Арабская ночь. Табу на любовь - Амира Ангелос

— Ну что, пошли в наш «Аладдин», — говорит мне, подмигивая.

Проходим мимо общего ресторана, где уже начинается ужин — шумно, многолюдно, ароматы сливаются в настоящий гастрономический вихрь. За одним из столиков замечаем Михаила. Он тоже переоделся: в темной льняной рубашке, с мокрыми волосами, подсушенными солнцем.

— А вот и мои любимые леди, — довольно улыбается он. — Жду вас, как джентльмен.

— Мы сегодня идём в а-ля карт, Миш, — с притворным сочувствием говорит Ира. — Так что тебе придётся поскучать в одиночестве.

— Тогда до встречи на анимации, — шутливо кланяется он.

Мы машем ему рукой и направляемся к нашему ресторану.

«Аладдин» встречает нас тёплым светом фонариков и запахом специй. Он расположен прямо под открытым небом, как уютное шале, только в восточном стиле: резные деревянные арки, золотистые ткани, подвесные лампы, похожие на волшебные. Все в духе диснеевской сказки. Даже меню украшено арабской вязью, а официанты — в красных жилетах и фесках.

Устраиваемся за столиком, нам приносят меню бара. Выбираем белое вино. Прошу добавить в него лед. Нам приносят закуски, а потом железный сундук с разнообразным грилем, из которого поднимается дымок, как будто из пещеры сокровищ! Все шкворчит, бесподобный аромат.

Мы чокаемся, вечер явно удался на славу.

Прохладное вино, с нотками цитруса. Музыка играет фоном, что-то восточное, с легким джазовым оттенком. За соседним столом эмоциональная компания итальянцев. Интересно наблюдать за ними. Атмосфера расслабленная, все вкусно, красиво и легко.

— Так, мы должны найти тебе кавалера, — заявляет Ира. — Как насчет того итальянца?

— Это скорее к тебе. Ты же была замужем за итальянским мачо.

— Угу, и сильно разочаровалась. Мамочкин сынок. Все они, такой вот менталитет.

— Тогда мне зачем советуешь?

— Тебе надо сбить оскомину ужасного брака. Переключиться. Для этого страстный итальянский мачо вполне сгодится. Ладно, как насчет Алексея?

— Спасибо, но нет.

— Он вполне ничего, — Ира смотрит на вино. — Пожалуй, закажу еще бокал. Думаю, я сегодня с ним пофлиртую. Почему бы и нет? Раз ты не хочешь.

— Вперед, — дразню я ее. — Мне кажется ты ему уже достаточно дала сигналов.

— Ну, а что? Много мужчин не бывает, — улыбается Ира. — А ты, между прочим, тоже не промах. От тебя сегодня обаяние фонтаном било. Особенно в купальнике!

— Перестань, — смеюсь, ощущая, как щеки заливает тепло. — Я просто купалась. И разговаривала. Не более.

— Мгм, ну да, не более. А я как будто не видела, как тот араб парень глаз с тебя не сводил, а Алексей к тебе тянется с первой секунды.

— Ир, ну правда. Я просто… живу. Впервые за долгое время.

Мы улыбаемся друг другу. От смеха, от еды, от этого волшебного вечера настроение на двести процентов.

Насытившись до предела, выходим из ресторана и медленно прогуливаемся по территории. Горят фонари, журчат фонтаны, откуда-то тянет аромат жасмина. Обсуждаем плюсы и минусы отеля, Ира рассказывает:

— Кирилл очень заинтересовался этим местом. Говорит, отель перспективный. Скоро сам приедет.

— Правда? — удивляюсь.

— Угу. И ты его заинтересовала, кстати.

— Глупости, — машу рукой.

— Ничего не глупости. Спрашивает о тебе каждый раз. Я бы на твоем месте задумалась. Он классный.

— Как же ты любишь меня «сватать». А вот я это не выношу.

— Да-да, мы все это знаем. Только, по-моему, ты себе не признаешься, как тебе нравится вся эта мужская энергия вокруг. В бассейне ты не просто плавала, ты сводила мужчин с ума!

— Ира!

— Я всегда Ира, — смеется она.

На площади у главного здания начинается анимация, и мы, конечно, не проходим мимо. Находим уютный столик у самого бассейна — оттуда все видно, слышно, от воды идет приятная прохлада. Близко к нам из бассейна торчит большая скульптура акулы, сияющая под прожекторами. Ее округлые формы отражают свет, и в какой-то момент мне кажется, что она подмигивает под ритм веселой восточной музыки. Вокруг звучит смех, звенят бокалы.

Аниматоры выходят на сцену: девушки в блестящих топах и развевающихся юбках, парни в ярких футболках и шортах. Они танцуют с детьми. Малыши неуверенно переставляют ножки, кто-то пританцовывает на месте, кто-то прячется за родителями. Всего детей немного, этот отель все же больше ориентирован на взрослых, но именно поэтому атмосфера особенно теплая, почти домашняя. Мы хлопаем в ладоши, смеемся, подпеваем знакомым мелодиям, иногда поднимаемся со своих мест, пританцовываем.

Все вокруг переливается: гирлянды, подсветка бассейна, отражения в воде. Музыка становится все громче, ритм ускоряется, и вот начинается фаершоу.

Сцена замирает на секунду, а потом в темноту словно врывается огонь. Выходят четверо мужчин, все в темных шароварах, с голыми торсами, блестящими от масла и пота. Их мускулистые тела подсвечены снизу, отчего кажется, будто они мифические создания, полубоги, духи огня.

Первый из них поднимает руки. Двойные факелы зажатые в ладонях вспыхивают мгновенно. Он начинает вращать их над головой, оставляя огненные следы, словно ленты. Его движения точны, быстры и ритмичны, как будто он играет на каком-то древнем инструменте, но вместо звуков выпускает языки пламени.

Другой подбрасывает свои факелы в небо и ловит с пугающей точностью. Все это под ритмичную арабскую музыку с басами, вибрация которой отдается в груди.

С каждым кругом темп нарастает, движения становятся все безумнее, огонь — ярче. Они будто соревнуются между собой, кто сделает более рискованный трюк. Один из парней крутит два факела у самого тела, огонь касается кожи.

Завораживающее зрелище гипнотизирует.

Толпа замирает. Никто не отвлекается, не дышит. Все поглощены гипнозом этого огненного танца. Кажется, что зрители словно входят в транс. Огонь мерцает в глазах, отражается в бокалах, танцует на стенах и воде.

Я залипаю, буквально забываю, где нахожусь. Все остальное исчезает. Только эти танцующие фигуры, тени, пламя и ритм. Где-то внутри поднимается восторг, такой, что щекочет грудную клетку, будто я вот-вот рассмеюсь или расплачусь. Восхищение, трепет и легкий страх от красоты и мощи огня.

Ира трогает меня за плечо:

— Волшебно, правда? До слез прекрасно! Разве можно в это не влюбиться?

— Невозможно, — киваю. — Это восхитительно. Спасибо, что ты взяла меня сюда.

Начинается другая мелодия. Завершение шоу. особенно острое, трюки на грани. Мелодия более ритмичная, пронзительная. Барабаны, перкуссия, восточные переливы. Музыка пульсирует в венах. Втягивает в себя сознание, как черная дыра.

Делаю несколько