась в небольшой круиз.

– Потратила 100 юаней с хвостиком, поездка продолжалась более трех часов, повидала Гонконг, Макао и Чжухай.

Теперь же мусор отнимает все время и силы Юйхун:

– Ни на секунду не могу отлучиться. Возвращаюсь я домой к двум ночи, отдыхать получается, только когда пропущу пару стопочек.

Работа у Юйхун тяжелая, она мечтает найти помощника. Один земляк попробовал сортировать мусор, но проработал всего несколько дней – не смог привыкнуть к тому, что перестаешь различать день и ночь. Кроме того, берешься за это дело – плати компании-арендодателю залог в 40 000 юаней, а это не каждому по карману.

Эпилог. «По ситуации»

Мы переехали со старого жилья в первую декаду ноября 2022 года, как раз между локдаунами. Сменили квартиру с двумя спальнями, в которой провели два с небольшим года и постоянно маялись из-за тесноты, на апартаменты побольше в том же микрорайоне.

Мать всеми силами препятствовала переезду, поскольку это значило, что арендная плата превысит 6000 юаней. Узнав, во сколько нам будет обходиться новое жилье, она немедленно произвела в голове расчеты:

– Это даже дороже, чем жить в гостинице, даже в самых лучших отелях Шаннаня не берут столько в пересчете на день.

Но ее доводы не возымели действия. Исполненная праведного гнева, мать каждый день после работы помогала нам с переездом. Только в это время она осознала, сколько скопилось всякого барахла. Одного грузовика мало, чтобы перевезти все вещи. Вот мы и переезжали, заодно избавляясь от хлама.

После переезда на новое место мамина спальня вмиг увеличилась – подобно разбухшей губке. Во время сна она теперь может вытянуть ноги на всю длину матраца и ворочаться, как и сколько ей заблагорассудится. Лежа на кровати бочком и подперев голову подушками, мать может глядеть в окно на взлетающие над морем самолеты. У нее так и осталась привычка не задергивать шторы даже на ночь, а в ясную погоду мать считает самолеты:

– Вот один, вот другой, все такие блестящие. Летят самолеты без остановки. Сколько людей под небом каждый день?

Мать присматривается к размерам фюзеляжей, размаху крыльев и высоте полета. Так и засыпает она, считая самолеты. Иногда с кровати наблюдает за тем, как над морем поднимается луна.

На кухне у нас наконец-то есть окно, так что когда моешь овощи в раковине, можно глядеть на террасу апартаментов напротив.

– Какая же отличная там терраса – размером с двухкомнатную квартиру.

Мать часто видит, как на террасе кто-то пьет чай или танцует. И нередко думает, как было бы здорово, если бы ее дочь и сын обзавелись таким жильем. Но с пониманием отмечает, что это дело «немыслимое».

У мамы душа каждый месяц болит, когда она видит на дверях развешанные арендодателем квитанции за ЖКУ с оплатой по