В борьбе с большевизмом - Павел Рафаилович Бермондт-Авалов

Таким образом, в результате всех переформирований к концу января образовались следующие группы войск:

I. Германского образца с германским командным составом и добровольцами из числа балтийцев и германских солдат:

1-й ударный отряд с одной батареей и эскадроном кавалерии под командой барона Мантейфеля,

2-й отряд под командой гауптмана фон Иена,

3-й отряд под командой ротмистра Мальмеде,

1-й кавалерийский отряд барона Гана,

2-й кавалерийский отряд барона Драхенфельса,

3-й кавалерийский отряд барона Энгельгардта,

Саперный отряд барона Штромберга.

II. Русского образца, с русским командным составом и добровольцами из числа балтийцев, не служивших в германских войсках, и из русских солдат военнопленных:

1. рycский отряд из 3 родов оружия ротмистра князя Ливена,

2. Русский отряд капитана Дыдорова.

III. Русского образца с латышским (бывшими на русской службе) командным составом и с добровольцами латышами, служившими и не служившими в русской армии:

Латышский отряд полковника Колпака.

Пока шло это переформирование, первые организаторы и инициаторы ландесвера отправились за границу, имея намерение достать там необходимые денежные средства. Так барон Таубе уехал в Дажю, а барон Мейендорф – в Анинон. Однако все их переговоры положительных результатов не дали, этому мешала неприязнь указанных государств к германцам, с которыми ландесвер продолжал работать вместе.

Но что не удалось за границей, то было довольно легко достигнуто на месте г. фон Самсоном. Германское командование в Либаве согласилось на снабжение ландесвера вооружением, снаряжением и обмундированием, а также отпускать и необходимые денежные средства.

В Либаву прибыл генерал граф фон дер Гольц и стал во главе всех антибольшевистских формирований. Им были созданы еще следующие германские добровольческие части: 1) «Железная дивизия» под командой майорa Бишофа, 2) гвардейская резервная дивизия и 3) много еще других германских добровольческих отрядов.

Тяжелое положение Либавы миновало, и на смену ему наступал период активных действий добровольцев, закончившийся взятием Риги.

Наступательные действия начались 2 марта и выразились в налете на гор. Виндаву. В этой экспедиции участвовал первый ударный отряд барона Мантейфеля, 800 штыков при 2 орудиях, усиленный еще ротой Радена, ротой Клейста, эскадроном Гана и русским отрядом князя Ливена. Быстрота этого наступления и полная неожиданность его для большевиков способствовали блестящему успеху. Большевики, после короткого боя, очистили город и в беспорядке отступили в направлении на Туккум.

Насколько наступление было неожиданным, показывает тот факт, что большевики в день занятия добровольцами Виндавы назначили вечером маскированный бал в лютеранской кирхе.

Укрепивши свое положение в Виндаве, добровольцы 13 марта предприняли большое наступление в направлении на Митаву, закончившееся 18 марта взятием этого города.

Наступление велось отдельными колоннами, направленными по параллельным дорогам.

Северная колонна – ударный отряд барона Мантейфеля силой в 1200 чел. шла в направлении на Туккум и должна была подойти к нему с северной стороны.

Вторая колонна (второй и третий отряды ландесвера) под общей командой Эйленбурга силой в 800 чел. направлялась также на Туккум, но несколько южнее первой.

Русский отряд князя Ливена[50] силой в 250 чел. составлял третью колонну и имел направление на дорогу Туккум – Митава в пункт, лежащий в двадцати километрах южнее Туккума.

Четвертой колонной шел латышский отряд полковника Баллода[51] силой в 2000 чел. в направлении на гор. Доблен.

Южнее группы Баллода по линии железной дороги от Муравьево к Альт-Ауцу продвигалась «Железная дивизия» силой в 4000 чел. и еще правее ее шла германская гвардейская резервная дивизия.

Все наступление велось ускоренным темпом и носило характер налета. Серьезного сопротивления встречено не было, и через пять дней все колонны достигли своих конечных пунктов, и ими были заняты Туккум и Митава, а также и местность, лежащая между названными городами.

Большевики пытались вернуть потерянные ими важные пункты и повели контрнаступление на Туккум и Митаву. Однако небольшие добровольческие гарнизоны этих городов самостоятельно отбили наступление большевиков и снова вынудили их к отступлению.

К 20 марту положение добровольцев в занятом районе вполне укрепилось и они сейчас же начали готовиться к походу на Ригу. Несмотря на горячее желание добровольцев ландесвера немедленно двинуться на выручку Риги, где томились их родные, наступление это по причинам экономического, тактического и политического характера все время откладывалось. Необходимо было предварительно: 1) оборудовать тыл, исправить железные дороги, 2) разрешить продовольственный вопрос для жителей Риги по ее занятии, 3) сговориться с Антантой относительно дальнейшего участия германских войск в походе.

Последний пункт был особенно трудным для разрешения. С одной стороны, германское правительство было против участия германских войск в дальнейших операциях и продвижения их за линию реки Аа Курляндская, считая, что задача их по обеспечению восточной границы Германии от нашествия большевиков выполнена занятием этой линии и гор. Митавы. С другой стороны, правительства Антанты также не были склонны согласиться на дальнейшую помощь германцев при борьбе с большевиками и, кроме того, вообще не могли решить, кто должен, собственно, занять Ригу – балтийцы или латыши, и если последние, то какое их правительство: свергнутое ли правительство Ульманиса или правое – Недры? Антанте улыбалось занятие Риги латышами и с правительством Ульманиса, но на это не соглашались балтийцы и немцы, которые считали Ульманиса полубольшевиком. Переговоры затягивались, время шло, и большевики снова подтянули свои части к Риге, которую они уже начали эвакуировать в период их панического отступления из Курляндии. На фронт против Митавы они сосредоточили до четырнадцати тысяч своих красных войск, подкрепленных артиллерией и прослоенных коммунистическими ротами, задачей которых было сохранение внутренней спайки.

Наступающая группа добровольцев вместе с германцами насчитывала в своих рядах до 10 000 чел., но имела перевес в артиллерии, технике и знании военного дела.

Пассивность добровольцев была сочтена большевиками за их слабость, они обнаглели и непрерывно производили нападения на посты и заставы. Наконец, с 18 по 20 мая они уже крупными силами повели наступление на различных участках добровольческого фронта, имея, по-видимому, намерение сбить их заставы и обходом правого фланга принудить к общему отступлению от подступов к Риге. Однако все атаки большевиков были отбиты с большими потерями для них убитыми, ранеными и пленными. Последних было особенно много.

Из опроса пленных выяснилось, что 22 мая большевики, несмотря на неудачу, намереваются по приказанию Троцкого-Бронштейна обрушиться на добровольцев всеми своими силами и прорвать линию их фронта. Командир ландесвера мэтр Флетчер решил предупредить это нападение и перешел сам в энергичное наступление. Его примеру последовали и другие добровольческие части, не исключая и германских, хотя последние так и не получили разрешения от своего