Народный театр - А. Ф. Некрылова

— С сушеною рыбой! Кому сушеной рыбы? — кричит новый ряженый, держа за спиной пару сухих лаптей.

Требование сушеной рыбы удовлетворяется точно таким же образом, как набойка: ряженый бьет лаптями девок по спине и чему попало.

В избе крик и хохот.

Влетает еще ряженый, и это — наездник. Он с нагайкой и дугой, перекинутой через плечо, бегает и хлещет нещадно девок, так что все убегают и изба остается совершенно пустою. Появление новых ряженых собирает разбежавшихся, и в избе снова начинаются представление и шутки ряженых.

К числу самых любимых сцен, которые разыгрываются на святочных беседках, относится сцена под названием «Афонька новый и Барин голый». Это — диалог, который ведется между барином и его слугою Афонькой, и есть не что иное, как сатира на старый помещичий быт. В ней изображается тип барина и его отношения к своим крестьянам, у которых хозяйство доведено до такой степени совершенства, что хлеб в поле стоит «Колос от колоса, не слыхать человечьего голоса», из рогатой скотины только «таракан да жужелица» и т. д.

К сожалению, народная сатира по форме изложения так мало литературна, что делать из нее извлечения положительно неудобно. То же самое нужно заметить и относительно большинства святочных представлений, которые возбуждают в зрителях такой искренний восторг, какого не может у образованного человека вызвать ни одна из первоклассных комедий.

V

Два парня кладут на плечи две палки, связывают их (чтобы не разъезжались) и накрывают пологом. В передний угол полога набивают соломы и делают лошадиную голову, на которой рисуют углем глаза и нос; сюда же продевают ухват, который образует уши («Где ухват уши живут»). Лошади узду одевают, ширкунчики (звонки и бубенцы) навязывают на шею («где шея живет»), и верхом на нее садится человек. Так въезжают в избу на беседу, причем лошадь двое ведут, т. к. она благует (скачет) шибко. Первый парень под пологом держит ухват и фыркает к девкам по-лошадиному. Свободные парни ловят девок и пихают по одной под полог — «девками кормят лошадь».

Затем подходит покупатель: «Отдай, дядя, лошадь!» — «Купи!» Седок слезает, и новый хозяин берет лошадь за повод; слезший торгуется с тем, который за повод лошадь взял; лошадь в это время повалится.

Купец к седоку: «Надо, бат, вылечить ее, ты, бат, знаешь молитвы — вылечи». Седок читает «молитву» (неприличнейшие стихи). Лошадь встает, и новый хозяин уводит.

Иногда лошадь делают из соломы, при помощи одного коромысла, и парень выезжает на ней верхом, как на палочке.

Подобным образом рядятся коровой, и так же ряженье сопровождается нескромными выражениями.

Б ы к. Парень с горшком на ухвате накидывает полог. В таком виде вводят его в избу; здесь он помычит около девок, махая головой как бык.

Находится покупатель и торгует быка. Когда сторгуются, то кто-нибудь из толпы бьет по горшку, и он разбивается, а «бык» быстро срывает с себя свой наряд и убегает по возможности незамеченным. Гуляющие в избе парни вынимают тогда заранее приготовленные соломенные жгуты и бьют девок со словами: «С кем быка ела?»

Девки визжат, прячутся, а когда парни всех побьют, покупатель берет полог с ухватом и уходит домой со словами: «Надо хоть шкуру взять да идти домой — быка съели».

ШУТОЧНАЯ СВАДЬБА

Свадьбу изображали (на святки). Сидят все вокруг стола. Потом всех разгоняют, девки убежат, выбирают, кого из парней женить, невесту. Стул поставят. Сват ходит, выбирает невесту:

— Я не в Питер пошел,

Я не в Киев пошел,

Я не пенье ломать

И не коренья драть,

Я невесту выбирать.

Которая невеста

Без белил девка бела,

Без румянцу румяна,

То невеста моя.

Приходит парень, к нему сват подводит девку. Так «женят» всех. Потом «теща» с «блинами», «отец» с «вином». Это значит — на тарелке вода (блины) и в стакане (вино). «Молодой» выпивает, «теща» руку в воде помочит и по щекам его — «Ешь!».

Жених выберет невесту и на стул положит плаху, и девушка бежит и должна через эту плаху с лучиной перепрыгнуть. Если она сробела, жениха лупят.

РАССКАЗ О РЯЖЕНИИ

На святки [...] покойником рядились. Плетни ранешние были, вроде санок. Растянули простынь, его повалили. Один ходит, кадит. Кадило вроде настоящее. И поют:

Покойник, покойник,

Умер во вторник.

Стали кадить —

Он из-под савана глядит.

Покойник встает и бежит.

Рядились еще лет десять тому назад, в вывороченные шубы и всяко...

Еще ходили двое. Старуха с Ермолаем. Ходили, шили сапоги, и у них накладено было всего, со своей сшивальней.

Старуха говорит:

— Ермолай, не сошьешь ли мне сапоги?

— Не сошью!

— А не сошьешь, так вот тебе!

И бьет его. Ссорятся при всех. Она его палкой лупит, хлопает и приговаривает (всяко смешно).

СТАРИК СТАРУХУ ВЫХВАЛИВАЕТ

(Приговор ряженного стариком)

Нарядились М. А. Яганова стариком, А. Ф. Обаньина старухой. Старик старуху стал хвалить:

— Вот до чего старуха хороша.

Вот, бывало, сварит суп

Из двенадцати круп.

Складет две ноги лосины,

Да две лошадины,

Да две пропадины.

Накладет макарону,

Из которого гнезды вьют вороны.

Хлебнешь и ногами лягнешь.

А мяса отпустишь,

Да глядишь, и в трусы напустишь.

А настряпает, бывало, пирогов,

Да хохрики, да мохрики,

Да лепешки без перемешки

Да состряпает два звонаря,

Да три колокола,

Состряпает, бывало,

Из рыбы пирог,

Стоит, что рог,

Красивый, что плешь,

Подскакивай да ешь.

Но на все была дельна,

И платья было много.

Было три корзины с узлами

Да три с рипасами.

Сарафанчик с зеленой бороздой,

А от зеленой борозды

Недалеко до .....

Вот до чего дельна была старуха!

А посуды, что!

Медной посуды —

Крест да пуговица,

А рогатого скота —

Петух да курица,

Вот до чего дельна была старуха!

Купила мне

Часы карманны

О двенадцати камнях,

Которы возят на дровнях,

На семи лошадях.

Бывало, пойдут через пень,

Через тын, через подворотку,