100 великих филологов - Борис Вадимович Соколов

школу-семилетку и собирался стать врачом. Поэтому Кнорозов поступил на рабфак при Втором харьковском медицинском институте, который окончил в мае 1939 года, собираясь стать психиатром, но не прошел медицинскую комиссию и потому поступил на исторический факультет Харьковского университета. Здесь он, среди прочего, полтора года занимался древнеегипетской иероглификой. В 1941–1943 годах Кнорозов находился под немецкой оккупацией. В марте 1943 года с отступающими советскими войсками он ушел из ранее освобожденного, но вновь оставленного Харькова в Воронежскую область. Кнорозов не был мобилизован в Красную армию по состоянию здоровья и работал сельским учителем, а в сентябре выехал к отцу в Москву, где смог перевестись из Харьковского университета на исторический факультет МГУ. Там он сначала занимался египтологией. Весной 1944 года он был призван в Красную армию, окончил в Московскую школу ремонтных авточастей и был направлен телефонистом в 158‐й артиллерийский полк Резерва Верховного главнокомандования, располагавшийся под Москвой. В октябре 1945 года Кнорозов был демобилизован и вернулся на истфак МГУ. В 1946 году он выбрал в качестве специализации кафедру этнографии и занялся дешифровкой письменности индейцев майя, полагая, что «то, что создано одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим». Дипломная работа Кнорозова была выполнена на тему: «Мазар Шамун-наби (среднеазиатская версия легенды о Самсоне)» и защищена в 1948 году. Пребывание Кнорозова на оккупированной территории в 1941–1943 годах не позволило ему поступить в аспирантуру. С 1949 года он стал младшим научным сотрудником в отделе народов Средней Азии Музея этнографии народов СССР в Ленинграде, где продолжал заниматься дешифровкой письменности майя. 20 ноября 1951 года Кнорозов писал заведующему сектором народов Америки, Австралии и Океании и заведующему кафедрой этнографии исторического факультета МГУ С.А. Токареву (1899–1985): «Ваше задание выполнено – письменность майя расшифрована. Эта письменность оказалась, как я и предполагал, иероглификой. <…> Таким образом, полагаю наш приоритет обеспеченным». Первая статья о дешифровке письменности майя вышла в журнале «Советская этнография» в 1952 году (№ 3) и в 1953 году – на испанском языке в Мексике: сначала в виде бюллетеня советского посольства, а затем – отдельной брошюрой. С апреля 1953 года Кнорозов занимал должность и. о. заведующего отделом Средней Азии Музея этнографии народов СССР, поскольку ранее активно участвовал в этнографических экспедициях в Средней Азии. Но уже с 1 сентября 1953 года ученый перешел на ставку младшего научного сотрудника Сектора Америки, Австралии и Океании в Кунсткамере. 29 марта 1955 года Кнорозов защитил диссертацию на тему «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланда как историко-этнографический источник», включавшую в себя дешифровку письменности майя. Хотя она представлялась как кандидатская, диссертационный совет Института этнографии АН СССР, а потом ВАК присудили соискателю степень доктора исторических наук. 18 мая 1956 года Президиум АН СССР утвердил Кнорозова в звании старшего научного сотрудника. В августе 1956 года он участвовал на XXXII Международном конгрессе американистов в Копенгагене, где сделал доклад о дешифровке письменности майя. Этот доклад на английском языке был опубликован не только в сборнике работ конгресса, но и «Журнале Общества американистов». 1 ноября 1956 года Кнорозов был удостоен премии Президиума АН СССР за монографию «Система письма древних майя». С 1960 года он возглавлял междисциплинарную исследовательскую группу дешифровки древних письменностей. Начав с хараппского письма, Кнорозов заинтересовался также проблемой письменности Древнего Перу. Ученый выдвинул предположение, что письмо «килька», сохранившееся у кечуа и аймара и используемое для записи католических молитв в области Анд, – не что иное, как деградировавшая древняя письменность Перу, запрещенная инками еще до испанского завоевания. В 1980 году Кнорозов возглавил группу по этнической семиотике Ленинградского отделения Института этнографии АН СССР. В 1986 году Кнорозов был утвержден главным научным сотрудником в Музее археологии и этнографии. В конце 1990 года он впервые с 1956 года выехал за границу, посетив Гватемалу по приглашению президента страны Винисио Сересо Аревало. Здесь в конце января 1991 года ему была вручена Большая Золотая медаль президента Гватемалы. В 1992 году Кнорозов посетил Мексику и побывал на местах древностей майя. Еще в 1988 году в статье из англоязычного сборника «Забытые системы письма» Кнорозов опубликовал переводы надписей, из которых следовало, что в окружении Пакаля, правителя Паленке, Баакульского царства майя, была некая «Дева из рода Гуакамайи», статус которой был тогда неопределенным, но связан с религиозными культами, в частности лунными. В 1994 году было найдено погребение этой дамы, так называемой «Красной царицы». В 1995 году Кнорозов вторично посетил Мексику. Там предприниматель Маркос Констандсе из Канкуна организовал научно-просветительский и коммерческий проект в Шкарете; он же брался профинансировать проект по испанскому изданию трудов Кнорозова – «Компендиум Шкарете». В 1997 году Кнорозов в третий раз посетил Мексику для завершения издания своих трудов на испанском языке. 19 апреля 1997 года макет «Компендиума Шкарет» был презентован президенту Мексики Эрнесто Седильо. Трехтомный «Компендиум Шкарет» (Compendio Xcaret. De la escritura jeroglífica maya descifrada por Yuri V. Knórosov) был опубликован в Мексике в 1999 году. В мае 1997 года Кнорозов также посетил пограничные с Мексикой штаты США, интересовавшие его в связи с гипотезой о прародине культуры майя. 30 марта 1999 года Юрий Валентинович Кнорозов скончался в Ленинграде от последствий ишемического инсульта и был похоронен на Ковалевском кладбище под Петербургом. За комплекс работ по дешифровке различных письменностей он был удостоен Государственной премии СССР (1977). В 1994 году Кнорозов был награжден мексиканским орденом Ацтекского орла 4‐й степени. Он являлся почетным членом Мадридского общества по изучению майя и Национального географического общества США.

Главным научным достижением Кнорозова является дешифровка письменности майя. Теоретическую базу дешифровки он нашел в работах англичанина Майкла Вентриса (1922–1956) о древнекритской письменности, основанных на статистическом анализе и комбинаторном методе. Важнейшим постулатом, на котором основывался Кнорозов, было признание не рисуночного, а звукового характера письма майя. В качестве источника он использовал «Сообщения о делах в Юкатане» испанского епископа Юкатана Диего де Ланды (1524–1579), где был воспроизведен алфавит майя. Из звукового характера письма майя следовало, что определенные знаки имеют одинаковую форму в составе разных сочетаний иероглифов, поскольку несут не только смысловую нагрузку, но и воспроизводят звучание. Знак, похожий на циновку или рыбью чешую, действительно передавал понятие «циновка», а фонетически давал слог «ш(а)» (на юкатекском языке «шаан»). В статье 1952 года Кнорозов указывал, что запись слов куц – «индюк» и цуль – «собака» содержат один и тот же фонетический элемент ц (записываемый знаком, изображающим хребет с ребрами) и позволяют использовать перекрестное чтение. Ключом к фонетическому чтению стал «алфавит Ланда». Кнорозов считал, что «знаки де Ланда имеют именно тот фонетический смысл, который он им приписал». Рукописи Ланды было приведено три примера написания слов знаками майя, два из которых были совершенно непонятны. Так, епископ сообщал, что для обозначения слова «петля» («лэ») писцы майя использовали знаки «элээлэ». Кнорозов составил полный список встречавшихся в рукописях майя знаков со всеми их разночтениями и далее приступил к отождествлению знаков из «алфавита Ланды». Оказалось, что все приведенные в «Сообщении о делах в Юкатане» 27 фонетических знаков были представлены в рукописях. Епископ утверждал, что знаки соответствуют испанским буквам, которыми они надписаны в порядке латинского алфавита, однако присутствовали