Дракон-1. Дракон цвета крови - Галина Дмитриевна Гончарова

— Каэ, а что ты там надеешься найти?

— Много чего, — честно ответила я Олинде. — Может быть, какую-то цикличность?

— Допустим, ты узнаешь, что эти твари активнее осенью?

— Просто осенью — или в зависимости от температуры, фаз луны, миграции рыбных косяков, чего-то еще?

— Это все можно вычислить? — удивился эс Виргилио.

— Не все. Но можно предполагать с бОльшей уверенностью. А знание повадок обеспечивает успешность охоты. Сейчас ведь драконы гибнут. И драконарии тоже.

Парни переглянулись — и кивнули.

Ну да.

Естественная убыль, о таком не говорят, но она есть. В среднем, за год погибает два-пять драконов. Молодняк, но иногда и старики тоже. Потому популяция драконов и не прирастает…

Размножаются-то они тоже плоховато.

— Ладно, — махнул рукой Рубен. — Пусть даже это ни к чему не приведет, зачеты на дороге не валяются.

Я кивнула.

Да-да, думайте именно так. Ничего страшного, вы только не мешайте. А если еще и поможете…

Палюсь?

Да, конечно. Но только в Академии. А за ее пределами… да кому и какое до меня есть дело? Патенты мужчины пока оформляют на свои имена. И раэн Ледесма, и раэн Мора. Я там не значусь.

А в Академии?

Я честно старалась не привлекать к себе внимания, и до сих пор хожу чучелом. Но мозги скрыть не получается.

И девочки — моя команда. И Виола. И…

Падает, падает маска. Ладно, будем надеяться на инерцию мышления. Это страшная сила.

Вечером я отправилась к Виоле.

Драконица не стала ждать меня в пещерах, она вылезла наружу и устроилась на скале, глядя на закат.

Нахохлилась…

Я знала, где она находится. Меня туда просто тянуло, как на веревке.

Виола грустила. Но почему?

При виде меня драконица шевельнулась — и сползла ко мне со скалы, как ящерица, извиваясь длинным гибким телом. В свете закатного солнышка ее чешуя казалась розовой, как фруктовый лед.

— Каэ…

— Виола, что случилось? Тебе грустно?

— Да.

— Почему?

— Потому что я принесла проблемы в твою жизнь.

Я где стояла, там и села. Это что еще за глупости⁉

— Мы очень долго ждали человека, который может принять нас… я ждала, мои подруги ждут. И вот, ты приходишь. И все хорошо. Но я тебе не нужна. Я не вписываюсь в твою жизнь.

— Виола, ты бредишь!

— Разве? Я создаю проблемы, тебя могут убить из-за моего выбора…

Могут. Но меня и так прекрасно могли убить. Каэтану уже убили.

Я погладила чешуйки у драконицы на носу.

— Тише, подруга. Не переживай об этом.

— Ты переживаешь…

Я и спорить не стала.

— Переживаю, Виола. Быть одной из первых — всегда сложно. А быть первой, быть единственной… пока — единственной, это вообще кошмар. Мне очень страшно. Страшно, что я не справлюсь, что подведу тех, кто мне доверился, тебя, девочек… понимаешь?

— Да.

— Это не тот страх, который лишает сил. Не тот, из-за которого хочется отказаться от родных и любимых. Это… вот пострадать немного, а потом бороться. И все-все сделать, что нужно.

— Правда?

— Честное слово.

Виола смотрела, не видела в моих словах лжи и успокаивалась.

— Вы, люди, так сложно устроены…

— А еще мы, женщины, два раза в месяц бываем сущими заразами. Я точно, — созналась я.

— Это почему?

— Потому что яйцеклетка созревает…

— Вы тоже яйца откладываете? Мне говорили, что люди живородящие?

Я едва не застонала. Но… у людей-то есть лекции по драконьей анатомии. А драконам кто-то читал лекции о человеческой?

Нет?

Все эмпирическим методом, вприкуску?

Пришлось сесть и рассказать бедной драконице, что именно бывает с женщинами. Причем, регулярно. И про гормональные стрессы, и про роды, и про климакс.

А то вот так… у меня критические дни, а драконица будет переживать из-за моего состояния?

А в ней… интересно, сколько в ней тонн? Это вам не мамонт, это — дракон! Я не готова отвечать за чужую недоработку! Я жить хочу!

Виола внимательно слушала, потом расправила крылья, потянулась и подвела итог.

— Драконы сложные. Люди тоже сложные. Жизнь — сложная штука.

— И не говори, — поддержала я.

Мы сидели рядом с драконицей, смотрели, как солнце лениво опускается в воду, словно в пуховое одеяло, и было нам хорошо. Мы вместе.

— Каэ, это… слов у меня нет!

Мы с Марисой сидели над книгами и потрясенно смотрели друг на друга.

Потом я взяла тетрадь и быстро застрочила в ней, переписывая основное.

Мариса посмотрела на меня, отчеркнула пальцем строчку.

— Пиши. А я отсюда.

— Хорошо. Спасибо.

Мариса только рукой махнула.

Я сосредоточенно писала. И знала, что сегодня мы обязательно обо всем расскажем девочкам. Им сейчас не до того, они заняты. Прически, платья, украшения. И все равно — помогают. Вчера в библиотеку со мной ходила Олинда, позавчера Севилла. Завтра был черед Фати, но подозреваю, завтра мы все сюда придем. Девочки захотят сами убедиться.

Я бы на их месте тоже захотела.

Судя по лицу Марисы…

— Каэ, неужели так бывает?

Я только вздохнула. И с высоты своего тоскливого опыта честно ответила.

— Еще и не так бывает, Мариса. А нам расхлебывать.

Подруга молча кивнула и застрочила грифелем дальше. Приличных слов у нее не было, а матюги эссам