Воины Новороссии. Подвиги народных героев - Михаил Иванович Федоров

— Во, замполит и летает! — это вселяло уверенность, что летчики свое дело с честью доведут до конца.

Майор:

— У них ПВО грамотное.

— Еще бы, ведь в СССР была Академия противовоздушной обороны в Киеве, — согласился я. — Осталась на Украине. И естественно, там кадры неслабые.

— Да, у нас ведь много полков. И страшно, когда — тут сбили, там сбили…

— Ведь летишь туда, где не просто опасно, а рядом смерть…

— Мы прорывались. Летишь: высота 50 метров, несешься со скоростью под тысячу километров, того и гляди что-то зацепишь, но выбора не оставалось: летали, бомбили. Они радиопомехи, в эфир кричат, пугают. Когда видишь пуски, факел в тебя летит, начинаешь маневрировать…

— Напряг…

— Жуткий… Но когда глупость полная, тут уж… До чего доходило: мы отбомбились, еле вырвались из пекла. Прилетели, а нам: снова туда летите. А мы доказываем: туда нельзя. Мы же понимаем: там все, просто собьют. И что, отбомбились в поле… Это если, конечно, не важный объект: тогда кровь из носу, а порази… — говорил майор. — Сирия по сравнению с Украиной — детский сад. С любым летчиком поговорите, он подтвердит. Ты, может, сделаешь 2–3 вылета, а прилетаешь, только перекурить, а начальник штаба: «Как у вас дела?» У него-то тепло, хорошо, он не рискует, а ты каждый вылет не знаешь, вернешься или нет. Так вот как с 24 февраля 2022 года началось, так дома раз в месяц на 3–4 часа. Все нужно успеть постирать, и опять на аэродром. Потому что одна задача, вторая… Вот так вещи соберешь, а на глаза слезы чуть не наворачиваются. И вперед. Семью не видишь. Детей. Терпишь. Ты слетал, побывал в аду, а здесь тебя штабной встречает: «Как дела?..» Если бы к нему подошел человек с автоматом и на него наставил, тогда бы понял, где мы с каждым вылетом бываем.

— Кто-то и отказывался…

— Бывают: попа заболела, летать не могу. А ты летишь за него. Задача-то осталась. И эта война показала, кто в полку кто. Разделила на…

— Понятно.

— Приходилось заступаться. Вот Петя Каштанов. Он лейтенант. Я говорил: «Не надо его в звено (летать). Рано». Мне жалко было его. Молодой совсем. Но вот полетел. Вы знаете историю с ним. Хорошо, удачно закончилась. Вот со мной штурманом полетел молодой лейтенант. До Изюма лететь 140 километров, двадцать минут. И мало того что низко идешь, но видишь, на тебя начинают прицеливаться, начинаешь маневрировать перегрузки пять единиц…

— Это как?

— А вот когда на тебя давит масса в пять раз больше твоего веса… Ну если вы, то полтонны…

От слов собеседника я невольно сгорбился.

Майор:

— И лейтенант: он бледный… Отбомбились, назад все также, уходишь от пусков… А приземлились, он еле вылез из самолета. А тут: новая задача. И снова лететь. И этот лейтенант выдержал…

— Так создается костяк нашей авиации.

— Да…

Я видел, что отнимаю драгоценное время у майора, которому в короткий выход домой еще нужно много сделать, и, уходя, пожелал ему, его семье, детям, да и всем однополчанам удачи.

Сколько еще таких Сергеев, Егоров, Николаев каждый день совершает вылеты в глубокий тыл противника и выполняет задачи. И сколько с этим связано переживаний, надежд.

20 апреля 2023 года

P.S. С удовлетворением прочитал сообщение:

МОСКВА, 26 апреля 2023 года — РИА Новости. ВСУ не могут сбить российские истребители, поскольку те наносят удары по целям, не входя в зону действия украинской ПВО. И привели слова украинского генерала Наева «Страна. ua».

«Действия бомбардировщиков прикрывают истребители типа Су-30 и Су-35, бортовое вооружение которых позволяет обнаруживать и уничтожать наши самолеты-перехватчики еще до приближения на расстояние пуска ракет “воздух — воздух”», — рассказал офицер.

В январе украинские пилоты сообщали, что не могут вступить в полноценный бой, поскольку их подбивают с расстояния 300 километров российскими ракетами класса «воздух — воздух» R-37M. По их словам, это оружие серьезно ограничило возможности воздушных сил Украины по выполнению задач.

Старший лейтенант Каштанов

«…Я, как командир экипажа, обязан вернуть его домой».

Петр Каштанов

1. Сбит Су-34

7 декабря 2022 года СМИ передали, что в Воронеже в техническом университете перед студентами выступил летчик старший лейтенант Каштанов, самолет которого был подбит вэсэушниками. Он и штурман катапультировались, и Каштанов тридцать километров выходил из окружения, помогая получившему тяжелую травму штурману.

Тридцать километров по тылам врага!

Я пытался встретиться с Каштановым, хотя бы созвониться. Мне хотели помочь преподаватели технического университета — но ни номера телефона, ни выхода на летчика не находили. Потом я обращался к тем, кто рассказывал мне про генерала Боташева. (О нем писал в книге «Герои СВО. Символы российского мужества».) Боташев командовал полком на аэродроме Балтимор, где служил Каштанов. С кем ни связывался, но все складывалось не лучшим образом. Со мной легко вступали в переписку танкисты с далекого Кольского полуострова, а с аэродромом, который был от меня в двух километрах, возникали проблемы.

Но я жил мыслями о старшем лейтенанте и потихоньку узнавал.

Посмотрел видеофильм телеканала «Звезда»[86]:

Журналист говорила:

— Старший лейтенант Петр Каштанов вел свой СУ-34 над серой зоной после успешного выполнения задания. Все произошло в считаные секунды. Его самолет был сбит. Летчик увидел над головой землю. До нее оставалась всего пара десятков метров. Этих метров хватило для катапультирования. И это только начало истории о героизме…

Журналист говорила с Каштановым.

Она спросила у него:

— Первый свой полет помнишь?

Каштанов ответил:

— Конечно, помню. Был 2017 год. 6 июня. Первый тренировочный на самолете Л-39 курсантом.

— И как он для тебя прошел?

— Восхищение. Все-таки я своего добился. Я смог. У меня получилось.

— Он похож на тот вылет, который был боевой?

— Нет, абсолютно.

Курсант Каштанов

Журналист говорила:

— Самолет шел со скоростью порядка тысяча километров в час на сверхнизкой высоте, когда в него попала ракета. Но пилот оценил ситуацию мгновенно.

Каштанов:

— Я заметил: высота была двадцать пять метров, по прибору и положение….

Журналист:

— Пилоты сумели покинуть борт на высоте примерно седьмого-восьмого этажа. Через две секунды раскрылись парашюты. Через три раздался удар и взрыв. Су-34 спикировал в поле. Через десять секунд летчики были на земле. К ним уже мчалось несколько машин с националистами.