Георгий Жуков: Последний довод короля - Алексей Валерьевич Исаев

наступления в рамках операции «Марс» 20-я армия Западного фронта столкнулась с целым рядом проблем, вызванных ограниченным пространством плацдарма на западном берегу Вазузы. Фактически она была вынуждена тратить много сил и времени на его расширение и переправу через Вазузу артиллерии и подвижных соединений эшелона развития успеха. Все это обусловило неудачу наступательных действий Западного фронта в «Марсе» и «запечатывание» немцами прорыва на этом направлении. И.С. Конев, несмотря на его претензии конкурировать с Г.К. Жуковым, был слабее как военачальник. Достаточно характерный эпизод — это августовские бои 1942 г. под Ржевом. Операцию начинали два фронта (Калининский и Западный) ударом по сходящимся направлениям. Но если Западный фронт Г.К. Жукова успешно взломал оборону XXXXVI танкового корпуса немцев и уверенно продвигался вперед, Калининский фронт И.С. Конева застрял уже в первые дни наступления. Жуков 5 августа 1942 г. назначается руководителем группы двух фронтов — Западного и Калининского. Жуков знакомится с обстановкой в полосе соседнего фронта и начинает решительно править ошибки И.С. Конева. Уже 6 августа 1942 г. он пишет И.В. Сталину в Ставку ВГК:

«Разобрав с Коневым обстановку на Калининском фронте, принял решение:

1. Наступательные действия на фронте 29-й армии в районе Карлово, Батюково прекратить.

Из этой группировки перебросить три артполка и две сд на направление главного удара.

2. В связи с большим количеством соединений действующих в составе 30-й армии участок ее фронта от Кулаково до Ильино передать 39-й армии.

На 30-ю армию возложить только организацию и проведение операции по захвату гор. Ржева»[170].

Суть предложений понятна — вместо распыления сил по двум армиям ударный кулак собирается в одной. А для удобства управления усилившейся армией от нее отрезается пассивный кусок фронта и отдается под командование соседа. Далее идут предложения захватывать Ржев с тыла, за счет успеха Западного фронта. Фактически Жуков был вынужден взвалить на свою относительно успешно наступающую 31-ю армию дополнительную задачу в интересах соседнего фронта.

У меня нет никаких сомнений, что Жуков, если бы его не отправили под Сталинград выручать Еременко, вплотную занялся бы плацдармом на Вазузе в течение сентября и октября 1942 г. Достаточно вспомнить то упорство, с которым 1-й Белорусский фронт под его руководством шаг за шагом в течение февраля и марта 1945 г. расширял Кюстринский плацдарм на западном берегу Одера на берлинском направлении. Несмотря на усталость войск, плацдармы 5-й ударной и 8-й гвардейской армий были расширены, а затем объединены с окружением и уничтожением гарнизона «крепости Кюстрин». Точно так же шаг за шагом Жуков занялся бы плацдармом на Вазузе и расширил бы его до приемлемых размеров. Узел сопротивления немцев в селе Хлепень на берегу Вазузы был бы проштурмован не в ноябре по ледяным склонам, а в сентябре — октябре, внезапной ночной атакой. Соответственно, на расширенном плацдарме нашлось бы место и для артиллерии, и для достаточного количества переправ под крупные массы людей и техники эшелона развития успеха (6-го танкового корпуса и 2-го гв. кавалерийского корпуса). Как знать, если бы не «Сталинградская командировка» Жукова, в учебники истории мог войти не «Уран», а «Марс».

С оперативной точки зрения события к северо-западу от Сталинграда если не типичны, то, несомненно, имеют аналоги в истории войны. Ленинград длительное время удерживался за счет последовательного проведения наступательных операций Волховским фронтом. Примерами боевых действий на Восточном фронте аналогии не исчерпываются. Эпопея наступлений Сталинградского и Донского фронтов весьма похожа на «вскрытие» союзниками плацдарма в Нормандии летом 1944 г. Англо-американские войска в июне — августе 1944 г. в несколько уменьшенном масштабе повторили форму операций советских войск под Сталинградом. Они также прошли от сковывания немцев в жестоком позиционном сражении до их окружения.

В середине июня 1944 г. высадившиеся на континенте союзники столкнулись с проблемой расширения плацдарма. Англичане втянулись в позиционное сражение к северу от французского города Кан (Caen). Первая попытка его захвата британской 2-й армией генерала Дэмпси 12 июня 1944 г. провалилась в результате немецкой контратаки у Вилер Бокажа. По директиве командующего войсками союзников генерала Эйзенхауэра от 18 июня Кан должен был быть захвачен англичанами к 23 июня. Англичане дали операции по захвату Канна кодовое наименование «Эпсом». Для проведения операции выделялось 60 тыс. человек и 600 танков. Замысел английского наступления предусматривал обход Кана с запада и захват господствовавшей над местностью высоты 112. Шторм в проливе задержал прибытие войск, и с 22 июня 1944 г. начало «Эпсома» сдвинулось на четыре дня. Операция началась 26 июня с сильнейшей артиллерийской подготовки, в которой участвовали даже корабли английского флота. Всего в операции приняли участие около 90 тыс. человек. Ведомая тяжелыми танками «Черчилль» английская пехота пошла в атаку. Однако немцы ожидали наступления и встретили англичан огнем стрелкового оружия и минометов. Высоту 112 немцы удерживали в течение месяца и 30 июня — 1 июля даже контратаками вернули захваченные англичанами в ходе «Эпсома» позиции. Несмотря на большие потери английских войск, своей цели операция не достигла.

Следующей попыткой англичан прорваться с плацдарма стала операция «Чарнвуд». На этот раз командующий британскими войсками генерал Монтгомери решил отказаться от обходных маневров и атаковать Кан в лоб. Ставка была сделана на воздушную мощь. Мощные четырехмоторные бомбардировщики «Ланкастер» и «Галифакс» вечером 7 июля обрушили 2300 тонн бомб на окраины Кана. Позднее немецкая пропаганда активно использовала массовые жертвы среди мирного населения Кана в ходе «ковровой бомбардировки» с целью демонизации союзников. Вечером 9 июля англичане наконец пробились на улицы обращенного в руины старинного города. Местность вокруг Канна была превращена в лунный пейзаж воронками от бомб и снарядов разных калибров. Над Нормандией все сильнее сгущалась тень позиционных сражений Первой мировой войны.

Но, несмотря на захват северной части Кана, прорыва достигнуто не было. Уже 10 июля командующим 2-й английской армией был подготовлен план следующего наступления, получившего кодовое наименование «Гудвуд». На этот раз помимо «коврового бомбометания» было решено массированно использовать танки, бросив в бой сразу три танковых дивизии. Открытая местность в районе Кана благоприятствовала использованию механизированных войск. Также было вновь сменено направление удара: три танковые дивизии должны были обойти Кан с востока. «Гудвуд» начался 18 июля с двухчасового удара более чем 1000 двухмоторных и четырехмоторных бомбардировщиков, сбросивших 15000 бомб. Взрывы тяжелых авиабомб переворачивали даже 56-тонные «Тигры», не говоря уж о моральном воздействии на обороняющихся. Первые атаки англичан прошли при крайне слабом сопротивлении противника. Воодушевленный продвижением