100 великих речей - Виорэль Михайлович Ломов

Докладчик обвинил лично И.В. Сталина и руководителей НКВД – МВД СССР Н.И. Ежова и Л.П. Берию «в массовых политических репрессиях в 1930—1940-х гг., в ходе которых погибли сотни тысяч невинных жертв, в том числе видные партийные, государственные и военные деятели П.П. Постышев, Р.И. Эйхе, В.И. Межлаук, С.В. Косиор, В.Я. Чубарь, М.Н. Тухачевский, А.И. Егоров, В.К. Блюхер и многие другие. При этом, совершенно необоснованно опираясь только на россказни так называемых жертв политических репрессий, было заявлено, что И.В. Сталин непосредственно причастен к гибели двух видных членов Политбюро – самоубийству Г.К. Орджоникидзе и убийству С.М. Кирова».

Многие историки уверены, что Хрущёв затеял тему о репрессиях только потому, что решил упредить своих политических соперников и не дать им возможности обвинить в репрессиях его самого. Известно, что, возглавляя партийные организации Украины и Москвы, он активно участвовал в организации этих акций. Так, например, будучи первым секретарем Московского горкома и обкома ВКП(б), Хрущёв в 1937 г. велел арестовать свыше 55 тыс. москвичей.

Следующее обвинение Хрущёв предъявил И.В. Сталину как Верховному главнокомандующему – за неподготовленность страны к войне с Германией, неспособность управлять армией и страной в первые дни войны, катастрофическое развитие ситуации на фронте, большое количество жертв под Киевом и Харьковом в 1941–1942 гг. Докладчик, что называется, закусил удила и помчал напролом, т. к. в политическом и военном руководстве страны прекрасно знали, чья вина была за провал той же Харьковской операции. Ведь именно Хрущёв как член военного совета Юго-Западного направления Юго-Западного фронта доложил в Ставку, что «ситуация под контролем, наступление на Харьков продолжается», хотя тогда уже было ясно, что операция провалена и нужна экстренная помощь. В этой катастрофе, унесшей жизни десятков тысяч красноармейцев и открывшей путь вермахту на Сталинград, Хрущёв тогда обвинил «никудышных командиров армий, корпусов и дивизий». Ну а на съезде и вовсе замахнулся выше некуда – на самого Верховного.

Н.С. Хрущёв выступает с докладом о разоблачении культа личности И.В. Сталина на XX съезде КПСС 25 февраля 1956 г.

«Когда Хрущёв оторвался от текста и, в запале жестикулируя, произнес: «А он, Сталин, руководил фронтами по глобусу», все молчали, даже военачальники. Им-то было что сказать, чем возразить. В другой бы партии, наверное, крикнули бы, не выдержали: «Неправда!», а тут смолчали» (делегат съезда В.Я. Исаев).

Прений по докладу не было. И так всё было ясно: начиналась новая эра – восхождение Хрущёва к вершинам власти, которая, начав с него и закончив М.И. Горбачевым и Б.Н. Ельциным, разрушила великую страну.

Но в конце доклада оратор, будто испугавшись собственной смелости, сделал изуверский реверанс в сторону почившего вождя: «Вопрос осложняется тем, что все то, о чем говорилось выше, было совершено при Сталине, под его руководством, с его согласия, причем он был убежден, что это необходимо для защиты интересов трудящихся от происков врагов и нападок империалистического лагеря. Все это рассматривалось им с позиций защиты интересов рабочего класса, интересов трудового народа, интересов победы социализма и коммунизма. В этом истинная трагедия!»

Делегаты съезда приняли два постановления – с одобрением положений доклада и о его рассылке партийным организациям без опубликования в открытой печати. Однако через месяц в газете «Правда» появилась редакционная статья «Почему культ личности чужд духу марксизма-ленинизма». К тому времени в стране уже знали о содержании этого доклада, в некоторых городах прошли даже протесты.

Как пишет Е.Ю. Спицын, – С. Кара-Мурза, А. Проханов, Г. Ферр и др. историки «крайне негативно оценивают этот доклад и вполне правомерно утверждают, что он нанес непоправимый удар по авторитету Коммунистической партии и Советского государства; положил начало системному кризису и расколу в международном коммунистическом и рабочем движении, от которого не удалось избавиться до сих пор; стал козырем в руках тех враждебных политических сил в нашей стране и за рубежом, которые вели и ведут глобальную психологическую войну против нашего государства; дал первый и самый мощный импульс к системному кризису и развалу СССР, который завершили хрущевские наследники во времена преступной «горбачевской перестройки».

P.S. Согласно новейшим исследованиям таких учёных-историков, как И.С. Колпакиди, обнародование обвинительного против И.В. Сталина документа, подтверждавшего многочисленные газетные публикации в западной прессе времен холодной войны (с 1946 г.), было жестким условием мировой буржуазии для ее согласия на расширение экономических и технологических отношений между странами мирового соцлагеря и ведущими капиталистическими странами.

Речь Вержеса в защиту Бухиред (1957)

Французский адвокат, прозванный «адвокатом дьявола» («адвокатом террора») – Жак Вержес (1925–2013) приобрел всемирную известность, участвуя в заведомо проигрышных процессах, защищая обвиняемых, которых априори нельзя было оправдать. Клиентами адвоката становились террористы, свергнутые диктаторы, политические лидеры. Вержес часто проигрывал суд, но процесс приобретал международный резонанс. Не стал исключением процесс 1957 г. по делу алжирской террористки Джамили Бухиред (р. 1935). Это было первое дело Вержеса.

Пермский юрист Е.А. Стеблова приводит слова Ж. Вержеса, которые характеризуют его выбор подзащитных. «Если вам попадется врач, который терпеть не может кровь, гной, не выносит одного лишь вида открытых ран, значит, он неправильно выбрал профессию. Если вы встретите адвоката, который на дух не терпит преступников, бандитов, диктаторов, значит, он тоже ошибся в своем выборе». Именно участие в резонансных судах, выбор одиозных клиентов и неоднозначная оценка адвокатской деятельности Вержеса обеспечили ему всемирную славу. Защита же африканских лидеров – М. Чомбе, М. Траоре, И. Деби, О. Бонго, Д. Сассу-Нгессо, П. Бийя – принесла адвокату еще и приличные гонорары. По большому счету, «Вержес не был адвокатом дьявола. Он был адвокатом тех, кто был демонизирован» (А. Мезяев).

Почему Вержес выбрал эту стезю? Своей сверхзадачей он считал не столько защиту подсудимых, сколько разоблачение судей и тех, кто стоял за ними – не персонально, а по принадлежности к тому или иному государству. Особой «любовью» Жака пользовались Франция, которая вела колониальные войны в Индокитае (откуда он был родом) и Алжире (где он проживал), и США, которые бомбили Корею, Вьетнам и Камбоджу. Надо сказать, Вержес все процессы использовал как трибуну для осуждения французского колониализма и американского империализма.

Защищая в 1987 г. доставленного из Боливии немецкого военного преступника, бывшего сотрудника гестапо К. Барбье, известного как «лионский мясник», «Вержес даже не вызвал на допрос самого подсудимого. Целью адвоката была совсем не защита преступника. Свою речь он посвятил разоблачению расизма и