Мастер светлых артефактов - Алексей Даниленков

— Аст Глетчер?

— Фейна? — донеслось из-за приоткрытой двери в кухню. — Проходи, ты как раз вовремя.

«Интересно, наставница уже проснулась?» — подумала Фейна, оглядывая кухню. Аст Глетчер сидела за обеденным столом, а перед ней…

— А-а-э?.. — Слов не нашлось, и Фейна просто ткнула пальцем в неощипанную тушку куропатки, из которой торчал огромный разделочный нож.

— Вчера с охоты принесла. — Довольно оскалилась преподавательница. — Нужно ее как-то приготовить, а то наша дуэлянтка скоро проснется и очень сильно захочет есть. Поможешь?

Фейна, до которой потихоньку начало доходить, насколько оказалась права ее телохранительница, сперва молча кивнула, потом вспомнила, с чем пришла, и поставила корзинку на стол:

— Только может лучше?.. Вот…

— Ну-ка, ну-ка. — Дриада заглянула в занимавший половину корзинки пакет из плотной бумаги и принюхалась. — Ого! — Она вытащила одну из четырех полосок мяса, откусила от нее треть и, прожевав, одобрительно кивнула: — Вырезка. — Острые зубы отхватили еще треть. — Иж молодой гришы.

Увидев, как аст Глетчер тянется за следующим куском мяса, Фейна схватила корзинку и прижала к груди:

— Это для наставницы!

— Да и ладно. — Дриада придвинула к себе куропатку. — Ты его как готовить собираешься?

— Наверное, будет лучше потушить в каком-нибудь соусе. У вас есть приправы?

— Вон там посмотри.

Дриада ткнула пальцем в шкафчик, и закрывавшие его побеги плюща разошлись в стороны. Фейна открыла дверцу: нижняя полка была уставлена баночками с разными травами, а на верхней стояли две початые бутылки «Закатной росы» — вина, из которого можно было приготовить неплохой соус.

— Аст Глетчер, а зачем здесь это вино?

— Соня пару раз делала с ним отбивные. Кстати, получилось вполне съедобно.

Фейна откупорила одну бутылку и принюхалась — нет, не испортилось. Удивившись про себя такому странному отношению к продуктам, она спросила:

— Могу я их взять?

— Кухня в твоем распоряжении, — махнула рукой преподавательница и принялась срезать шкурку с куропатки. — Нагревательная плита в ящике под мойкой. Продукты в большом шкафу.

Первым делом Фейна достала плиту и замерла. Сама плита была обычной — прямоугольный лист из гномьей стали с приваренными к нему ножками. Но под нагревательными кругами были выгравированы два ряда небольших печатей. Сами круги тоже отличались — в каждом было по три концентрических окружности, как на некоторых мишенях. Обратная сторона плиты была испещрена рунами и небольшими печатями второго и третьего порядка. Печати для задержки срабатывания заклинаний Фейна опознала сразу, но зачем они нужны в обычной плите?

От раздумий ее отвлек тяжелый вздох и рука дриады, отобравшая плиту и поставившая ее на стол.

— Каждая окружность нагревается отдельно. Время работы и температура задаются здесь. — Аст Глетчер ткнула надкусанной ножкой куропатки в выгравированные рядом с печатями надписи, которые Фейна не заметила. — Здесь все подписано. В шкафу для продуктов тоже все переделано. На каждой полке постоянная влажность и своя температура, насколько это возможно.

Фейна тут же забыла о плите и открыла продуктовый шкаф. Вместо обычного охлаждающего артефакта из медного диска, на задней стенке каждой полки были закреплены прямоугольные пластинки. На первый взгляд, набор печатей на всех пластинках был одинаковый, и температура, скорее всего, задавалась как на плите — активацией нужной печати. Самой холодной оказалась верхняя полка, где лежала замороженная половинка тушки кролика. На других нашлись овощи и сливочное масло, а на самой нижней, где воздух почти не охлаждался, стояли банки с мукой и крупами. Разложив на столе все необходимое и разобравшись с плитой, Фейна принялась за готовку.

Как бы ни хотелось Опал остаться в доме дриады, но позволить себе провести ночь непонятно где, да еще и не предупредив никого заранее, она не могла. К счастью, юная ученица Сони тоже не собиралась задерживаться и, тихо пожелав светлого вечера, выскочила из дома едва ли не раньше, чем Опал успела дойти до дверей в прихожую.

Обратный путь до дворца прошел в раздумьях. Слова дриады о поведении Сони все никак не шли из головы. Неужели между ними что-то есть? Или это просто глупая шутка? Но, как бы там ни было, а ее милитисса ранена, и следует о ней позаботиться. Вернувшись во дворец, Опал, отлично помнившая, как хотелось есть после исцеляющих заклинаний, первым делом заглянула на дворцовую кухню и поговорила с поваром.

За ужином пришлось отвечать на вопросы Таркиса и вновь переживать воспоминания о дуэли. Коротко и без подробностей рассказав о произошедшем в Академии и вяло поковырявшись в тарелках, Опал извинилась и под тихое фырканье кузена и удивленные взгляды дяди, которому Таркис что-то нашептывал на ухо, ушла к себе.

Сон долго не шел. Опал снова и так и эдак вертела в голове слова дриады, ни разу не сказавшей неправды. В итоге проворочавшись в кровати всю ночь, она смогла уснуть лишь под утро.

Проснувшись к полудню, Опал впопыхах привела себя в порядок, пообедала и, захватив с кухни уже готовую корзинку, побежала к конюшне. Карета домчала ее до ворот Академии всего за двадцать минут, а еще через десять она уже протягивала ладонь охранному растению на крыльце домика дриады.

В гостиной никого не было, зато из кухни доносился звон посуды и запах готовящейся еды.

— Светлого вечера, дамы, — поприветствовала всех Опал, входя в кухню.

Ля Маро, стоявшая у плиты, на которой что-то жарилось и кипело, чуть поклонилась. Аст Глетчер, перед которой громоздилась горка костей и непонятных ошметков быстро прожевала и кивнула:

— Светлого вечера, Ваше Сиятельство. Вы тоже с мясом?

— С мясом? — Опал на мгновение растерялась. — Нет, у меня ягодный ликер и фруктовые пироги.

Соня открыла глаза и огляделась. В комнате царил полумрак. Приподнявшись на локте и поморщившись от боли в ребрах, она зажгла светляк. На часах было шесть вечера. Кое-как натянув домашнюю одежду, Соня побрела в уборную — тело вовсю намекало, что целебные эликсиры — жидкости, и держать их в себе больше суток оно не будет. После уборной голос подал желудок и пришлось идти на кухню, откуда кроме вкусных запахов доносились еще и голоса. Женские. Припомнив, как сверкали глаза раздевавшей ее княжны, Соня на секунду замерла, но голод быстро задавил опасения, и она шагнула вперед.

На кухне за обеденным столом сидели две альвийки и дриада.

— Светлого вечера, дамы, — поприветствовала