Машина смерти - Джин Мастейн

Обычно за Домиником присматривала соседка, но когда ее не было дома, а остальные взрослые уходили на работу, его опекал Нино. Если у него была назначена встреча или нужно было решить какие-то дела, он брал племянника с собой. Когда вся семья собиралась за одним столом, мальчик не раз сиживал на коленях у Скализе, слушая народные сказки острова Сицилия и рассказы о страданиях своего народа, но теперь к Фрэнку добавились те, кто помогал Нино завоевать его положение в обществе, и Доминику велели называть их дядями.

Первым из них был Пол Кастеллано. По иронии судьбы его отец владел мясной лавкой, в которой когда-то работал Энтони Сантамария. После развода Энтони уволился и к тому моменту, когда Доминик пришел в магазин повидать дядю Поли, вовсе покинул этот район. Пол унаследовал от отца мясной бизнес, но также он был и главным помощником Карло Гамбино, управлявшего семейным делом Скализе в Бруклине. Карло, плутоватый сицилиец, старше Пола на пятнадцать лет, а Нино – на двадцать пять, прибывший в Америку в 1922 году, тайком пробравшись на грузовое судно, был двоюродным братом Пола, к тому же последний женился на одной из его сестер.

В беседах с Домиником Нино всегда описывал Пола и Карло как «важных людей», знать которых было честью для него. Несколько раз Доминик присоединялся к ним и другим гостям за послеобеденным кофе, и по тому, как все относились к дяде Карло, человеку с огромным носом и спокойной манерой говорить, он чувствовал, что Карло был почти таким же важным, как Фрэнк Скализе.

Однажды, когда одно из таких собраний подошло к концу и Доминик уже попрощался с дядей Карло, Нино представил его как умного мальчика, обладавшего прыткостью оленя. Мальчик навсегда запомнил ответ Карло: «Быть умным как лиса – вот это хорошо. Лиса умеет обходить ловушки. А олень? Лучше быть львом, чем оленем. Лев может отпугнуть волков. Если ты одновременно и лев, и лиса, тогда ты непобедим».

Как любой мальчик его возраста, Доминик решил, что Карло сам пришел к этим выводам, и в течение нескольких лет делился этой информацией с друзьями. Только много позже он узнал, что Карло слово в слово процитировал Никколо Макиавелли, итальянского государственного деятеля эпохи Возрождения. В трактате Макиавелли «Государь» Карло нашел девиз всей своей жизни: на что бы ни пришлось пойти правителю для сохранения своей власти, он должен пойти на это.

К середине 1950-х годов на теле Нино стали проявляться последствия малоподвижного образа жизни. Из физической активности в его распорядке дня была лишь прогулка с собакой, боксером по кличке Государь. Нино по-прежнему выглядел неплохо, но явно прибавил несколько килограммов; кожа его была все еще гладкой, а волосы – черными, без седины, но мышцы стали дряблыми, и вскоре его разнесло фунтов до двухсот[9], что не лучшим образом сказалось на фигуре человека ростом пять футов восемь дюймов[10]. Он по-прежнему пил только вино, но исключительно в рамках трапезы из нескольких блюд.

Широкоплечий, с темными вьющимися волосами, карими глазами и четко очерченными скулами, молодой Доминик был копией Энтони Сантамария, вплоть до щербинки между верхними зубами. Правда, при всей активности и спортивности, в талии он был слегка широковат.

В школе юноша легко заводил друзей и схватывал все на лету. Как-то раз, когда Доминик учился в пятом классе, он пришел домой очень взволнованный – на груди у него красовался голубой значок, на котором было написано «Президент». Он бросился к Нино рассказать о том, какие почести воздали ему одноклассники.

– Знаешь, что случилось? – вопросил он и, не дожидаясь ответа, выпалил: – Меня выбрали президентом класса!

– Да? И что делает президент класса?

– Он присматривает за классом, пока нет учителя. Если кто-то ведет себя плохо, он записывает его имя.

– Другими словами, ты теперь стукач.

– Стукач?

– Да! Никто в нашей семье не может быть стукачом. Ступай и скажи учителю, что не будешь президентом класса.

– Но меня выбрали, – кротко молвил Доминик.

– Это не для нашей семьи. Скажи учителю, что не можешь.

На следующий день Доминик сделал, как было велено. Учитель много раз спрашивал его о причинах этого поступка, но он так и не дал прямого ответа. Его уклончивость служила наглядным доказательством того, что уроки, преподанные ему дома, не прошли даром: если бы он сказал правду, то «настучал» бы на дядю Нино.

В Бат-Бич, так же как и тогда, когда Гаджи жили в нижнем Ист-Сайде, представители их сообщества были членами местного католического прихода святого Финбара, как и раньше, регулярно посещали мессы только женщины и дети. Подобно тому как когда-то мать Нино брала его с собой в церковь, мать Доминика познакомила сына с церковным учением и ритуалами – и как и в случае с Нино, без особого результата. К примеру, он никогда не видел связи между своей фамилией Сантамария и праздником Успения Богородицы, посвященным тому, что Мария с земли попала прямо в рай.

После конфирмации[11] 5 мая 1957 года Доминик стал «солдатом Христа». Этот день был исполнен в большей степени семейных откровений, нежели религиозной значимости. В начале церемонии всех детей выстроили в шеренгу снаружи церкви вместе с теми, кого они выбрали своими крестными родителями, которые должны были защитить тех, если с их родителями что-то случится. На кадрах домашних кинофильмов видно, что человек, которого выбрал Доминик, одет в стильный темно-серый костюм с красной гвоздикой в петлице и галстук из красного шелка, а в руках он нервно теребил свои темные очки, будто сильно волновался. Нино Гаджи весьма продолжительное время не бывал в приходе святого Финбара, но когда барабаны и рожки возвестили о начале церемонии, он возложил свою руку крестного отца на Доминика Анджело Сантамария и проследовал внутрь.

Когда в семье появился первый телевизор, Доминик стал замечать, что дядя Нино всегда поддерживает злодеев. При этом четкого образа крестного отца у мальчика еще не сложилось. И вдруг в результате череды определенных событий через несколько недель после конфирмации все стало ясно. Однажды днем в июне 1957 года некий представительный мужчина, одетый с иголочки, покупал персики в овощном магазине неподалеку от своего дома. Сзади подошел неизвестный и четырежды выстрелил в него. Жертве по имени Фрэнк Скализе было шестьдесят два года.

На следующий день полиция нашла в его доме сотни