Вторжение (ГГ#15) - Пётр Николаевич Жгулёв

— Воистину не знает, — согласился Айрен. — Передай учителю мои извинения за действия моего неразумного подчинённого! И раз уж недоразумение разрешилось, то мы уходим!

Ашу: Ты же не собираешься и вправду их отпустить?

Василий: Конечно нет — это было бы нерационально.

— Подожди, брат, — остановил его я. — Разве ты не хочешь навестить нашего учителя, выразить почтение и лично убедиться, что с ним всё в порядке?

— Не стоит беспокоить учителя. Твоих слов мне более чем достаточно.

— Тем не менее он просил привести тебя к нему.

Иди сюда!

Жетон был у меня, так что подтвердить слова командой труда не составило, и Айрен неохотно кивнул, соглашаясь посетить резиденцию учителя. Даже если у «брата» и имелись какие-то сомнения, то пойти против прямого приказа предка он не осмелился. Но вошёл один, оставив сопровождающих дожидаться его возвращения…

* * *

Закрыть формацию!

Стоило формации отсечь почётного гостя от внешнего мира, как оставшиеся снаружи солдаты начали переглядываться, а затем одновременно рванули в разные стороны. Причём треть — даже по воздуху. Похоже, у них имелись какие-то инструкции на этот счёт.

— Наставник, — поклонился Айрен. — Надеюсь, с вами всё в порядке?

— Не беспокойся обо мне, — отозвалась марионетка. — Скажи лучше, куда это сорвались твои сопровождающие?

— Я приказал солдатам вернуться в город, если формация закроется!

— Ты казнил слугу, который узнал лишнее, но отпустил тех, кому он мог передать полученную информацию.

— У Юрала не было причин так рисковать.

— Он прекрасно понимал, что его жизнь под угрозой. И там, где одним легко пожертвуют, отряд могут и пощадить. Он успел сообщить о произошедшем по меньшей мере троим!

— Кому?

Ответа на этот вопрос я не знал по той простой причине, что цифру взял откуда-то с потолка, но из уст бессмертного любые слова являются истиной.

— От этих троих информация ушла дальше, так что лучше спроси, кто ещё не знает о случившемся. Готов ли ты поклясться жизнью, что никто из твоих воинов не связан с моими врагами?

— Нет, учитель… разрешите, я верну их!

— Верни всех, — произнёс «Йерал». — Тех, кто не остановится, убей! Халмир тебе поможет!

Открыть формацию!

Мы одновременно устремились к выходу, практически мгновенно оказавшись снаружи, и, получив новый приказ, беглецы начали останавливаться. Но не все, трое лишь ускорились, явно не собираясь полагаться на милость старших.

— Я возьму на себя двоих, — сообщил Айрен. — Тот — твой!

— Давай наоборот.

— Как скажешь!

Полёт! Полёт!

Полёт!

Первый беглец находился уже далеко, пытаясь уйти по воздуху, но я был куда быстрее и, главное, умел телепортироваться, чем практик ядра похвастаться не мог.

Шаг сквозь тень!

Я появился прямо перед мужчиной, и тот, не вовремя оглянувшись, даже не заметил, как напоролся на клинок в моей руке.

Внимание! Вы получили 80 ОС! (365/11.400)

Вы получили 1000 ОЗ! (204.344)

Убийства: 469.

Придержав тело телекинезом, я сорвал с него все артефакты, а затем закинул труп в кольцо — мало чем отличающееся от хранилищ практиков — и устремился дальше. Второй беглец находился уже на самой грани восприятия и, если затянуть, мог и ускользнуть…

Полёт! Полёт! Полёт!

Сканирование!

Отметка ушла ниже, и я нырнул следом, быстро найдя маневрирующего среди деревьев старика. И бегал он для своего возраста отлично — не хуже, чем летал.

Молния! Молния! Молния!

Несколько разрядов заставили его ускориться, но когда я нырнул в тень, а затем появился перед ним, то он остановился, вскидывая руки.

— Хватит, старший! Я сдаюсь, сдаюсь!

— Неплохо летаешь.

— У меня есть особая техника полёта, если старшему интересно, то вот свиток!

Старик вытащил его из мешочка на поясе, и я не стал отказываться от подарка — или, скорее, взятки, которой он пытался продлить собственную жизнь.

— Неплохо, — развернул я свиток. — Как там тебя зовут, говоришь?

— Морай, господин.

— Так почему ты решил сбежать, Морай?

— Я просто следовал приказу, — поклонился старик. — Все побежали, и я побежал!

— Тогда почему ты не остановился, когда все остановились?

— Я просто испугался!

— Чего ты испугался?

— Ничего, старший! — задрожал старик. — Я ничего не видел, ничего не слышал, ничего не знаю и тем более не скажу! Вам совершенно не обязательно меня убивать!

— С чего мне тебя убивать? — Я зашёл практику за спину, обходя по кругу. — Неужели ты предатель? Неужели ты служишь кому-то, кроме нашего предка?

— Нет! Никогда! Клянусь своим дао!

— Ну раз нет, то тебе нечего бояться, — порадовал его я. — Полетели обратно!

— Благодарю, господин!

* * *

К тому моменту, как мы вернулись на изначальную точку, Айрен также справился с задачей, покачивая головой третьего беглеца. Или, точнее, беглянки, потому что голова определённо была женской.

— Почему старик Морай ещё жив? — возмутился Айрен. — Мне казалось, предок приказал убить тех, кто ослушался приказа!

Напрямую такого я, конечно, не приказывал, но при желании слова марионетки можно было интерпретировать и подобным образом.

— У меня свои инструкции.

— Прекрасно. Надеюсь, второго предателя ты не упустил?

— Он мёртв.

— Отлично.

Морай предусмотрительно спрятался за моей спиной, а вскоре начали возвращаться и остальные практики. Причём большинство из них шли пешком, в гору и без особого энтузиазма. И вид очередной отсечённой головы настроение им не поднимал, наводя на печальные мысли о бренности бытия.

— Хайна! — вскрикнул один из практиков. — Ты… Почему ты убил её?

— Она не подчинилась приказу, — ответил Айрен. — И, Джун, ты забыл назвать меня старшим.

— Простите, старший.

— Вижу, ты взял себя в руки, — кивнул старейшина. — Похвально, но сегодня я больше не склонен кого-либо прощать!

Айрен взмахнул рукой, посылая в несчастного молнию, а затем приблизился и добил мечом, проигнорировав мольбу о пощаде. Впечатляющая безжалостность.

— Ещё немного, и я решу, что ты избавляешься от свидетелей.

— Я просто позволил влюблённым воссоединиться.

Впрочем, истинная причина была иной: он просто избавился от смертельного врага, который в будущем мог бы доставить проблем.

— Двадцать семь — все на месте, — произнёс я. — Кто из вас знает то, о чём не должен знать?

Само собой, после трёх казней подряд никто из присутствующих не торопился признаваться в преступлении, но у пойманного мной старика не было выбора.

— Я, господин, — поклонился Морай. — Но всё, что я узнал, — я узнал против своей воли и немедленно забыл! Так надёжно, словно никогда и не знал!

— Что именно ты забыл?

— Не помню, господин.

— Раз забыл — значит, убивать тебя не обязательно, — одобрил я. — Кто ещё?

Несколько секунд все молчали, а затем последовало новое признание, за которым заверения в забывчивости пошли целым потоком. И