Мишень для эгоиста - Лана Пиратова

- Что?

- Ничего. Нас не касается, - целует меня в нос. – Ну вот. Мои условия. Твои?

Ну, в принципе, мне и сказать-то нечего. Работать у Тиграна? Ну, окей. Я же хотела быть адвокатом. Маша… ну, он же не запрещает с ней встречаться. Предупреждать его? Ну, хорошо.

- Значит мы договорились? Так я твое молчание расцениваю? – спрашивает Тигран.

Шмыгаю носом.

- Ну вот, так-то лучше, - Тигран обнимает меня и тянется губами к моему рту. – Ну, иди ко мне, маленькая. Мама там каталоги привезла от знакомой. Вы еще не выбирали платье?

- Платье?

- Нет, я, конечно, не возражал бы, если бы ты пришла в неглиже, но я же не один буду. Так что, начнем с платья. А уж потом…

И он впивается мне в губы. Целует так крепко, что у меня пальчики на ногах поджимаются. Я громко вздыхаю в поцелуе, когда рука Тиграна стискивает мою грудь.

- Анечка, - шепчет, спускаясь губами на шею. – Давай не будем больше ссориться, да? Я так люблю тебя, Ань. Я иногда сам пугаюсь себя. Я же не смогу без тебя жить. Понимаешь?

Поднимает взгляд и смотрит на меня.

- Люблю тебя, - шепчет и утыкается головой мне в грудь.

Я глажу его по волосам. Наклоняюсь и шепчу в них:

- Я тоже тебя люблю, Тигранчик.

Он замирает. И даже рука на моей груди прекращает мять ее.

Опять смотрит пристально мне в глаза. Ждет, что я повторю. Я вижу это. Ждет.

- Я люблю тебя, Тигранчик, - шепчу я снова. – Тигрик. Мой Тигр.

Лицо Тиграна расплывается в улыбке. Он встает со мной и куда-то несет меня. Сажает на стол и встает у меня между ног.

Впивается в губы, а руками уже мнет мне бедра, гладит по ним.

- Тигранчик, ну не здесь же, - шепчу я, хотя сама понимаю, что не смогу остановиться.

Да и его, похоже, ничего не остановит. Он все настойчивее ласкает меня, покрывая поцелуями шею.

И тут я чувствую непонятные позывы в животе. Мамочки. Но я же ничего не ела!

- Погоди, Тигранчик, - отталкиваю его. – Погоди.

- Что такое? Ты чего такая бледная?

- Ой! – я спрыгиваю со стола и, зажав рот, мечусь по комнате.

Тигран быстро ориентируется. Хватает меня на руки и выбегает из кабинета. Заносит в ванную. И заботливо держит мои волосы, пока я… ну, в общем, мало приятного в этой процедуре.

А главное не понятно, с чего. Я ничего не ела! Только чай пила.

Немного придя в себя, я сажусь на пол. Тигран рядом. Подает мне полотенце.

- Было уже такое? Вчера? – спрашивает.

Мотаю головой.

- Заболела, наверное, - пожимаю плечами. – И ничего и не ела, вроде. Где же траванулась-то?

Всерьез перебираю в голове все возможные варианты и тут слышу усмешку Тиграна.

- Поехали ко врачу, - подмигивает мне.

- А чему ты так радуешься? – хмурюсь я.

- Тому, что, похоже, проблема с твоими выходками решилась сама собой. Ну, теперь-то я надеюсь, ты остепенишься?

- О чем ты, Тигран? – пристально смотрю на него.

- Ты все? Или еще пометишь ванную в родительском доме? – вместо ответа спрашивает он.

- Не смешно.

- Прости, - помогает мне встать и целует.

Эпилог. Тигран

Моя интуиция и на этот раз меня не подвела. Хотя иначе и быть не могло. После того, как я столько раз кончил в Анечку.

Поразительно, но до встречи с ней я ни разу не задумывался о ребенке. Зачем он мне? И я знал, что его у меня не может быть, потому что я всегда предохранялся. Всегда. Даже в свой первый раз. Это сидело в подсознании.

И я лишний раз убеждаюсь, как же сильно меня изменила Анечка.

Я вдруг понял, что хочу ребенка. От нее хочу ребенка.

Захотел – и сделал. У Ани не было выбора. Пусть слова от нее я ждал долго, но я не вытягивал их клещами. Я все видел сам. Девочка немного упрямилась. На то она и девочка. Но выбора у нее не было.

Никита Евгеньевич, правда, высказал мне все же свое недовольство. По его мнению, рано было Ане становится мамой. У самой еще детство в одном месте. Я, как примерный зять, выслушал его, а потом мы выпили с ним и пошли стрелять из лука. Мишени нам показалось мало и мы решили стрелять по яблокам. Сорванных не оказалось. Пришлось метать стрелы в яблоки прямо на дереве.

Что не сделаешь ради Ани.

Утром, выглянув в окно, Аня воскликнула:

- Тигранчик! Смотри! Там кто-то все наши яблоки прострелил! Смотри!

- Иди ко мне, - сказал я ей, не вставая с кровати, - я тебе расскажу, что это все значит.

И вот, когда Анечка оказалась в моих объятиях, я крепко прижал ее к себе и, почти касаясь губ, прошептал:

- Это стрелы Амура, Ань. Он просто понял, что в моем сердце уже решето и стрелять некуда и оторвался на яблоне.

Аня улыбнулась и сама коснулась моих губ.

К счастью, беременность у нее проходила без проблем. И ей даже удалось экстерном закончить курс. Но академ все же взять пришлось.

Я сам присутствовал на родах и первым взял на руки нашу дочку. Внимательно вглядывался в ее лицо, надеясь найти хоть что-то свое. Нет. Аня родила свою копию. А еще она также хмурила бровки, а, когда я впервые увидел ее глаза, то понял, что получил еще одну головную боль.

Я увидел взгляд мамы, когда я впервые встретил ее, который я никогда не забуду.

Сейчас Марианне почти три. Аня окончила университет и рвется на работу. Ко мне, конечно же, но дочка еще маленькая. Пока рано ей в садик.

Каждый вечер я спешу к моим девочкам. Порой я думаю, как я жил без них все эти годы?

И как же я благодарен судьбе, что послала мне такую непоседу Анечку. Ведь будь она другой, вряд ли она зацепила бы меня.

Но Аня осталась Аней. И хотя ее подруга тоже должна бы уже остепениться, мы с Русланом каждый раз с содроганием отпускаем их прогуляться. Телефон всегда наготове.

Девочки,