Возврат времени - Даль Адамант

Я сел за стол, а мужчина заварил две чашки чая и стал добавлять в него сахар.

— Тебе с сахаром?

— Да.

Добавив сахар, мужчина взял две чашки, сел за стол напротив меня и пододвинул ко мне одну из них. Он смотрел на меня и мешал свой чайный напиток ложкой.

— Как тебя зовут парень?

— Джон. А вы Мерфи, так?

— Да, я Мерфи, и раз уж ты запомнил мое имя на месте аварии, значит с памятью у тебя порядок. Мне бы стоило извиниться за этот инцидент, но я думаю, ты будешь еще благодарен мне, за то, что я не доставил тебя в госпиталь.

— Благодарен? — возразил я.

Он закончил перемешивать чай, поднялся из-за стола и ничего не сказав, вышел из кухни. Я услышал, как он открыл дверцу шкафа или тумбочки, что-то достал оттуда и вернулся обратно. В руках у него был мой мобильный телефон и бумажник. Увидев, что в его руках находились мои вещи, я стал очень недоволен. Даже тот факт, что я был длительное время без сознания не давал ему право брать мои вещи, а тем более убирать их куда-то. Прежде чем он сел за стол я высказал ему о своем недоумении по этому поводу.

— Так значит, я должен быть вам благодарен за то, что вы шарите по чужим карманам?

— Может это и неправильно, но на твоем бы месте я бы так не возникал.

— С чего бы это? — еще более возмущенно спросил я.

Мерфи уже сел за стол и положил мой телефон с бумажником на стол, а затем посмотрел на меня, как опытный следователь в полиции. Его глаза перестали бегать по сторонам и пристально смотрели на меня.

— Не знаю, кто ты такой, но есть у меня такое странное чувство, что человек за столом напротив меня не от мира сего, — тут он сделал паузу, а я промолчал и позволил ему продолжать, — я хотел узнать твою личность, надеясь найти при тебе документы. В твоем пиджаке был бумажник со странными купюрами, надписи на которых гласят, что это доллары, а вот их вид совсем не похож на современные деньги. Подделать эти купюры в кустарных условиях просто невозможно, тем более что бумагу для печати денег выпускает только одна единственная фирма. Монеты подделать тоже нелегко, а что самое интересное, года указанные на них далеко не соответствуют нашему времени. К тому же на бумажных купюрах имеются некие микро-печати, а вот изображения людей на пятидолларовых, пятидесятидолларовых и стодолларовых банкнотах мне знакомы. Еще в бумажнике находилось водительское удостоверение, материал из которого оно сделано я не узнаю. Думаю это обыкновенная бумага, покрытая какой-то прозрачной пленкой, а на удостоверении твое цветное изображение, и оно явно не похоже на рисунок, а под ним имя — Джон Ховард. Если на все эти вещи я мог подумать, что это просто очень качественная подделка, то об этом приборе я не мог ничего даже предположить.

Он взял мой телефон в руки, покрутил его в руках и положил обратно на середину стола.

— Что это?

Поначалу я не знал, что ответить. Я колебался над ответом и никак не мог решить, говорить ему правду или нет, не знал как вести себя в этом мире, а с Мерфи подавно. Понимал только одно, все это со мной происходит наяву. Я даже не знал, как ему объяснить, что эта вещь с кнопками и экраном не только выполняет функцию телефона, но и может воспроизводить музыку, видеозаписи, демонстрировать изображения, записывать звуки и видео, печатать текст и многие другие возможности, о которых здешние жители и догадываться не могут.

— Это компактный телефонный аппарат.

— Да? И как же он работает?

Я приблизился к краю стола, положил обе руки на стол и смотря на него проницательным взглядом спросил.

— Для начала объясните мне, что здесь происходит?!

— Что-то не так?

— Да здесь вообще все не так! Я не могу поверить в то, что меня окружает. С какой стати я должен объясняться перед вами?!

Я встал из-за стола и, жестикулируя, кричал во весь дом.

— Перестань шуметь и присядь, — спокойным голосом сказал Мерфи.

Я сел на стул и замолчал.

— Ты знаешь, какой сейчас год?

От такого вопроса у меня по всему телу побежали мурашки. По всей спине прошел холод, и я с ужасом начал верить, что нахожусь не в своем настоящем, и в то что все происходящее натуральная правда. Наверно любой человек на моем месте не стал бы говорить, что он пришелец из будущего, но почему-то с этим человеком я решил вести разговор откровенно. Мне было наплевать, поверит он в мои слова или нет. Я хотел только точно знать, куда я попал, а по возможности понять, как и почему.

— И какой сейчас год?

— Тысяча девятьсот тридцать второй. Но что-то мне подсказывает, что ты не только не из этих мест, но и не из этих времен. Так кто же ты?

— Здесь я никто и мне однозначно тут не место.

— Но ты же кем-то был там, откуда ты родом?

— Послушайте, я здесь чужой, мне здесь не место, мое место, в Гранд Айленде в двадцать первом веке. Вы конечно можете думать, что я полный псих, несущий бред в каждом предложении, но я говорю правду.

— Тогда и ты послушай. Я повидал много за свою жизнь и ни за что бы не поверил в эту бредятину, которою ты несешь, если бы я не обнаружил эту вещь.

Мерфи взял телефон в руки и принялся его вертеть и рассматривать.

— Как же он работает?

— Так же, как и стационарные телефоны, только эти можно носить с собой.

— Что-то вроде радио наверно. Так это приемник и передатчик одновременно?

— Послушайте, я не ученый, я их не разрабатываю, я и сам толком не знаю, как это происходит.

— А можно с него позвонить? Скажем на соседнюю телефонную будку или моей кузине?

— Это уже вряд ли.

— Почему?

— По двум причинам, первая — это отсутствие систем мобильной связи, а вторая он просто-напросто разряжен.

— Разряжен? А что это значит?

— Нет энергии.

Я пытался описывать свой телефон как можно проще, чтобы он мог хоть как-то понять, как он функционирует. Это было схоже с обучением младенца игре в шахматы. Он задавал мне огромное количество вопросов, а я пытался объяснить ему