Боевая Академия: Адаптируйся, борись, импровизируй! - Александр Пасацкий

Со стороны ворот послышался назойливый автомобильный гудок. Серебристый "Рэндж Ровер" нахально заехал на территорию, и теперь гудел, привлекая внимание тех, кто стоял у общежития.

— Опять твой принц приехал, — вздохнула Лариса.

— Подождет, — голос Кристины прозвучал неожиданно резко, черты лица заострились. Она быстро расписала на листке, что нужно, и вручила подруге. — Тренируйся.

Гудок повторился.

— Ладно, мне пора. Увидимся вечером.

— До скорого.

— Пока.

Со своего места студентки наблюдали, как Кристина не спеша идет к автомобилю, перекидывается парой слов с водителем, минуту колеблется, неохотно загружается, и машина лихо выезжает с территории Академии.

— Ну, не дура, а? — завистливо спросила Лариса. — Такой кавалер, а она еще нос воротит.

— Дура, — также завистливо согласилась Ольга.

************

Вечер для Димы прошел в лихорадочном возбуждении.

Он как заведенный метался по квартире, собирая немногочисленные вещи, невпопад и с раздражением отвечая на расспросы матери, и заехавшего в гости Вити. А когда пробовал передохнуть, почитать газету или посмотреть телевизор, в голове сразу начинали роиться тысячи вопросов.

Даже известие о том, что магазин закрылся, и Димка остался без работы, было ему, прямо скажем, по барабану.

— И что теперь будет? — спросил Витя, когда они сели пообедать, а мать пошла прилечь. — Ты в общежитии, а о матери кто позаботится?

— Как кто? Ты, конечно! — ответил Дима с набитым ртом, глотая суп, как пулемет ленту с патронами. — Переезжай сюда, и заботься.

— Я тоже без работы остался, если что.

— Ой, прямо там! Ты у нас такой правильный, такой честный и ответственный, найдешь другую.

Витя помолчал.

— Как, ты говоришь, твоя шаражкина контора называется?

— Государственный ВУЗ… чего-то там. Не помню точно.

— Это который в районе Петропавловки находится?

— Угу.

— Ясно, — он помолчал немного дольше. — Береги себя, ладно?

— Ты так говоришь, будто я в другую страну отправляюсь.

— Как знать, братец, — Витя отвернулся. — Как знать.

Точного времени заселения Диме не назначили, и он сам для себя установил, что поедет вечером, около семи часов. И с трудом дотерпел до того момента, когда маленькая стрелка часов установилась на семи, а большая на двенадцати.

— Не кури, не пей, девушек правильно подбирай, смотри, чтобы залет не случился, — наставляла мать, провожая его.

— Короче, не пались, — подытожил Витя, пряча улыбку.

Горя энтузиазмом, Дима закинул на плечи, сумку и выбежал на улицу….

До ВУЗа он добрался на такси, с некоторым сожалением потратив последние деньги. Минуту постоял возле учебного здания, гадая, что его ждет, и отправился к общежитию.

Первым же препятствием на пути к светлому будущему встала запертая дверь.

— Не понял, — Димка подергал ее за ручку. — Что за дела?

Сверху из открытых окон доносилась музыка, и слышались крики, не оставляющие сомнений о духовности студенческого братства.

— Есть там кто живой? — Дима решительно забарабанил в дверь. — Ау, люди!

Никакой реакции.

Он мысленно прикинул, как еще можно привлечь внимание, отошел на несколько метров назад, сложил руки рупором, и заорал:

— Л-Ю-Д-И-И-И-И!

*************

— Кто там орет? — Ярослав оторвался от губ эльфийки Элариэль, и с недоумением посмотрел на окно.

— Новенький из группы "17-3", — лениво ответил Сергей. — Тоже, наверное, лошок очередной.

— А зачем вы дверь заперли?

— А пусть знает, что ему тут не рады, — одногруппник демонстративно увеличил громкость музыки, и поднял бокал. — Не переживай, откроем часов в десять, а пока пусть на улице пасется. Ну, за удачную практику!

— Будем!

3

Дима уже успел тысячу и один раз проклясть свое стремление заселиться в общежитие, когда дверь неожиданно распахнулась.

— Новенький? Заходи, — высокий светловолосый парень махнул рукой.

— Какого хрена?!

— Не обессудь, друг, комендант проклятый. Раньше на режимном объекте сторожем работал, теперь как напьется, все закрывает наглухо, и спать заваливается. Так что, в следующий раз ищи другие способы.

— Спасибо за совет, — иронически поблагодарил Дима, подхватывая с земли свою сумку. Время уже близилось к полуночи.

Не сказать, чтобы общежитие оправдало его ожидания.

Скромный холл, грязные лестницы, узкие коридоры, и везде невыносимый запах краски. По сравнению с ВУЗом не Бог весть что.

— Ты на внешний вид не смотри, — парень повел его по коридору. — За пять лет привыкнешь, будешь считать, что милее дома нет. Кстати, меня зовут Ярослав, группа "БМ-18-1".

— Дима… группу еще не сказали.

— Я уже слышал, тебя зачислили в "БМ-17-3". Ты, знаешь что, лучше к нам переходи. А то первокурсники в вашей группе… слегка неадекватные.

— Психи, что ли?

— Если уж совсем грубо, то да. А вон, кстати, моя комната.

— Яри-и-к… — кокетливо протянул женский голос. — Ты скоро?

На пороге указанной комнаты стояла девушка. На секунду Диме показалось, что на ней парик — волосы у нее были неестественно белого цвета, да еще спадали волнообразным водопадом. Фигурка, кстати, тоже не подкачала — и высокая грудь, и круглые бедра, и манящие пухлые губы….

— Скоро, — Ярослав равнодушно чмокнул ее в щеку. — Новенького проведу, и вернусь.

— Я жду! — повернувшись, она исчезла в комнате, не забыв на прощание соблазнительно вильнуть бедрами.

— Жесть… — протянул Дима, не зная даже, как реагировать.

— Не переживай, скоро и у тебя своя давалка появится. Ну, вот и пришли, — они остановились возле двери под номером "213". — Если нужен будет совет — заходи без стеснения, только учти, что я могу быть не один.

— Спасибо.

— Бывай.

"Нормальный парень" — подумал Дима, глядя вслед своему новому знакомому. "Интересно, что он имел в виду, когда говорил "неадекватные"? И что за БМ — бизнес-маркетинг, что ли?"

Дверь легко поддалась, и Дима вошел в общую комнату. И застыл на месте.

Посреди комнаты стоял гроб.

Самый обычный, деревянный гроб, на трех табуретках, то ли осиновый, то ли дубовый. Крышки с крестом не было, были кухонная плита, буфет, холодильник, обеденный стол, а в другой половине — диван и телевизор. Из общей комнаты выходили три двери, одна была подписана "Ссанузел» с хулиганисто дописанной лишней буквой.

Но гроб портил всю картину основательно. Комната была погружена во мрак, зато возле гроба, по бокам в два ряда, горели свечки. Пламя слегка колыхалось на сквозняке, бросая на стену жуткие тени.

На секунду Диме захотелось развернуться, и выскочить за дверь. Но он пересилил себя, зачем-то пригладил волосы, и на цыпочках пошел к гробу. Оказалось, что внутри лежит еще довольное молодое женское тело. Он наклонился поближе…

— Гав-гав!

От неожиданности Дима отпрыгнул в сторону, и, не помня себя от ужаса, бросился наутек. Промазал мимо двери, с грохотом врезался в стену, сшиб крючки с одеждой,