Запах снега - Юрий Павлович Валин

Рваться в замок все равно было уже поздно. Лит купил три огромных яблока: Малому, Ито — в благодарность за искусство, и одно про запас, и пошел домой.

Малый уже посапывал. Лит уложил его поудобнее, осторожно стянул штанишки и укрыл. Дитё закряхтело, не просыпаясь, крепче уцепилось за крышку короба. Любил Малый свой походный домик, желал, чтобы надежное убежище непременно рядом с кроватью стояло.

Вечером в доме было тихо. Негромко беседовали за столом егеря с Ёхой. На безопасную тему трепались, насчет «волчьих» ям и прочих ловушек. Лит к ним заходить не стал, прошел неслышно на кухоньку. Ито с посудой возиться уже закончила, сидела тихонько и ложки протирала.

— Я тоже посижу? — пробормотал Лит. — Что-то неохота мне про «волчьи» ямы болтать. Я вроде как сам куда-то провалился.

Ито улыбнулась, налила отвара с медом.

Лит сидел, грел ладони о кружку. Думал, что нужно Малого отвезти, и скорее к себе в лес возвращаться. Заготовить зимой бревен, а по весне можно и за перестройку хижины взяться. Деньги есть. Лошадь можно купить, даже двух.

Почему-то замечательные планы грели даже похуже отвара. С братом бы посоветоваться…

На кухоньке пахло уютно, стояли в ряд ступки и банки для зелий. Из коридорчика пряно тянуло травами. Над косяком двери притаилось облезлое чучело летучей мыши.

— Сдается мне, не вернется сюда хозяйка, — сказал Лит. — Другая у нее нынче дорога. В замке ей запросто просторные покои отведут.

Ито снова улыбнулась успокаивающе. Ничего не понимает узкоглазка. Эх, нелегкая судьба у этих Пришлых. И по внешности, и умственно. Хотя вполне ничего себе выглядит. Блох нет, личико аккуратное. Штаны широкие худышка смогла себе по фигуре подогнать. Странный наряд. И сама странная. Хотя кто-то и миловидной назвать может. Ёха, например. Глаза-щелочки совсем и не смущают северянина.

Что-то совсем погано на душе углежогу стало.

Дженни вернулась глубокой ночью. Лит, мерзший во дворике, слышал короткий разговор — с кем-то прощалась ведьма. Стукнула дверь. Лит в последний раз глянул на Луну с Темной Сестрой и вошел в дом.

— Да мы уж заждались, — сонно приветствовал хозяйку Ёха. Ито, дремавшая за столом рядом с другом, пыталась разлепить глаза. Выглянул распоясанный Крыс:

— Рассказывай.

Дженни обвела столовую каким-то отсутствующим взглядом:

— Что, собственно, рассказывать? Король жив и здоров. Говорили о делах.

— Не скромничай, — Бемби отодвинул товарища. — Тайн нам не надо, но вообще-то мы от любопытства подыхаем. Давай прямо с главного — глянулась ты королю?

Дженни вдруг начала розоветь:

— Лесовики вы наглые. Королю я, скорее всего, глянулась. Он, кстати, вблизи моложе выглядит. Впрочем, до сегодняшнего дня я его всего два раза на Мясной площади видела. Умный человек.

— О, да ты высоко метишь, — ляпнул Ёха.

— Нет, — отрезала Дженни. — Никуда я не мечу. В замке, к твоему сведению, королева существует. И не последнюю роль в делах эта достойная леди играет. Я долго с ней разговаривала.

— Королева тоже разведкой увлекается? — удивился Бемби.

— Не то чтобы увлекается, но представление имеет. Мы с ней о всяком разном говорили, — туманно объяснила Дженни. — Кстати, теперь я ведьма. Официально. Его Величество счел, что незачем путаться, и звание Королевской ведьмы звучит вполне достойно.

— Странно, оказывается король не ду… — Ёха получил тычок от Бемби и почти вовремя умолк.

— Да, о делах много говорили. Весной война будет. Впрочем, вы это и так знаете, — Дженни, наконец, взглянула на Лита. — Нужны будут люди, знающие Кэкстон и округу.

— Так мы теперь все тамошнюю округу знаем, — заметил Крыс.

Лит, страшась глянуть в еловые глаза, пробормотал:

— Может ты кушать хочешь?

— Хочу, — потерянно призналась ведьма.

— Не кормили⁈ — ужаснулся Ёха.

— Ужин подали, но прямо во время совета. Особенно не поешь. Потом, правда, королева печеньем угостила, — объяснила Дженни.

Догадливая Ито уже шмыгнула на кухню, Ёха поспешил за ней, заверив, что жаркое будет мигом разогрето.

Дженни сидела какая-то потерянная, даже плаща не сняла. Лит тщательно вытер яблоко, сунул девушке:

— Пожуй пока. А плащ сюда давай.

Ведьма вытащила из-под плаща свернутую трубкой бумагу с болтающейся большой печатью:

— Купчая. Мой теперь дом. Король выкупил.

— Поздравляю, — пробормотал Лит. — Одноглазый успел подсуетиться.

— Я хорошо держалась, — убеждая саму себя, прошептала Дженни. — Ква сказал, что я наверняка карьеру сделаю. Да и по всему так выходит.

— Конечно, сделаешь. Ты всегда хорошо держишься.

Ведьма смотрела на свои зажившие пальцы. Сжала и разжала маленькие кулаки, но прошептала совсем к рукам не относящееся:

— Углежог, ты почему в замок не пошел? Там, таких как мы, человек пять сидело. Король, когда дело нужно делать, чинами не считается. Не брезгует лично в шпионские дела вникать.

— Так я не шпион, — сказал Лит. — И никогда им не стану. Лесовик я.

— А я ведьма с лесной кровью, — пробормотала Дженни. — Разница в чем?

Разницу Лит видел. Чего уж там, разница огромная была. Но, слава богам, объяснять её не пришлось — явился Ёха с жарким, егеря принесли пиво. Никто не собирался отказываться лишний раз перекусить.

— Дженни, ты уж прости за прямой вопрос, — Бемби принялся разливать пиво, — зубы-то твои как? Никого не смущали? А то волновалась ты жутко.

— Зубы? — ведьма машинально подправила стойкие «иглы» челки. — Мельком сказали, что цвет оригинальный, но прическа интереснее. Королева тоже про прическу интересовалась… Слушайте, на совете двое чистокровных дарков сидело. Куда там мои зубки…

Квазимодо злился, но отъезд все откладывался. Король пока не отпускал, да и у самого одноглазого дел хватало. Оказалось, что лорд-шпион успевает какие-то таинственные коммерческие дела проворачивать, и у него даже мастерская в собственности имеется. Лит и не подозревал, что можно мастерской командовать, лишь изредка заглядывая туда. Да, талантов у лорда-шпиона было не счесть.

Вместе с одноглазым сходили к семье Щета. Тяжко, конечно. Жена плакала, сын верить не хотел. Ква рассказал красивую сказку о геройской гибели в битве отчаянной. Лит от себя пообещал за могилой присмотреть. От Дубовки не так уж далеко, почему хорошего человека не проведать? Квазимодо вдове денег дал, о королевской пенсии рассказал. Утешилась женщина слегка.

Дженни дома почти не бывала. То в замке, то вместе с одноглазым по городу бегала, то с какой-то пожилой теткой у себя в кабинете шепталась. Вот та тетка — та уж с виду ведьма, так ведьма.

Лит с тоски начал дворик в порядок приводить. Ёха с узкоглазкой, само собою, присоединились. Потом и засидевшиеся егеря встряли. Общими усилиями и забор поправить успели.

Лит без спешки ровнял столб, когда подошел Бемби:

— Тебя у двери спрашивают.

— Меня? — изумился Лит.

— Ну, ты же у нас Литом-углежогом до сих пор именовался? Выгляни. Коротышка там топчется. Похоже, дарк. Но вежливый до изумления.

Лит сунул топорик за пояс и пошел смотреть на гостя.

— Не побеспокоил? — на углежога смотрел старый знакомый. В чересчур большой заплатанной куртке и огромных башмаках, но явно он — бубах Бух.

— Да как можно⁈ Всегда рад достойного Бобухана Бухтиса видеть.

— Запомнил? — бубах ухмыльнулся. — Хорошая память. Ты, Лит, мне и тогда хватким парнем показался.

— Давай проходи. Перекусим, пиво есть.

Сели в теплой кухоньке. Бубах покосился на возившуюся у очага Ито, улучив момент поинтересовался:

— Это из маахисов, полукровка?

— Трудно сказать. Не разобрались толком. Северянка, сам понимаешь. Но девушка хорошая.

— Ага, — бубах глубокомысленно кивнул. — А я слышал, что ты здесь осесть решил. С хозяйкой отношения завел, остепенился.

— Да кто тебе такое наплел? — смутился Лит.

— Наврали, значит? И что у нас за народ? — Бух покачал головой. — И своим-то наплетут невесть что. Правильно нас люди не любят.

— Ты еще скажи, классовой солидарность вам не хватает.

Бубах напряженно заморгал, и Лит поспешил перевести разговор.

— Уезжаем скоро. Дело