Чарли Бон и Алый рыцарь - Дженни Ниммо

   Малыш робко вылез из своего укрытия и подошел к величественному инструменту.

   Лайелл помог ему поставить пальцы на нужные клавиши, и Билли пришел в неописуемый восторг от звука, который донесся из высоких труб.

   Потом, когда они вышли на площадь, начался легкий весенний дождь. Лайелл и Билли решили переждать его под портиком собора.

   По лужам и булыжникам прыгали прозрачные капли. Отец Чарли Бона положил руку на плечо мальчика и как бы между прочим спросил:

   — Ты бы хотел жить у нас?

   Билли задумчиво нахмурился. Он снял свои новые очки и протер линзы большим пальцем:

   — На какой срок?

   — Навсегда.

   Билли одел очки и уставился в пространство. Он с трудом мог поверить в то, что услышал. У него перехватило дыхание, горло сжалось, закружилась голова.

   Обеспокоенный его молчанием, Лайелл сказал:

   — Я постараюсь стать тебе хорошим отцом.

   — А что скажет Чарли? Вдруг он не согласится?  — чуть слышно спросил мальчик.

   — Это была его идея, — объяснил Лайелл, — а мы с Эми подумали, ну, мы подумали, что нам бы очень хотелось иметь еще одного сына.

   Лайелл посмотрел вниз на напряженное лицо Билли:

   — Ты согласен?

   Билли боялся поверить своему счастью. Самый добрый, самый смелый человек на свете только что предложил ему жить в семье, которую он так любил. Вне себя от радости, малыш обхватил руками талию Лайелла и прижался к нему щекой.

   — Похоже, ты согласен.

   — Есть только одна проблема, — шепотом сказал Билли и полез в карман. Он чувствовал, что от ответа Лайелла зависит вся его дальнейшая жизнь, — как быть с моим любимцем?

   Лайелл взял в руки черную зверушку:

   — Мне всегда нравились крысы. Добро пожаловать в семью, Рембрандт.

   — Большое спасибо, сэр, — пискнул Рембрандт.

   Через неделю после пасхальных каникул Академия Блура открылась под новым руководством и с новым названием: «Академия Бона».

   Все с радостью восприняли назначение Доктора Солтуотера директором школы, а Сеньор Альваро сменил его на посту заведующего музыкальным отделением.

   Увольнение по собственному желанию Мистера Полтри, дававшего уроки игры на флейте, учителя истории Мистера Поупа и еще нескольких преподавателей не считалось слишком большой потерей.

   Госпожа Кухарка вернулась в свою старую квартиру под кухней, но на сей раз, она сказала, что спрятанная в чулане дверь всегда будет открыта для детей, нуждающихся в сладком горячем какао и сочувствии.

   Душка проводил большую часть времени, греясь возле ее печки, а Доктор Солтуотер навещал Дару каждый день.

   Госпожа Кухарка привела в академию свою подругу, Мэйзи Джонс. Выходные она, конечно, проводила с семьей, но по будням заведовала Зеленой столовой вместо сварливой Берты Уидон.

   Прошло совсем немного времени, и все ученики единогласно признали, что новое учебное заведение — Академия Бона — самая лучшая школа на многие мили вокруг.

*  *  *

   Город изменился до неузнаваемости, в нем постоянно царила весенняя атмосфера.

   Опустели три дома под номером тринадцать в Мрачном Тупике. Никто не знает, куда делись четыре сестры Юбим и Эрик Шеллхорн. Покинула город семья Мор, закрылся магазин и кафе Бранко.

   Зато снова работает кафе «Для домашних животных» в Лягушачьем переулке. По случаю его открытия состоялось грандиозное торжество. Присутствовало столько животных, что едва хватило места для их хозяев. Габриэль прибыл с хомячками, Лизандр пришел со своим попугаем Гомером, а также с подругой Лорен и ее попугаем Кассандрой.

   Гостей встречали два дружелюбных ротвейлера  — Брут и Носорог, вскоре после битвы они поговорили с Билли и приняли решение охранять Зоокафе вместо уехавшего Нортона Кросса.  

   Трое Огнецов наблюдали за происходящим праздником с буфетной стойки. Никто не осмелился предложить им другое место для обзора владений.

   Чарли и его друзьям удалось занять свой любимый столик у окна. В общей сложности их компания насчитывала двенадцать домашних животных и одиннадцать детей. Миссис Комшарр превзошла самоё себя: в центре стола стояли шесть тарелок, доверху наполненных вкусной едой для животных и разнообразными пирожными для людей. Наевшись до отвала, Рембрандт так крепко заснул, что соскользнул с колен Билли. Тот быстро нырнул под стол, чтобы спасти его от Спринтера Боба. А когда он снова поднялся, на его лице появилась загадочная улыбка.

   Наклонившись к Чарли, он прошептал:

   — Танкред и Эмма держатся за руки.

ДЖЕННИ  НИММО

   Я родилась в Виндзоре, (Беркшир, Англия). Мой отец умер, когда мне исполнилось пять лет, а на следующий год меня отправили в начальную школу в Кенте, еще через три года перевели в школу-интернат в графстве Суррей. Я бросила учебу в шестнадцать лет, чтобы вступить в труппу Драматического Театра Юго-Востока, где в течение пяти лет обучалась театральному мастерству. После окончания учебы работала помощником режиссера, параллельно выступая на сцене в различных ролях.

   Гастрольный маршрут театра проходил по большим и малым городам, и мне нравилось с ним путешествовать. Каждый день приносил что-то новое. Затем я отправилась в Италию, где давала частные уроки английского языка трем мальчикам в Амальфи (Город на Юго-Западном побережье Италии).

   По возвращении я поступила на работу в компанию Би-Би-Си, сначала научным сотрудником, затем помощником руководителя, фотожурналистом по новостям, и в конечном итоге — режиссером — редактором программы для детей «Джеканори». Это ежедневная программа для детей младшего школьного возраста, передается Би-Би-Си-1 (BBC 1) с 1965 года. Название заимствовано из детских стишков: «Tell me a story, said Jackanory».

   В 1974 году я оставила работу и вышла замуж за Уэльского художника Дэвида Уинна Миллварда. Мы переехали жить в Уэльс в дом моего мужа, доставшийся ему по наследству. Дом был переоборудован из старой водяной мельницы. Быстрое течение реки постоянно размывало фундамент,угрожая повредить постройку, и это происходило уже не раз. Самый драматичный эпизод произошел в тот день, когда мы праздновали первый день рождения нашего младшего ребенка.

   Тем же летом мы открыли при доме летнюю школу живописи, и мне пришлось переместить мой рабочий кабинет, отложить на время пишущую машинку и карандаши, надеть