Тараканьи бега - 2 - Вит Литвин

Напоследок я на них все свои ауры бросил. Мне – тренировка. Им – не на бой даже, а, чтобы двигаться по подземельям спокойней было. Как раз за те шесть минут они успеют миновать зигзаг. Вероятностью, что вдруг явится чудовищное нечто, а я пустой, решено было пренебречь. И мы угадали.

Я остался заниматься золотодобычей, а они ушли. Отвлёкся на карту я только при их приближении к зигзагу. Проследил по карте продвижение сквозь непонятный участок четырёх зелёных точек и опять взялся за разделку. Время от времени получал от Тарры сообщения: «Прошли», «Позицию заняли», «Нить перерубили», «Ждём», «Видим!»

Дальше я поглядывал уже на их бары жизни, выносливости… Орки справились. Ни одна из шестидесяти двух хакарид ни одной раны никому из них за семь минут боя не нанесла.

«Сделано!» – отчиталась Тарра.

«Отдыхайте и к следующей точке!» – ответил я.

Всего их мы сумели вызвать четыреста пятьдесят две штуки. Про между прочим, наш лучник сумел взять первый предел однотипностей – тридцать шесть особей. Больше не получилось, всё-таки хакариды – сильные твари, а то, критическое место, по которому теперь лупили мечники, издали прикрывалось лобным надолбом, и даже сблизи требовало больее двух стрел, а это уже было мало приемлемо по времени. Нам очень повезло с орочьими топорами – с мечами бы тоже мучились. Черепа от удара лопались, а не пробивались их лезвием.

Зато я взял третий предел – тридцать шесть дюжин однотипных тварей, чей уровень превышает десятку! То есть, без единой ошибки разделал более четырехсот тридцати двух туш! Но как же я задолбался!..

Хорошо хоть после второй стаи подкинули ступень к Разделке:

«Поздравляем: Вы разделали двадцать четыре дюжины туш. Разделка +1. Текущее состояние: Разделка = 5.»

Дело пошло быстрее. В минуту на штуку укладываться начал. Но всё равно четыреста минут это семь часов беспрерывной рубки! Орки, конечно, как отдохнули, тоже включились с подсобными работами: спустить туши на землю – из них же постоянно завалы устраивались! – удобно расположить, перевернуть брюхом вверх… Но всё равно!

Даже девицы мои начали требовать передышку, а когда к ним присоединилась ещё и Тарра, я зарычал и сдался. Устроили ужин. Орки меня опять поразили: ни малейшего недовольства унылой тягомотиной с этими сотнями трупов, тем, что впереди ещё час с ними пахоты… Хотя, конечно… Лут! Каждая пятая сороконожка – золотой в карман! Оггтей, огладывая кость, попросил подсчитать, какова будет его доля. А когда я сказал: «восемьдесят пять» - воцарилось молчание. Даже Кеттара была явно впечатлена. Что? – сами не могли прикинуть?

А потом… «А-а-а!...» – завопил, запрыгал Креттег. И чувствуется, что только, глядя на перепляс мальчишки, удержались от подобного взрослые. И я понял: одно дело прикидывать, другое озвучить. Они сами себе поверить не решались! Впрочем, я себя вспомнил, когда заработал свой первый куш. Ка-ак мы с другом Бурым упились! Здешние же восемьдесят пять золотых – на наши если перевести, это где-то столько же тысяч долларов! За день!

– Как мне нравится быть богатым! – не выдержал Оггтей. – Когда в рюкзаке – золото!

– Нравится?

– Да!

– Ну, так сбегай – собери.

– Ты и там ничего в свой рюкзак не бросил?

– Нет.

– Лекс, почему? – настоятельно спросила Кеттара.

– Треть попавшего в мой рюкзак принадлежит не мне. А треть – это больше одной пятой, даже увеличенной на шесть процентов.

– Как это?!

Объясниться придётся. Соратники должны знать, что на мой рюкзак отряду рассчитывать не следует.

– Сделка.

– Торговец!.. – распахнула глазищи орчанка. А потом задумалась: – Торговец, а ты не проторговался?..

Нет, признать, что меня можно облапошить, ей бы я ещё подумал, но для всех прочих – это абсолютно лишний повод к размышлениям!

– За всю книгу магии тёмной эльфийки?

– Так вот откуда у тебя тот телепортик… – понял мечник.

– И Медляк с Молнией, – подхватил маг.

– И все ауры, – пожал плечами я.

« – Она – принцесса?» – по нашей связи спросила меня орчанка.

« – Фамилию Арджейн знаешь?»

« – Это не фамилия. Это имя рода.»

« – А в чём разница?»

« – Э-э-э… Фамилии – у простолюдинов…» – кажется, смутилась она.

« – Значит, ни в чём!» – отмахнулся я.

« – Ты не прав, – покачала головой она. И тут же свинтила с темы: – Про Арджейн уверен?»

Я молча достал из рюкзака чайную чашку, украшенную тонкой лепниной колючей веточки кротаса.

– Только осторожнее! Ты же знаешь? – протянул её Тарре.

– Точно, – аутентифицировала она и с явным восхищением оглядела изящную посудинку: – Какая прелесть! – и только после этого ответила на мой вопрос: – Знаю, конечно.

Долгим движение ладони провела по колючке:

– Эй, ты, здравствуй! –усмехнулась она и протянула ко мне в кровь расцарапанную ладонь. – Залечишь?

« – Господин! Не комментируйте!

« – Ага, хозяин. Это их, девочковые, игрушки. Не вмешивайся.

Я и не стал; вздохнул только, принял руку, слизнул кровь и бросил каст своего Излечения. Чтоб остановить кровотечение его хватило. Я ещё раз пригладил её ладошку губами.

– Сбегаю-ка я за нашим золотом, – проворчал Оггтей.

– Я с тобой, – поднялся Ветогг.

– И я, – подхватился Креттег.

Когда они скрылись за поворотом – потянул орчанку к себе.

– Не успеем, – покачала головой она.

– Убери доспех, – не удосужился на споры я и убрал свой.

Она покачала головой…Но потом вдруг хищно усмехнулась, и ещё через мгновение моя рука уже не царапалась по броне, а сминала напряжённую уступчивость её груди. Её руки в резонанс с моими сдирали с меня трусы, вцеплялись в ягодицы, ноги раскидывались, спина изгибалась едва ли не в гимнастический мостик. Звуки её полустона-полувизга сливались с визгами моей Нессы, но сквозь и то, и другое уверенно пробивался тихий шёпоток Чи-сан:

«– Левый клык! Языком!Грудь… Теперь другую… Выйдите и грубо переверните её! Грубо!.. И грубо! грубо! грубо!

И уже почти крик, взлетающий крик Нессы:

« – А-а-а!...

И почти такой же длинный, но падающий стон орчанки:

– А-а-а…

« – Не уходите, не останавливайтесь, разнеживающе… Правый клык… ещё, ещё… И под ним в основание шеи – губами сильно! Оставьте