Хранительница - Иса Белль

– Господи!

– Да, Куколка? – отозвался Деметрио.

Я посмотрела вниз и встретилась с его голодным взглядом. Это выглядело страшно эротично. Его руки, глаза и рот были одновременно заняты мной.

Я ощутила прилив тепла по всему телу и то, как мышцы, которые ранее были напряжены, резко расслабились, а голова закружилась. Из моего горла вырвался протяжный стон, заставивший Деметрио делать всё медленнее, а после и вовсе остановиться, потому что он получил то, что хотел – мой оргазм.

Парень прокладывал поцелуи вдоль моего тела, медленно пробираясь к губам. Майка задралась, оголив живот. Мне уже не терпелось избавиться от неё, чтобы он дотронулся до моих затвердевших сосков, обвёл их языком и прикусил.

– Как насчёт того, чтобы стать молодыми родителями?

Деметрио застал меня врасплох, но я даже не успела придумать ответ, как он улыбнулся и поцеловал меня.

Мягко, но страстно.

Как он это делал?

– Я пошутил, – успокоил, оторвавшись от меня.

– А я бы всё равно не согласилась, потому что сначала ты должен жениться на мне.

– Это значит, что ты согласна выйти за меня?

Уголки моих губ приподнялись.

– Это предложение?

– Нет, ты заслуживаешь настоящего предложения всего моего существа, – вместо «руки и сердца» произнёс он. – Но я изо всех сил постараюсь не разбудить священника звонком, пока буду искать презервативы в комнате своего старшего брата.

Я засмеялась, краснея от осознания, что мы всё-таки собираемся это сделать. В чужом доме. После всего, что сегодня случилось.

Мне не хотелось дожидаться подходящего момента.

– Сейчас вернусь. Здесь… ничего нет.

Я кивнула, проводила его взглядом, когда он скрылся в коридоре, и стала дышать ртом, пытаясь избавиться от волнения.

Это наш первый раз.

Девственник… О, Боже мой!

Накрыв рот ладонью, спрятала улыбку, вырвавшуюся наружу.

Его обаяние – моё. Его шутки – мои. Его боль – моя. Его слёзы – мои. Его любовь – моя. Его принципы – мои. Его сила – моя. Его страхи – мои. Его жизнь – моя. Его желания – мои.

Деметрио Асторе – мой.

Исключительно. От начала и до конца.

И никто не может оспорить это. Даже Господь.

Пока он не вернулся, я решила детально рассмотреть комнату, в которой мы находились.

В коридоре и на первом этаже не было ничего, что бы указывало на то, что здесь кто-то жил. Однако эта комната… она была живой. Как Деметрио. Коллекция игрушечных машинок за стеклом в стене, свечи и фотографии, где он маленький, а по бокам стоят его братья. Позже я попрошу, чтобы он поделился со мной, когда и при каких обстоятельствах были сделаны эти снимки.

Я хотела знать о нём всё. Каждую мелочь.

Плохую и хорошую.

– Твоя чувствительность восстановилась? – нагло усмехнулся Деметрио, появившийся на пороге.

Бёдра сжались сами по себе от волны возбуждения, накатившей на меня при виде него. Он был таким красивым во всей этой крови, что я не собиралась отправлять его в душ до того, как мы закончим.

– Тебе следует проверить.

– Думаешь, выдержишь ещё одну встречу с моим языком, Эбигейл?

Я сглотнула, прижавшись к спинке кровати, когда Деметрио стал наступать на меня, как хищник. Он редко называл меня по имени, и в любой другой день я бы подумала, что что-то не так, но сейчас это больше походило на игру.

– Не недооценивай меня.

– Никогда.

Он быстро избавился от брюк с боксерами и предстал передо мной во всей своей красе, а затем схватил меня за лодыжку и потянул на себя. Я скатилась по подушкам, оказавшись на спине, в то время как он навис надо мной.

Не дождавшись, когда Деметрио полностью разденет меня, стянула майку через голову и зашипела, задев несколько ран. Он тут же осторожно коснулся пластырей на моём лице, и в его глазах отразилась печаль.

– Нет, пожалуйста.

– Что?

– Никогда не смотри на меня так.

– Как?

– Будто я – твоя самая большая боль.

Что-то в его взгляде изменилось.

– Ты… – Губы Деметрио жестко коснулись моих. – Я задыхаюсь, глядя на тебя, понимаешь? Никогда не станет существовать человека, которого я посчитаю превосходнее тебя. По всем параметрам.

– Ты выглядишь лучше меня.

– Никто не может выглядеть лучше тебя, Куколка.

Он разорвал упаковку зубами, порезав губу, и натянул презерватив на свой член. Я обняла его за шею, притягивая ближе. Лицом к лицу. К телу, которое он держал на весу, не позволяя нам соприкоснуться.

– И я не человек.

– Не говори так, – шепотом попросила я, почувствовав, как его твёрдая длина коснулась внутренней стороны моего бедра, когда он опустился на меня. – Песец не определяет тебя. Я буду делать это, хорошо?

Деметрио тяжело задышал, его ноздри раздулись, а мышцы рук напряглись. Я знала: это потому, что моё тепло оказалось так близко к его.

– Хорошо, – ответила за него.

Он покачал головой, ухмыляясь. Светлые волосы упали на лоб.

– И кто же я?

– Тот, кто заставляет меня чувствовать себя хорошо.

– Ещё нет.

– Значит, пора начать.

– Сильно сомневаюсь, что проделанное мной далее понравится тебе.

– Не думай об этом.

– Не могу.

Не желая оттягивать неизбежное, опустила одну руку и потянулась к его члену, затем обхватила его ладонь и направила туда, где он должен был немедленно оказаться, чтобы я не взорвалась от желания узнать, каково это – по-настоящему чувствовать его.

Деметрио придвинулся ещё ближе, чтобы мне было удобнее, а затем… Его кончик погрузился внутрь меня. Пока что это было терпимо, но я понимала: дальше будет не так приятно, как хотелось бы.

Мы оба устремили взгляд туда, где соединялись наши тела. Мой рот был широко открыт, и я громко дышала, когда Деметрио наоборот задержал дыхание, глядя на то, как его член всё дальше погружается в меня. Войдя до упора, он поднял голову, чтобы заглянуть в мои слезящиеся глаза.

– Как ты? – спросила я.

– Неважно, как я, – выдохнув, произнёс он. – Тебе больно?

Я отвела взгляд в сторону, стараясь понять, что на самом деле чувствую после проникновения.

Немного жжения и…

– Неприятно больно? – дополнил Деметрио, когда я, вероятно, стала анализировать свои ощущения слишком долго.

– Хорошо.

– Хорошо?

Да, рядом с ним я всегда чувствовала себя именно так. Даже сейчас, невзирая на небольшое количество боли.

– Ты хорошо подготовил меня. А теперь двигайся, – потребовала я. – Иначе сама начну. Ты знаешь, что смогу.

Он усмехнулся, поцеловав меня, а следом за этим приподнял таз и опустил его обратно, делая толчок.

– Вот так?

Деметрио провернул это снова, заставив меня