Воин Огня - Сергей Александрович Малышонок

— Есть, капитан, — отозвался кто-то из воинов.

— Потери… — старпом поморщился, случайно дёрнув повреждённым плечом. — Тридцать два матроса и двое магов. Отделались лёгким испугом.

— Лёгким испугом? — кажется, у меня дёрнулся глаз. — Треть личного состава корабля и четверть всех магов — это «лёгкий испуг»?

— При нападении полусотни диверсантов с поддержкой четырёх магов земли — да, — уверил меня старый моряк. — Вы вовремя подняли тревогу — враг успел зачистить только первую каюту экипажа, остальные полегли в бою. Обычно такие рейды заканчиваются потерей всего экипажа и «пропажей» корабля, но вы устранили почти всех вражеских заклинателей земли и лишили их магической поддержки, капитан. Хорошая работа, — в ответ на речь Тандао я мог только скрипеть зубами. Три десятка людей, моих людей, отправились в страну вечной охоты. И это — целиком и полностью моя ошибка. Не предусмотрел, развернул часовых по стандартной схеме, а не усиленному варианту для вражеской территории, решил пожалеть солдат — что им могло угрожать посреди моря на вооружённом до зубов крейсере? Дожалелся, мать вашу. Пусть я их толком не успел узнать, но такие потери… Наверное, сейчас я и осознал, что тоже смертен и, что самое неприятное, внезапно смертен. Может, ну его нафиг? Поражение в войне не так уж и критично… Я встряхнул головой, выгоняя из неё скользкие мысли. Нет уж, если взялся, то нужно довести дело до конца. Пусть это глупо и следствие бараньей упёртости в сочетании с раздутой гордыней, но… не дождётесь, как говаривал один персонаж!

«А ведь мы тут все были „зелёными“, только из учебки, считай, да и территория именно что „кошерная“, почти что безопасная, где и проходит обкатку подобная мне поросль. Как тут вообще оказалось полсотни диверсантов из Царства Земли?» — пришла уже более холодная и здравая мысль. И этой мыслью я поспешил поделиться со старпомом.

— А ведь действительно. Случись такое под Ба Синг Се, я бы не удивился, но здесь… — глаза мужчины нехорошо сверкнули.

— Как-то это дело дурно попахивает. Я бы сказал, смердит.

— Разберёмся, — пообещал Тандао. — Шкипер, — моряк повернулся ко второму офицеру, тоже довольно опытному, но на редкость молчаливому типу — за всё время пути мы с ним перемолвились от силы десятком фраз, — у нас свободно второе машинное?

— Освободим, — кивнул шкипер, — если капитан разрешит.

— Зачем оно вам, мистер Тандао?

— Да так, — мужик мрачно усмехнулся, — у нас два пленных мага, а для вдумчивого разговора в тюрьме хватит и одного. Со вторым же… мы можем побеседовать и тут, — я на миг задумался, как он будет «беседовать» — догадаться нетрудно. Наверное, какой-нибудь общечеловек, а то и вовсе либераст сейчас бы начал вопить о правах военнопленных, милосердии и прочем, но…

— Разрешаю. И я хочу присутствовать на вашем… разговоре, — я ни общечеловеком, ни либерастом не был, а эти «партизаны» благополучно резали спящих людей, тех, кого мне поручили. И за каждого из них я из него душу выну, вытряхну всё, что там было и вставлю обратно.

— Вы уверены, капитан? Зрелище будет не из приятных.

— Как-то очень удачно их группа вышла на новенький корабль с толком не обстрелянной командой. Я должен знать, стечение это обстоятельств или этим обстоятельствам кто-то помог.

— Вам при этом не обязательно… — поднимаю руку, прерывая офицера. Я и так знаю, что он хочет сказать.

— Не обязательно, однако… Как бы мне ни не хотелось, но учиться правильно «разговаривать» с такими типами мне тоже необходимо, — Тандао кивнул, принимая мою точку зрения.

— Что делать с погибшими? — прервал неловкую тишину шкипер.

— Наших — уложить и приготовить к отправке на родину. Падаль — в море. Пленных в кандалы и пусть отмывают палубу. Мага в колодки и не спускать глаз, приставить к охране двоих наших. Проследить, чтобы вокруг не было ни песчинки земли, будет дёргаться… рубите и прижигайте ноги и руки — отвечать на вопросы тюремного дознавателя он сможет и без них.

— Жёстко, — прокомментировал второй офицер.

— Это война, а не благородная дуэль. Они пришли резать спящих, словно убийцы, а не воины. И поступать я с ними буду как с убийцами. Подготовьте помещение, Тандао, Васин. Я буду у себя в каюте.

— Есть, капитан, — хором ответили офицеры. Впереди был очень неприятный день, но без этого не обойтись.

* * *

Молодой человек покинул кубрик, где обсуждал положение дел с офицерами. А потому не услышал продолжение разговора.

— И как он тебе?

— Пока не знаю. Но если он и дальше продолжит в том же духе, лет через пять мы вполне можем получить нового Дракона. Дракон Востока, неплохо звучит, а?

— Возможно. Если он не сломается или не погибнет.

— Ну, нас вроде бы как раз для этого приставили. Проследить, чтобы не сломался и не погиб. Хех, и всё-таки какой потенциал — троих магов устранил, двух из них живьём взял, да и четвёртого отвлёк. Кстати о магах, как думаешь, это адмирал решил дать парню крови хлебнуть или действительно где-то течёт?

— Старик Чан, конечно, крут, но так подставлять сына не стал бы, скорее, отправил бы на фронт. Нужно будет проверить, кто передал положение корабля землеройкам.

— И объяснить, сколь опрометчивым поступком был подобный шаг, — два офицера понимающе оскалились в полумраке кубрика. Всё, что нужно, было сказано и обсуждено. Впереди предстояла работа.

* * *

«Второе машинное» было, по сути, смесью склада и ремонтной мастерской, предназначенной для исправления мелких дефектов оборудования во время похода. Именно здесь матросы вместе с инженерами совсем недавно перебирали и смазывали механизм катапульты. Также, при некоторой сноровке, из данного помещения можно было получить допуск непосредственно к котлу и силовому агрегату, использовался он, правда, только при полном ТО судна или в случае чрезвычайной необходимости. А ещё тут была масса различных инструментов и проходила выхлопная труба с заслонкой. Раньше я полагал, что она необходима для чистки камеры котла, где проходило сжигание топлива (а также втихую использовалась часовыми для разогрева остывшего обеда, что поделать, люди никогда не меняются — у нас порой тоже на трубы с перегретым паром ставили кастрюли с сосисками), но Тандао раскрыл мне ещё одно предназначение заслонки. Она превращала трубу в первоклассную жаровню.

Пленника притащили и прикрутили к столу. Проверив надёжность креплений, старпом отпустил носильщиков. В помещении остались только я, он и наш будущий источник информации.

— Вы уверены, капитан? Зрелище будет неаппетитным, — опять начал офицер.

— Да, уверен, — вот только, судя по моим внутренним ощущениям, уверенностью тут и не пахло.

— Ну что же, тогда приступим, — и Тандао вылил на голову мага земли кувшин морской воды. Пленник быстро пришёл в себя и начал хлопать глазами, пытаясь понять, где он оказался, но нежный удар по печени заставил его сосредоточить внимание на старпоме и собственном организме. — Имя, звание. Как вы нас нашли?

— Пошёл ты, с*ка огнеср***я! — и плюнул в лицо моряка.

— Эх, каждый раз одно и то же, — печально вздохнул офицер и вытащил из внутреннего кармана формы несколько бамбуковых щепок.

Дальнейшее запомнилось мне чередой чавкающих звуков, криков, шипения, запахом пригоревшего мяса и рядом повторяющихся вопросов, буквально ввинчивающихся в мозг. Пленника хватило на полчаса, после чего хныкающее сломленное существо рассказало всё, что знало, не знало, но догадывалось, и не догадывалось, но слышало краем уха. Во всяком случае, мы тогда так подумали.

Во всей этой картине меня относительно радовало лишь одно — ужин был уже давно, а завтрак будет нескоро. Хотя и одной желчью блевать — очень неприятно. Да, блевал и ничуть не стесняюсь. Одно дело в бою, когда напряжение зашкаливает, проткнуть врага или даже «неаккуратно» выпустить ему кишки. К этому привыкаешь. Но вот так, в тесной душной каморке полчаса в запахе крови и дерьма, в шуме истошных воплей… Возможно, к этому тоже можно привыкнуть. Судя по ничего не выражающему лицу Тандао — точно можно. Но привыкать к такому… бррр. Меня ещё раз передёрнуло, а из желудка наружу попросился новый ком.

— Как вы, капитан? — заботливо поинтересовался палач.

— Я никогда не смогу смотреть на мясо по-старому… — кое-как выдавил из себя я.

— О, раз шутите, то всё куда лучше, чем могло бы быть. Помнится, в первый раз я потерял сознание минуте на десятой, а вы крепкий, продержались до конца, — хм… наверное, он так пытался меня ободрить. Вот только вместо этого у меня появилось прямо-таки жгучее