Significant Digits - Значащие цифры - Alexander D

– Хмури предлагает, чтобы мы просто поменяли ему внешность и сказали, что он исчез.

– Или лучше, – сказал Диггори, – передадим им поддельное тело.

– Оптиматы во время Элевсинских мистерий однажды сделали подобное, – сказал Хаддад со своим обычным акцентом. – Во время союзнической войны [127]… В те времена распознавать куклы мертвецов ещё не умели. Но удержать под контролем маглов латинских провинций хотели, для этого устроили грандиозное шествие и пронесли через весь город тела нескольких героев-волшебников. Настоящие же волшебники, вполне живые, напали на италиков. В общем ничего не вышло – запугивание вообще редко работает в долгой перспективе – но сам трюк был умён.

Гарри нахмурился, глядя на гоблина. Мафальда Хопкирк нарушила молчание, пробормотав:

– Хитро.

Повисла неловкая пауза.

– Так или иначе, давайте набросаем на основе этого какой-нибудь план. Хмури, вы займётесь этим? – спросил Гарри, бросив взгляд на сегодняшнего Хмури. Лысеющий оборотень кивнул. Он выглядел раздражённо.

– Что бы мы ни делали, – продолжил Гарри, – я думаю, пришла пора отделить Тауэр от Возвращённых.

Диггори одобрительно кивнул:

– Ты ожидаешь усиление противостояния и хочешь, чтобы у мисс Грейнджер были свободные руки.

Ходило много слухов о том, что Седрик Диггори был безумно влюблён в Богиню и несколько раз пытался пригласить её на свидание. Гарри подумал, не влияло ли это на его суждения, но кажется, он всё ещё рассуждал здраво, когда дело касалось Гермионы и Возвращённых.

– Да, думаю… – Гарри замолчал, когда Диггори и Кванон, а через секунду и Хмури со Смитом, повскакивали со своих мест и бросились к двум дверям, через которые можно было войти в переговорную.

Диггори и Кванон встали у одной, а Хмури и Смит у другой. За несколько секунд они захлопнули, заперли и наложили защитные чары на двери, они продолжали создавать защитные заклинания, даже когда к ним присоединились остальные ведьмы и волшебники, среагировавшие медленнее, поскольку не имели доступа к тому сигналу, что предупредил Диггори и Кванон. Гарри поднялся со своего места и достал палочку, оставаясь в отдалении от дверей.

Тауэр был и так пропитан чарами, так что оборонительной магии добавили не так уж и много и спустя несколько минут авроры, Смит, Боунс и Уизли заняли боевые позиции, распределившись по комнате в соответствии со схемой, спроектированной, чтобы не попасть под «дружественный огонь» наиболее эффективных заклинаний, бьющих по площади. Затем Диггори вытащил своё аврорское зеркало и связался со стражей у внутренней двери. Он держал зеркало так, чтобы большая часть людей в комнате могла его видеть.

– Крейм, докладывайте.

В зеркале появилось лицо Джэй Си Крейм. Она выглядела спокойной.

– Проникновение в Приёмную комнату, сэр. Мы запечатали вход в Тауэр, попыток пробиться через него не было. Они до сих пор сражаются – мы слышим отсюда.

– Положи пузырефон на стул или еще куда-нибудь, Джэй Си, – сказал Диггори. – Оставь его открытым, мы будем видеть, что происходит, а сама следи за дверью.

Ракурс пузырефона – который выглядел как маленькое зеркальце вроде тех, что можно увидеть у маглов в косметичке – сместился и повернулся, устроившись наконец на уровне груди стражников входа, авроров Крейм и Пипа. Было видно вход в Тауэр, но золотая дверь была полностью скрыта огромной тяжёлой на вид серебряной плитой, украшенной орнаментом, которая выехала в раме перед входом. Гарри бросил взгляд на Подрута и, несмотря на напряжение, улыбнулся, увидев на лице гоблина явную гордость. Это он делал затвор.

Все напряжённо замерли. Хмури стоял в углу, его палочка была направлена то на одну из дверей… то на всех присутствующих в комнате («Я знаю, что предатель сперва разделается с теми, кто представляет большую опасность, и ты лучшая цель для атаки», так он объяснил своё поведение, после того как он и Гарри оказались заперты во время похожей тревоги чуть ранее в этом месяце, и Хмури всё время нацеливал палочку на Гарри).

– Там всё стихло, – прокомментировал Пип, оглянувшись на зеркало. Крейм успокоила его суровым взглядом.

Им нужно было ждать. Существовало крайне мало средств связи между Тауэром и внешним миром. Мера безопасности, из-за которой моменты вроде этого казались очень напряжёнными.

Спустя примерно десять минут по серебряной плите постучали в определенной последовательности. Крейм кивнула Пипу, он подошёл к плите и постучал несколько раз. В ответ постучали два раза, и Пип заметно приободрился.

– Всё верно, – доложил он старшему аврору, она пробормотала что-то утвердительное в ответ и повернулась к зеркалу, ожидая приказов.

– Сегодняшняя последовательность, сэр.

– Открывайте, – ответил Диггори.

Пип кивнул и потянулся к тяжелому засову, который удерживал плиту на месте. Гарри собирался согласиться и похвалить двух стражников за их работу, но не смог ничего произнести, словно слов для этого вообще не существовало в языке.

– Стойте! – вместо этого сказал он, сдавленным голосом. Рука Пипа замерла на блестящей металлической ручке.

Гарри повернулся к Хмури, который направлял на него палочку.

– Хмури, как часто меняют последовательность?

– Каждый месяц, – ответил Хмури. – Я хотел, чтобы меняли каждую неделю, но тренировкам уделяется недостаточно времени, а потому авроры слишком часто ошибались.

Точно, начал припоминать Гарри. Седрик жаловался, что безопасность Тауэра была чрезмерной и требовала так многих различных часто меняющихся протоколов, что они тратили по несколько дней каждый месяц, чтобы разобраться с ложными срабатываниями. Как и всё остальное, протоколы безопасности были лишь вкладом, который теперь приносил всё меньше доходов. Тот факт, что сейчас возникла некая проблема – поскольку Нерушимый обет Гарри не позволял ему согласиться открыть дверь – не обязательно доказывал, что Седрик ошибался. В конце концов, Хмури всё ещё не мог ворваться сквозь охрану, а уж он был бы рад смутить Седрика и доказать свою точку зрения.

– А его меняли после прошлого раза в этом месяце, когда запечатывали вход – вы тогда двадцать минут угрожали мне палочкой? – спросил Гарри, подняв брови. Он достал из кармана резинку и собрал волосы в хвост.

– Нет, – вымученно ответил Диггори, он выглядел смущённым. Аврор Кванон, которая стояла рядом с ним у двери, побледнела.

На лице Хмури, покрытом густыми бакенбардами, был триумф:

– А вы ещё радовались, что меня оглушил Пип.

– Не сейчас, Аластор, – резко сказала Боунс. Её внимание было приковано к пузырефону.

– Сэр? – спросила аврор Крейм.

– Минуту, Джэй Си. Я отправлю патронуса, – ответил Диггори. – Экспекто Патронум!

Появилась серебристая летучая мышь, озаряя серебряным светом напряжённые лица в комнате для переговоров.

– Отправляйся к Гарри Мадагаскару в Приёмную комнату и спроси, что происходит.

Прошла ещё одна долгая минута, летучая мышь снова влетела