Еврейская сюита - София Браун

– Расскажите, он закончил высшую ешиву и пошел в армию?

– Да. Тогда как раз ввели такое новшество. До армии оставался еще один год. Допустим, они должны идти в армию в восемнадцать-девятнадцать, а он пошел в двадцать лет. И у него был год подготовки от его ешивы, потому что там все раввины служили в армии, они все офицеры. Потом двое из тех раввинов, которые преподавали в ешиве, стали главными раввинами израильской армии. Это очень-очень прекрасные люди. Они следят, и, если у какого-то солдата проблемы дома или другие какие-то проблемы, они все время вместе с ним, они помогают ему. Или когда трудности, ну, в армии всегда трудности, – они всегда помогают.

Между прочим, он познакомился со своей женой. Когда он пошел в армию, у него еще не было аттестата зрелости. И там работала его будущая жена, она должна была солдатам помогать как социальный работник. Это была ее служба. И она сказала: «Как это можно, ты из такой семьи, а у тебя нет свидетельства об окончании школы!» Он говорит: «Ну, нет свидетельства, я не могу, я дислексик, я не умею». Она… она очень такая израильская девочка. Говорит: «Что значит, ты не умеешь? У тебя будет это свидетельство!» И она сидела с ним, занималась. Я тоже должна была с ним сидеть над ивритом… Я знаю иврит, но не знаю грамматику. И он меня так мучил с этой грамматикой, все падежи, все… Но он получил свидетельство. А потом они поженились.

– Сколько служат в Израиле?

– Мальчики служат три года, тридцать шесть месяцев. Девочки два года. Это нормальная служба.

На этой службе он потерял двоих своих друзей-офицеров. Но у него остались прекрасные товарищи, и по сей день они дружат.

– А он сам выбрал, что пойдет в парашютисты? Как так получилось?

– Ешива перед армией, на один год каждый может туда пойти, – это как подготовка для религиозных солдат. Потому что у хасидов двойная трудность – у них молитвы, у них суббота, у них правила – что можно, что нельзя. Они выходят из религиозной среды, где свои обычаи, свои привычки, свои товарищи, и попадают в совершенно другое общество. И наставники заметили, что после этого большинство бывших солдат уже не такие религиозные. Потому что там девочки, там не соблюдают субботу… это другой стиль жизни.

И поэтому раввины-офицеры перед службой вводят их в курс дела, и они все время с ними. Я думаю, что Михаил был больше на связи со своими учителями, чем со мной. Я же не знаю армию, я никогда не была в армии. А там, в ешиве, люди, которые хорошо понимают и помогают.

Когда Михаил туда пошел, такой порядок был только второй год. До этого не было никакой специальной подготовки для религиозных солдат, а сегодня их много. Моя внучка тоже служит в армии, она офицер и религиозная. Между прочим, у них больше мотивации, я так считаю.

– Что с Михаилом было дальше, после армии и женитьбы?

– Потом он полгода пробыл в Индии. Уже с женой. Они знают, что я против этого, против Индии и все такое, но я не вмешивалась. Когда из Израиля едешь в Индию, надо сделать шестнадцать уколов – прививок. Там же сырую воду нельзя пить, воздух нехороший, и все эти условия… Но Михаил сказал мне: «Все будет в порядке». Они были там, потом вернулись.

Жена Михаила очень любит учиться. Вот, закройте ее в комнате на двадцать четыре часа, одну с книгой, и она все будет учиться. У нее фотографическая память. Она написала докторскую работу по Талмуду. Первая женщина, которая сделала такую работу, в университете имени Бар-Илана, это религиозный университет, один из пяти университетов. И она получила высокую награду за свою учебу – стипендию. Не каждый получает, но ей полагалось. Это называется ректорская стипендия, от ректора.

Она такая религиозная феминистка, потому что она все знает. Но она не будет раввином. Женщины-раввины устраивают скандалы.

Будь женственной – это хорошо.

Будь красивой для своего мужа – тоже хорошо.

Будь дома с детьми.

У нее такой мозг и способ мышления, как у раввина. Да, она должна была быть мужчиной. Потому что раввин с такими знаниями, как у нее, может отвечать на мои вопросы.

Что такое раввин? Вы к нему приходите, задаете вопрос, он вам отвечает. По Торе, он объясняет то, что написано в Торе. Она не может этого делать, как женщина. Она знает об этом.

А потом Михаил тоже получил высшее образование, только шесть лет тому назад.

– Какое образование?

– Он закончил юридический факультет. Он юрист, Михаил. Со всеми его приключениями – он юрист.

– Если он недавно закончил, то это просто он так долго учился или до этого чем-то занимался другим? Он был раввином?

– Михаил не был раввином. Они живут в Иерусалиме, а он работает в Тель-Авиве, поэтому почти каждый день приезжает в Тель-Авив. Однажды мой адвокат ему сказал: «У тебя такая ученая жена, а ты будешь никто, ты будешь коврик для нее».

И это было правдой. Жена-карьеристка. Вы же знаете. Вы карьеристка, я карьеристка… Тот, у кого десять классов образования, – кто это для меня? Я же не буду уважать такого человека. Вот это мой адвокат ему и сказал: «Ты же сейчас никто, Михаил, у тебя такая ученая жена, она тебя бросит». Тогда Михаил его спросил: «А что я должен сделать?» Он говорит: «Иди учиться, ты будешь юристом. Да? Да».

Михаил уехал от адвоката в Бар-Илан и в тот же день нашел юридические курсы, записался.

– Как подействовала беседа!

– Если бы я ему сказала, конечно, он бы меня вообще не послушал, а это мужчина мужчине говорит. Не его отец. Говорит: «Ты же никто, пустое место». Я не могу такое сказать, вы тоже не можете сказать. А он думал всегда, что «о-о-о…», он такой, такой красивый, он такой высокий, он такой парашютист, и все будут млеть перед ним. Никто не будет млеть. Вот это разговор мужчины с мужчиной, я такого не умею.

– Так, он закончил юридический факультет, и у него сейчас практика?

– Нет, это было так смешно… Он все делает наоборот: сначала сделал себе практику в Тель-Авиве. Он бизнесмен, консультант по налогам. Большие фабрики, большие