Три эпохи завоеваний - Сергей Сергеевич Ткачёв

«Негативный эффект был развеян»

Как только таймер отсчета показал ноль, я мгновенно подскочил на ноги и вынул из ножен свой меч. Но осмотревшись вокруг, быстро осознал, что сражаться было уже не с кем. Кто бы ни решил напасть на нас с Моникой, свои дела он здесь уже сделал.

— Ах, господин Декард, это вы? — произнесла Моника, когда я приподнял ее на руках.

— Да. Вы в порядке?

— Все хорошо, только тело какое-то ватное и плохо слушается. Что со мной произошло?

— На нас только что напали. Но, по всей видимости, преступнику не нужны были наши жизни. Быстро проверьте, не пропало ли у вас что-то из ценностей.

— Ценностей? — удивилась девушка. — Да какие у меня могут быть ценности… ах! Книга, которую мы так долго искали! Ее больше нет!

«Чего и следовало ожидать… первый интересный квест за двое суток и так облажался! Ну что за непруха?!» — в сердцах воскликнул я.

— Думаю, что мы ее уже не найдем. Судя по тому, насколько бесшумно может передвигаться преступник, вряд ли стоит начинать его поиски ночью.

Взяв себя в руки, я помог Монике подняться и отряхнул ее рясу.

— Вы правы, господин. Даже не представляю, как я теперь предстану перед матерью-настоятельницей. Сестра сбежала, книгу украли. Какая же я бесполезная…

Вдруг ни с того ни с сего, Моника бросилась ко мне на грудь и громко заплакала. Все что мне оставалось делать, это попробовать ее успокоить. Начав гладить девушку по голове, я шептал ей на ухо разные ободряющие слова. Никаких эротических фантазий к оказавшейся так близко монахине я при этом не испытывал. Слишком уж ситуация оказалась странной.

Примерно через пять минут монашка пришла в себя, и освободившись из моих объятий, начала при помощи носового платка приводить в порядок заплаканное лицо.

— И снова спасибо вам, господин Декард. В который раз уже убеждаюсь, что слова матери-настоятельницы о мужчинах не следовало воспринимать так буквально.

— Однажды один умный человек сказал: «Мир не без добрых людей. Их намного больше, чем злых. Но злые лучше организованы».

— Какие глубокие слова. Я обязательно их запомню, — улыбнулась девушка.

После того как Моника окончательно успокоилась, я все же проводил ее до ворот обители. Естественно больше нас никто не тревожил. Даже, наоборот, на улицах снова начали попадаться прохожие НПС и вечно куда-то спешащие игроки.

— Прощайте, господин Декард. Еще раз спасибо. Я никогда не забуду вашу доброту и в будущем обязательно попытаюсь отплатить тем же самым другим людям.

ДЗИНЬ!

«Задание Помощь Монике — выполнено»

«Прогресс: 68 %, Получено: 900 единиц эфира»

— Чего и следовало ожидать. Прогресс слишком мал, чтобы можно было попытаться войти на территорию обители, и получить хотя бы Обычный жреческий класс, — Вздохнул я, глядя на закрывающиеся ворота.

Монахиня, которая встретила Монику, даже не потрудилась на меня взглянуть. Поэтому о каком-то дальнейшем развитии отношений с этой фракцией посредством только что пережитого приключения можно было и не мечтать.

В очередной раз, прокляв себя за невнимательность, я отключился от Тризы и снял ПСИ-обруч.

«Что же такого мне требовалось сделать, чтобы продолжить линейку квеста? Дать отпор грабителю? Нет, с моим текущим уровнем навыков это нереально. И нубу бы было понятно, что преступник пользовался специальной экипировкой, маскирующей его присутствие…»

Так и не придумав какого-то логического объяснения, я снял с себя игровой костюм, и поспешил на кухню. Оттуда как раз пахло чем-то вкусненьким. Наверняка мама уже готовила ужин.

— Алик, ты снова начал играть в эту дурацкую игру? Я думал, ты наконец-то решил взяться за ум, — строгим голосом произнес отец. — Посмотри на себя, тебе уже девятнадцать лет. Разве тот случай с долгом не привел тебя в чувство? Что будет, если подобное повторится? Тебе снова повезет продать своего персонажа за такие огромные деньги?

Мы с отцом виделись нечасто. И причиной тому была его постоянная занятость. Все же ему приходилось работать на двух работах, и сутки через двое, ночевать в лицее Даньки. Я ценил его усилия, хоть никогда и не говорил ему об этом. А все было из-за того, что как только он меня видел, раз от раза заводилась одна и та же «шарманка» о перспективах и планах на будущее.

И вот, сегодня, лишь взглянув на мое помятое лицо, он начал снова:

— Ты помнишь, наш сосед дядя Жора владеет собственным автосервисом? Его сын в прошлом году поступил в техникум и не может помогать там как раньше. Если ты согласишься пойти к нему, он всему тебя научит. Я понимаю, что зарплата там не самая большая, но так ты овладеешь хоть какой-то профессией.

— И что мне это даст? — Вяло огрызнулся я.

— А что тебе дает игра? После того как тебе исполнилось восемнадцать, ты обязан либо продолжить учебу, либо начать работать! Мужчина должен к чему-то стремиться! Или игра сможет тебя прокормить? — повысил голос отец.

— Сможет. Я сам заработаю себе на обучение в ВУЗ-е!

— Ах, сможет, ну тогда сам себя и обеспечивай!

— Дорогой, но эти продукты купил Алик, — встала на мою защиту мать.

— И что? Ты же видишь его отношение. Если мы на него не надавим, он так и останется овощем!

— Спасибо, я наелся.

— Алик, постой. Доешь хотя бы свой суп.

Мама попыталась меня остановить, но я оказался быстрее и первым выскочил из кухни, мгновенно запершись в своей комнате. Именно так проходил почти каждый наш совместный ужин. Вчерашние и позавчерашние события были скорее исключением из правил.

После восемнадцати лет идти учиться… куда? Бюджетных мест в техническом образовании уже давно не существует, а про ВУЗ-ы я вообще молчу. Чтобы пробиться на такое в вышке, надо отвалить сумму в два раза большую, чем стоимость годового обучения.

В текущей парадигме развития цивилизации знания уже давно ничего не решают. Будь ты хоть трижды золотым медалистом со стопроцентно сданным ЕГЭ по всем предметам, возьмут не тебя, а того, кто занесет правильному человеку взятку. Именно так и выкупаются все бюджетные места во всех учебных заведениях. Ты же будешь платить за обучение, как и остальные троечники, едва-едва сумевшие поступить в этот несчастный ВУЗ.

Да только где нашей семье взять на это обучение деньги?

Если бы этот мир был хоть на десять процентов лучше. Если бы в нем были хоть какие-то перспективы, разве зависали бы миллионы школьников и людей среднего возраста в виртуале? Разве