Подчиняйся, будешь моей! - Айрин Лакс

– Что?! Нет! – возмутилась она. – Нет, не знала! До меня доходили слухи, что у Севастьянова изысканный вкус, что он предпочитает наслаждаться жизнью, всегда ищет новые ощущения, но я точно не знала! Если бы знала…

– Вытащи меня! – потребовала я. – Вытащи немедленно!

– Милая, я бы рада, но… – заблеяла Рината. – Я не могу. Меня и на километр не подпустят. Я даже не знаю, где этот клуб находится.

– Врешь! Врешь… ты нагло врешь! Сначала говоришь, что тебя не подпустят, а потом… говоришь, якобы не знаешь. Мама. Прошу… Я на такое не соглашалась. Меня обманули! Ты меня обманула… Ты… Вытащи меня! Подключи своих влиятельных знакомых… Все, что угодно!

– Я попробую что-нибудь сделать, но не обещаю. Понадобится время.

– Сколько?

– Не знаю! – раздраженно ответила Рината. – У некоторых встречи расписаны за неделю, другие не отвечают на поздние звонки. Мне нужно поговорить с людьми, а они, в свою очередь, тоже должны будут кое с кем пообщаться… Это займет время. День-два… Просто не подписывай договор, если не согласна.

– Если не согласна? ЕСЛИ?! Да как ты вообще можешь предположить такое! Знаешь, что… Засунь себе в жопу свое гребаное ЕСЛИ, свои паршивые связи и все-все, что с тобой связано. Я тебя не знаю. Я… я вычеркиваю тебя из своей жизни!

Я едва не бросила телефон в порыве эмоций, но потом прижала его к груди и опустилась на прохладный мраморный пол.

Накатывала истерика. Паника. Стало трудно дышать.

Я вот-вот начну задыхаться. С большим трудом я заставила себя встать и сунула руки под ледяную воду, принялась умываться ею.

Холод немного отрезвил меня.

Надо выбираться.

Любым способом…

Вызвать полицию? Нет, наверняка у таких крутых людей все схвачено и куплено. Мне нужен тот, кого не подкупить, у кого хватит решимости и нахальства. Других сюда просто не пустят, уверена!

В голове запульсировало только одно имя: АДАМ!

Я немедленно позвонила ему. Гордости здесь не место…

Внутри заныло: вдруг не захочет ответить? Я так холодно отбрила его перед ужином.

Что, если он не ответит?!

Не ответит…

– Алло. Эва… Ну как? Новости есть хорошие? Ужин со спонсором проходит как по маслу? – чрезмерно бодро поинтересовался Адам.

– Адам… Адам! – меня затрясло еще сильнее.

– Так… Что стряслось? – голос мужчины изменился, помрачнел, наполнился тревогой. – Говори. Говори, не молчи! Ты плачешь?! Что пошло не так? Отказали? Не беда, всегда есть запасной вариант. Не отчаивайся.

– Не в этом дело, Адам. Наоборот. Мы ужинали. Он сказал, что согласен. Но с условиями… Только он гребаный извращенец! Понимаешь? Хочет, чтобы меня трахали другие мужики, а он будет на это смотреть! – я заплакала. – Мне страшно! Я хочу домой…

– Стоп. Картина ясна. Я тебя вытащу. ВЫТАЩУ! Теперь детали. Факты. Мне нужно знать, где ты. Адрес.

– Не знаю адрес. Только название. Элит-Рум, это за городом, по северному съезду.

– А. Знаю. Мда…

– Я хочу сбежать!

– Так. Успокойся, ладно?

– Хочу сбежать, а он с охраной… Мне тошно. Противно!..

– Нет! Бля, сбежать прямо сейчас это плохая идея! Сама сказала, заведение отдаленное. Это небезопасно. Вернись за столик…

– За столик?! Ты в своем уме?!

– Да. Да, так будет лучше. Одна никуда не уходи. Не сбегай ни на парковку в поисках такси, ни в туалет. Поняла?! Вообще никуда не отлучайся, ни в какой темный и укромный угол. Сядь за столик и продолжай ужинать! Люди кругом есть?

– Полно. Этот рай для извращенцев и богатеньких ублюдков.

– Есть… Пока ты на людях, ничего не случится. Поболтай…

– О чем? Мне противно даже смотреть!

– О чем? Да хоть о пирожках своих! Плевать, что противно! Тяни время, как сможешь. Я выезжаю! – добавил Адам резко.

Он не отключился, я слышала звук его шагов и обрывки разговора с братом, больше звук их голосов – похожих, но таких разных.

Звук мощного мотора… Как будто от трактора.

– Эва? Ты еще здесь?

– Да.

– Ага, умница. А теперь уточни, ты вылезла из укромного местечка, откуда ты звонила?

– Нет, я все еще здесь. В туалете.

– Немедленно возвращайся. Не хватало, чтобы тебя принялись искать. Будь на людях, помни. Ты сильная, справишься и потянешь время. Иди… Я еду. Буду скоро.

Я посмотрела на свое отражение и, как могла, привела себя в порядок, вытерла слезы. Глаза все равно были покрасневшие.

Надо вернуться. Вернуться…

Я вышла из туалета очень вовремя. В сторону дамских комнат направлялся Севастьянов, немного встревоженный моим длительным отсутствием.

– Эвелина, я вас потерял!

Внимательный взгляд мужчины прошелся по моему лицу.

– У вас слезы. Плакали?

– Не совсем. Меня вырвало. Обильно, – придумала на ходу. – Слезы, насморк, чуть не запачкала платье. Здесь, что, несвежим кормят? – нахмурилась я. – В салате был сыр странного вкуса!

– Козий сыр. Как вы сейчас себя чувствуете?

– Дурно, очень дурно… Трясет. Хочу отдохнуть.

– Внизу есть комнаты с удобной кроватью, – мигом оживился извращенец.

– Нет, пожалуй рано мне ложиться. Может быть, нам заменят блюда? Дадут что-нибудь укрепляющее? Роман еще ждет? Мне нужно набраться сил…

– Услуги Романа оплачены на целые сутки. Он будет ждать столько, сколько потребуется.

Сутки?! Козел озабоченный…

На конском возбудителе, что ли?!

– Тогда я хочу вернуться за стол. Выпить чего-нибудь покрепче: вкусный кофе был бы кстати или авторский чай. Еще десерт… Оценю работу повара. Кулинария, в особенности кулинария десертов, это тоже элитарное искусство…

Я последовала совету Адама и начала заливаться соловьем на тему истории десертов, не забывала попробовать всего понемногу, иногда хвалила, иногда критиковала… Я тянула время, как могла. Севастьянов слушал меня заинтересованно, но потом начал поглядывать на время.

Прошло почти два часа с момента моего звонка Адаму.

Спонсор начал терять терпение…

– Вы такая страстная натура, увлекаетесь, когда рассказываете о своем деле. Глаза горят… Красавица. Не терпится посмотреть на вас в другом ракурсе… Я вижу, вам значительно полегчало, Эвелина. Перейдем к основному блюду.

Севастьянов облизал свои тонкие губешки.

«Перейдем к основному блюду…»

Это прозвучало не как предложение, это прозвучало, как прямой приказ…

За моей спиной замаячил охранник. Как по команде, к столику подошел жеребец-Роман и присосался губами к моей руке.

– Весь вечер