Ворон. Осколки нас - Эмилия Грин

Ну, какая в моем положении Черногория? Однако я не собиралась уж совсем списывать себя со счетов. Кто знает, как сложится жизнь? Всегда нужно иметь несколько запасных аэродромов, поэтому я и не спешила сворачивать наше вялотекущее общение.

Проигнорировав его звонок, я туманно написала, что пока не могу разговаривать. Пусть помучается. Усмехнувшись, я уже хотела положить телефон, однако в этот миг дисплей вновь вспыхнул, оповещая о новом входящем сообщении.

Кощеев.

Я поморщилась.

Вот приставучий!

Банный лист.

Даже не стала открывать его послание.

И так знала — там очередное нытье!

Закатив глаза, я поплелась в кухню — захотелось бутербродик с соленой рыбкой. Я подошла к холодильнику, вздрогнув от пронзительного звонка в дверь. Это что еще за самодеятельность?

Я хмуро свела брови, увидев в "глазок" своего бывшего одногруппника Диму Кощеева. Подавив тяжелый вздох, все-таки открыла. Рыжий придурок, переминаясь с ноги на ногу, по-телячьи заглядывал мне в глаза.

— Лиз, я пришел поговорить…

— Что тебе надо? Свали уже в туман, Ромео! — бросила раздраженно я.

— Но та ночь… Я хотел… — мялся этот телок, запустив пальцы в свою огненно-рыжую шевелюру.

— Та ночь… та ночь… — передразнила его, — Сказала же, мы с моим женихом повздорили, я перебрала и… — пыталась подобрать правильные слова, чтобы спровадить этот "банный лист", — У нас с Кириллом все замечательно!

Ну, почти…

— Лиз, нам было хорошо вместе, ты не можешь этого отрицать…

Зарекалась же вычеркнуть его телефон из записной книжки… Рыжее недоразумение! Увы, секс с ним всегда был хорош. Наверное, потому что Кощеев в первую очередь думал обо мне…

Я вздохнула, желая стереть себе память. Да, мы переспали. Один раз. С защитой. Я сама выкинула в урну использованный презерватив. Все случилось так спонтанно…

Поморщилась, припоминая тот мерзкий эпизод.

Праздник по случаю моего двадцатипятилетия.

Странное поведение Кирилла: сперва, он опоздал, а потом и вовсе куда-то испарился.

Я отправилась на его поиски. И нашла.

В подсобке.

Только лучше бы не находила…

Он зажимал эту белобрысую шваль.

Суку, которая, притворяясь психологом, развела меня на разговор по душам, а потом использовала против меня мои же откровения…

Уродка!

Соблазнила моего парня.

Они тискались на диване.

В разгар моего праздника!

Фу!!!

Я еле сдержалась, чтобы не закатить скандал — не хотелось позориться перед несколькими десятками гостей. Убежала, глотая слезы, а вызывая такси, выкурив в парке на «Патриках» косячок, Воронову в отместку, я забила пунктом назначения адрес бывшего.

Ну, как бывшего…

Мы с Кощеевым никогда толком и не встречались. Случайно переспали на какой-то студенческой вечеринке, и понеслось. Время от времени занимались «этим» для здоровья. Разумеется, рыжий надеялся на что-то серьезное, но, увы и ах. Несмотря на вполне привлекательную внешность он — абсолютно индифферентное существо.

Так и будет всю жизнь работать клерком, перекладывая бумажки в своем проектном бюро: ни тачки своей, ни квартиры. Странно, что еще поддерживает себя в форме, посещая спортзал. Фигура у него атас.

Но я была пьяна. Очень. А еще безумно зла, сходя с ума от ревности, застукав своего мужчину за изменой. Сбежав с праздника, я поехала к бывшему однокурснику домой. Ну, разумеется, этот телок был дома, и уложил меня пьяную и обкуренную спать. Утром, перед моим отъездом, это все-таки случилось…

— Лиз, может, дашь нам шанс? Ты же знаешь, я с универа по тебе сохну…

— Кощеев! — рассмеялась я этому рыжему недоразумению в рожу.

Шанс еще какой-то просит… Идиот!

— Меня на работе повысили… Выиграл крупный грант… Собираюсь купить машину… — мямлил, засунув руки в карманы безвкусных джинсов-бананов, цвета детской неожиданности.

— Подотрись ты своим грантом, и иди уже с миром! — я попыталась закрыть дверь, однако незваный гость не позволил мне этого сделать, выставив руку.

— Я соскучился…

— Это была ошибка, Кощеев! Одна крохотная ошибочка. По старой дружбе…

— Ну, тогда уж две ошибочки… — поджав губу, пробормотал он.

— Что? — не совсем поняла, к чему он клонит.

Я ведь отчетливо помнила, что мы занимались сексом один раз. На рассвете. А потом я уехала домой, переживая, что Кирилл все поймет, однако он вернулся лишь к обеду.

— Разве ты забыла, как сама с порога на меня накинулась? — прошептал этот додик, — И мы прямо на комоде…

— Не может быть… Я… не…

— А после ты отключилась. Я уложил тебя в кровать. Потом тебя рвало сильно…

Заткнись урод! Заткнись…

Я отшатнулась, дрожащими пальцами массируя виски.

Не может быть… Этого не может быть…

— Так ты, получается, меня изнасиловал? Ну, ты и урод, Кощеев…

— Лиз, да я даже не сразу понял, что ты пьяна… Пришла и набросилась на меня с порога! Я просто… Я обрадовался, ну, и…

— Мы предохранялись? Скажи, что мы предохранялись!!! — потребовала, охрипшим вмиг голосом.

— Ты налетела, как вихрь, и как-то сразу все пошло… И кажется я немного… ну…

— ЧТО? — заорала, схватив его за ворот аляповатого пуховика, — ЧТО ТЫ, СКОТИНА…? ЧТО-О?!

— Не рассчитал… Долго секса не было… А ты… просила не останавливаться… в общем…ну… я… — мямлил этот додик.

— ГАНДОН! — я заехала ему по роже, — ПАДЛ-А-А! СУУУКА! Не рассчитал он… Мразь… Ненавижуууу… Как я тебя-я-я ненавижу-у, Кощеев… — и меня вывернуло прямо на его старомодные ботинки.

Глава 55

POV Кирилл

— Сколько теперь ждать результатов генетической экспертизы? — обратился я к тому самому следователю Сергею, который и разгребал заварушку, организованную моей бывшей.

— Недели три. Раньше, увы, никак, — пожал плечами коренастый мужик с короткой стрижкой на манер военного пехотинца. — Но я сделал все, как ты просил — отправили её биоматериал в несколько независимых лабораторий. Подделать нереально.

Я кивнул, пытаясь собрать мысли в кучу.

Пару дней назад, когда я находился в Сочи, Сергей засек, как Лизку навещал какой-то рыжий чувак. Он провел у нее в квартире несколько часов. По горячим следам «пробив» парня, следак выяснил много интересного.

У нас вырисовывался довольно любопытный расклад, и я уже готов был вздохнуть с облегчением, однако, у моей бывшей, похоже, имелся черный пояс по подкидыванию дерьма на вентилятор.

«Кирюш, я только сейчас узнала… Меня изнасиловали в день моего рождения…» — сбивчивые слова Елизаветы как пуля застряли у меня между висков.

Бывшая утверждала, что в ночь её двадцатипятилетия этот самый Кощеев опоил её и взял силой. Типа она только сейчас все вспомнила… М-да.

Как бы я к ней не