Двуликие - Анна Шнайдер

Она перевернулась на другой бок, лицом к нему, и одеяло сползло с плеча, обнажив крошечную родинку. Дрейк улыбнулся, встал со стула, подошёл к кровати и, сев на край, легко поцеловал эту родинку.

— Дар… — тихий сонный шёпот. — Пожалуйста, дай мне ещё немного поспать… Хотя бы час…

Конечно, что она могла подумать? Что он опять её хочет.

Но в ту секунду Дрейк не чувствовал желания. Только нежность.

— Спи.

Наверное, что-то такое было в его голосе, потому что Эмирин открыла глаза.

И он внезапно словно задохнулся, но не от проклятья, а от всепоглощающей, абсолютной, лишающей дыхания любви к ней. И от осознания простой истины…

Проклятье вспыхивало в нём жестокостью, но всё остальное было настоящим. И если раньше Дрейк любил Эмирин как друга, то теперь чувство стало иным. Впрочем, разве могло быть иначе? Никто и никогда не делал для него столько, сколько сделала она.

— Что случилось, Дар? — спросила Эмирин тихо. — Почему ты не спишь?

— Я думал.

Дрейк поднял руку и дотронулся до её щеки. Провел пальцами по нижней губе, потом по подбородку и шее… к маленькой родинке у ключицы.

— О чём?

Он остановился, не решаясь тянуть одеяло дальше вниз. Почему-то чувствовал — Эмирин ждала именно этого.

— Я думал о том, как буду жить без тебя, когда проклятье спадёт.

Искорки в её глазах закружились быстрее.

— Хорошо будешь жить…

Он улыбнулся.

— Нет. Эмил, я чувствую себя таким мерзавцем… Но нет. Мне будет плохо без тебя. Я люблю тебя, понимаешь? По-настоящему люблю. Не из-за проклятья.

Она судорожно вздохнула, приподнялась и обняла его обеими руками, погладила по волосам, поцеловала в щёку…

— Это пройдёт, Дар. Так кажется сейчас. Но потом это пройдёт.

Хотелось расхохотаться, настолько ему было горько. И больно. Словно кто-то выдирал сердце ржавыми железными ножницами.

Разве может он что-то требовать от неё? И вообще признаваться в своём чувстве? Эмирин сделала всё, что могла. Но любить его она не обещала.

Поэтому Дрейк не стал больше ничего говорить. Просто положил её обратно на кровать и лёг рядом, притянул к себе, заглядывая в глаза…

Пусть так. Пока он ещё имеет на это право… И Эмирин не сопротивлялась — она никогда не сопротивлялась, — просто обвила его ногами и позволила сделать всё так, как он хотел.

Только вот сегодня это «всё» было иначе. Потому что впервые за два года Дрейк не просто был с женщиной — он был с женщиной, которую любил.

— Так я и не дал тебе поспать… — прошептал он в её губы, когда всё закончилось.

— Ничего. Ещё есть немного времени.

Эмирин даже закрыла глаза, но почти сразу распахнула их — словно что-то вспомнила.

— А как твои занятия с Шайной?

— Про что конкретно ты спрашиваешь? — Дрейк улыбнулся, накручивая на палец её золотой локон. — Про боевую магию или про проклятья? Или, может, про конкретное проклятье?

— Про конкретное.

Он хмыкнул.

— Я понял, как его снять. Только вот не обещаю, что это будет быстро.

— Нестрашно. Главное, что понял… — Эмирин вздохнула, закрыла глаза и почти сразу уснула.

А Дрейк ещё долго лежал, слушал её дыхание и смотрел, как играют в её волосах лучи рассветного солнца.

Шайна Тарс

Суббота была у меня днём матушки Розы, поэтому сразу после завтрака я отправилась в город. Дин, Мирра, Данита и Эван тоже туда собирались, но по отдельности. Видимо, искать маскарадные костюмы. Ну-ну.

Я рассталась с друзьями ещё возле академии и как раз собиралась поймать карету, но меня остановил чей-то голос позади:

— Эй, ты!

Даже если бы я не узнала этот голос, поняла бы, кто говорит, только по манере обращения. Спасибо, что хоть без «айдоган» обошёлся.

И я вскоре поняла, почему Коул в этот раз решил меня не оскорблять.

— Мне нужна твоя помощь, — заявил он, приблизившись и встав почти вплотную ко мне. Красивый, конечно, — волосы чёрные, глаза тоже, лицо узкое, и выше меня на полголовы. Жаль, что такой гад.

Коул, очевидно, ждал, что я отвечу. Но я молчала, только приподняла брови. Тогда он продолжил:

— Ты знаешь, где я могу найти Стального Когтя?

Меньше всего на свете я ожидала услышать подобный вопрос. Поэтому в первую секунду даже растерялась.

— Стального Когтя?..

— Да. Мне очень нужно его найти.

Я продолжала молчать, изучая лицо Коула.

— Ну? — наконец он не выдержал. — Ты можешь мне помочь?

Я нервно хихикнула.

— Слушай, ты просто гениален. Сначала называешь меня шлюхой и всячески оскорбляешь. Потом за тобой кто-то гонится и едва не убивает. А теперь ты хочешь, чтобы я помогла тебе найти Когтя. С какой кстати?

Коул сжал зубы. Я даже услышала, как они заскрипели, словно несмазанная телега.

— Я тебе заплачу.

— Нашёл дуру! — окончательно разозлилась я, развернулась и зашагала прочь. Но эльф так быстро сдаваться не собирался… Подбежал ко мне, схватил за плечо и почти закричал:

— Послушай, мне очень нужно! Пожалуйста!

Я дёрнула рукой, пытаясь высвободиться от захвата, но это было не так-то просто.

— Мало ли, кому что нужно…

Он вздохнул и закатил глаза по своей любимой привычке.

— Шайна!

— Слушай, отвали! — Я всё-таки выдернула плечо из его цепких пальцев. — Не буду я тебе помогать!

— Пожалуйста, — вдруг очень тихо и как-то обречённо сказал Коул. — Очень тебя прошу. Если поможешь, я тебя никогда не буду оскорблять, обещаю. Но мне не к кому больше обратиться.

Взгляд его был таким отчаянным, что я решилась спросить:

— Объясни сначала, зачем тебе Коготь?

— Я хочу найти отца.

Мои брови вновь поползли вверх.

— Понимаешь… — Коул на секунду замялся. — Мой отец исчез, когда мне было десять. Я слышал разные слухи, вплоть до того, что он предал Повелителя… Но я в это не верю. Кроме того, он очень меня любил и не мог просто взять и бросить. Я хочу понять, что с ним случилось и где он.

Я сразу поверила Коулу. С такими лицами не лгут.

— А при чём тут Коготь?

— Как это — при чём? У него же связи со всем преступным миром. Находясь в Эйме, я так и не смог найти никаких следов, но здесь не Эйм… Быть может, у людей лучше получится.

Раздумывала я недолго.

— Ладно. Пошли.

— Поможешь? — он так обрадовался, чуть на месте не начал прыгать.

— Помогу-помогу… Только больше никаких оскорблений, понял?

— Да! Честное слово!

Стальным Когтем звали постоянного любовника матушки Розы. Я звала его «дядя Коготь».