Второе дыхание - Татьяна Евгеньевна Журавлева

Глядя на своего взрослого сына понимаю, что всё было не зря. Он унаследовал самое лучшее, что было в нас. Высокий блондин с голубыми глазами, умный, образованный, уравновешенный. Его любят друзья за готовность прийти на помощь в любой ситуации, не задавая лишних вопросов, не раздражая нравоучениями. Уважает руководство, потому что в работе он – перфекционист, в хорошем смысле этого слова, ответственен и серьёзен. Любое дело, за которое берётся доводит до конца с оценкой отлично.

Он обладает тонким чувством юмора и никогда не опускается до сарказма. Я горжусь, любуюсь своим мальчиком и понимаю, не бывает случайных снов, не бывает случайных встреч, не приходят случайные дети. Всё предрешено в этом мироздании, надо только хотеть слушать, желать видеть, прислушиваться к сердцу, где обитает душа. Она-то укажет путь и подберет ключик, открывающий дверь в единственно – правильный мир, прописанный всевышним на планете Земля.

ДИАГНОЗ

Сын заболел накануне Нового года. Открыв справочник Спока, я поставила диагноз – свинка, надо вызывать врача.

Конец года, везде отчёты. Врач приехал всклокоченный и измученный. Посмотрел на моего страдающего сыночка, выслушал мои симптомы и подтвердил диагноз – левосторонняя свинка.

Началось лечение, в основном компрессы. Но вместо выздоровления ребёнку становилось хуже, левую сторону перекосило, и голова склонилась на плечо.

Ночью у него начались галлюцинации: " Мама скажи деду, пусть не гонит машину". "Дед останови машину, Саша волнуется", – кричу я. А у отца и машины тогда не было.

30 декабря схватила ребёнка в охапку и на такси в детскую больницу. Врач осмотрел мальчика и назначил экстренную операцию с диагнозом левосторонний лимфаденит.

Меня долго отчитывали за халатность и обозвали обидным словосочетанием "не мать". А я сидела перед операционной и тихо плакала, понимая, что наступающий год мог начаться для нашей семьи совсем не радостно. Ведь всё что связано с головой имеет порой необратимые последствия.

Выкачали стакан гноя, как он только помещался в этой маленькой голове. Начались процедуры и перевязки, но мы были рады окончанию болезни.

Пришёл участковый врач и просил прощение за неверное определение заболевания. Все говорили: "Напиши на него заявление, он тебе чуть ребёнка не угробил". А я простила, ребёнок жив, я счастлива, зачем мне другим жизнь портить, тем более врач осознал и впредь будет внимательнее.

Мальчик стал плохо спать после операции и диалогов врачей, в его присутствии, о том, что ещё день и некого было бы спасать. Мне посоветовали, лёжа перед сном читать молитву "Отче наш" 33 раза. Вместе с сыном так и стали.

И о чудо! Сначала, чтобы уснуть читали раз 30, потом количество прочиток начало сокращаться и в конце концов ребёнок перестал бояться темноты и засыпал едва склонял голову на подушку. Жизнь вошла в нормальный, привычный ритм и о событиях того года напоминала запись в медицинской карте и шрам.

Но через 9 лет в семье случилась трагедия. В ДТП погиб мой отец. Когда появились внуки, его как дед никто не называл. Он всю жизнь мечтал о машине, а в 60 лет приобрёл старую копейку.

Двигаясь по трассе за маршруткой, не сориентировался и когда та остановилась по требованию, его старенькая машина въехала в зад, при этом, удар был такой силы, что повредил отцу позвоночник. Травмы оказались несовместимы с жизнью, через 18 дней комы он скончался.

На поминках вспоминали о его добрых делах, как всегда ничего плохого. Я вспомнила как мой сын его любил с рождения и даже во время больного бреда просил не гнать машину.

И вдруг Саша говорит: "А я помню эту ситуацию, я даже помню, что машина была белая, только я не знал, что это была галлюцинация. Никак не мог понять, когда мы с дедом могли на машине кататься?".

Как такое могло быть? Может, если бы мы вспомнили этот ночной кошмар больного ребёнка раньше, можно было предотвратить трагедию, при условии, что отнеслись бы к этому предсказанию серьёзно. Но у нас на Руси так заведено "пока гром не грянет, мужик не перекрестится".