Неповторимое. Том 1 - Валентин Иванович Варенников

Вначале мы даже не смотрели друг другу в глаза. Но, по истечении времени, горечь этих переживаний стала уходить. Учеба и повседневные заботы заслонили пережитое.

6 июня наша дивизия сосредоточилась в районе Ново-Бессарабки. Здесь были выстроены все боевые подразделения. Приехал командарм В.И. Чуйков. Он выступил перед личным составом и рассказал подробно о боевом пути дивизии начиная от Сталинграда. Очевидно, это делалось для того, чтобы поднять морально-боевой дух. Затем Чуйков зачитал указы Президиума Верховного Совета СССР о награждении дивизии за высокие успехи в боях по освобождению Правобережной Украины орденом Суворова 2-й степени и за освобождение города Одессы – орденом Богдана Хмельницкого 2-й степени. Теперь наша дивизия именовалась так: 35-я гвардейская Лозовская Краснознаменная орденов Суворова и Богдана Хмельницкого стрелковая дивизия.

Конечно, это вселяло в наши сердца гордость за наш ратный труд. И хотя это событие с награждением не корреспондировало с боями на плацдарме, все-таки это было очень важно и необходимо, и особенно в то время. Награды дивизии подняли морально-боевой дух всех офицеров и солдат. В.И. Чуйков сказал, что он уверен в том, что дивизия и в грядущих боях прославит свои боевые знамена. А комдив И.А. Кулагин от имени личного состава дивизии дал клятву, что воины не посрамят свое боевое, трижды орденоносное Красное знамя. Все мы мысленно тоже поклялись.

Через десять дней дивизия выдвинулась в район железнодорожных станций Мигалово и Веселый Кут. Мы перебрасывались в составе армии в полосу действий войск 1-го Белорусского фронта, о чем, разумеется, узнали только тогда, когда уже прибыли на место назначения.

Начались новые страницы боевой биографии нашей дивизии…

Глава 4

Висла – река незабываемая…

Коренные изменения на фронте к лету 1944 года. – 1-й Белорусский – замысел действий. – 8-я гвардейская армия – роль и место. – Сокрушительный удар Ковель – Люблин – Висла. – Варшавский набат и предательство тех, кто поднял восстание. – Захват и удержание Магнушевского плацдарма южнее Варшавы. – Завалили меня капитально. Однако напрасно опасался: война не кончилась. – Возвращение в свою дивизию и родной полк. – «Одно Знамя хорошо, а два – лучше…»

Думаю, не только мне, но вообще всем фронтовикам не могла не броситься в глаза одна удивительная закономерность: лейтенантам и капитанам, не говоря уже о солдатах, а в некоторых случаях также и войсковым полковникам общая военно-стратегическая обстановка в годы войны обычно представлялась весьма туманно. Вот где линия фронта, где и какие произошли события, что делается в тылу – это было ясно, поскольку обо всем сообщало Совинформбюро, плюс еще фронтовая и армейская газеты. И это принципиально было важно для каждого солдата и офицера, ибо влияло на его морально-боевой дух, мировоззрение, общее настроение. Но подробности военных действий на фронтах и особенно перспективы представлялись расплывчато общо, хотя в принципе все думали о победе. В границах же дивизии и полка существовал свой автономный мирок. Здесь каждый из нас был как щука в море: все известно, все знаем и представляем поворот событий на небольшом отрезке ближайшего будущего. И строим свои планы – в первую очередь, конечно, по выполнению поставленных боевых задач.

Однако у всех у нас, кто размышлял о крупномасштабных действиях Советской армии и о судьбе страны в целом (а это, несомненно, имело место в сердце и сознании практически большинства фронтовиков), было реальное представление о том, что в нашей стране существует мощная, четко отлаженная государственная машина, которая охватывает и военный (фронты и флоты), военно-промышленный и аграрно-промышленный комплексы, транспортный и энергетический, идеологический и научный, мобилизационный и другие направления. И все они приводятся в движение мозговым центром – Государственным Комитетом Обороны во главе со Сталиным. Мы верили и знали, что он действует твердо и надежно. Ведь в самом начале войны было сказано: «Враг будет разбит, победа будет за нами!» И слово с делом не расходилось. Именно так все и делается, и в итоге именно так и будет сделано. В этом были уверены все. Мы не сомневались в высоких организаторских и интеллектуальных качествах такого органа, как Ставка Верховного главнокомандования. Выпутаться из тяжелейшей ситуации, в которую мы попали в 1941-м и в первом полугодии 1942 года, действительно могло только наше руководство. Поставьте на наше место любую другую страну с соответствующим военно-государственным руководством – вряд ли кто мог бы сделать то, что сделала советская Ставка ВГК. Уверен, никто бы этого сделать не смог. Только те, кто прошел войну, изведав и горечь поражения, и утраты боевых товарищей, и счастье первых успехов, а потом и победоносного наступления и неуклонного продвижения вперед, на запад, до самого фашистского логова, знают истинную цену подвига, который совершила в годы войны вместе со своей армией и всем народом Ставка Верховного главнокомандования во главе с Иосифом Виссарионовичем Сталиным. Считаю своим долгом засвидетельствовать это перед ныне живущими и будущими поколениями, ибо и по этому поводу наворочены ныне горы черной лжи. Наступило лето 1944 года. Наша армия на ряде направлений вышла, а на других – готовится выйти на государственную границу Союза Советских Социалистических Республик. Вслед за этим последуют крупные, имеющие мировое значение действия наших Вооруженных Сил – освобождение Европы от немецко-фашистской оккупации, разгром фашистской Германии, уничтожение зверя в его логове, наконец, организация послевоенного устройства мира. С учетом Тегеранской конференции и строились соответствующие ходы и планы Советской армии, всего Советского государства. В связи с тем, что нашей армии на территории европейских государств было суждено самой историей выполнить великую освободительную миссию, западное (то есть германское) стратегическое направление приобретало особое значение. Поэтому Ставка ВГК подбирала и соответствующие войска, которые должны были отличаться особыми качествами, в первую очередь динамизмом.

Естественно, командование подбирало их задолго до начала этих решающих операций. По вполне понятным причинам в число таких попала и наша 8-я гвардейская, как мы ее сами называли, Сталинградская армия. По тому же принципу подбирались и известные всему миру полководцы.

Эти вопросы в нашей исторической литературе почему-то обойдены вниманием. Но это факт, и эти идеи и замыслы принадлежат Сталину. Как и подобает талантливому, мудрому государственному деятелю, он смотрел далеко вперед и предвидел возможный ход событий. Но чтобы происходило так, как задумывалось, и шло в нужном русле и направлении, этот ход надо было еще и всесторонне обеспечить, Верховный главнокомандующий делал это продуманно, умело, четко и