Бастард из Центра Мира - Юрий Корчагин

Получив от нас по кивку, Киртана твёрдым шагом отправилась вглубь поселения, а нам надо было решить, чем заняться ближайший час с небольшим.

— Предлагаю прогуляться до ближайшей таверны и там перекусить, может здесь подают что-нибудь интересное?

— Здесь? — слегка поморщившись, спросила Миэль, — Не уверена, но если что, зелья от несварения у меня при себе.

— Ладно, хватит нагнетать, всё равно заняться больше нечем, а возвращаться в лагерь слишком долго. Посидим, послушаем местные слухи и новости, может, чего интересного узнаем.

— Пойдём уже, — нервно сказал Гарт, всё ещё поглядывая на тех, кто окружал его несколько минут назад, — а то мне тут не нравится.

Запрыгнув на коней, мы отправились к ближайшей таверне, вывеску которой я заприметил ещё по пути сюда. Кинув мальчишке конюху серебряную монетку, чтобы он накормил лошадей в пристроенной к таверне конюшне, и, поставив на своего скакуна магическую метку, просто на всякий случай, мы со спокойной душой вошли через скрипучие двери. Внутри таверны было жарко, пахло жареным мясом, потом и смолой, но судя по состоянию столов, это место было вполне приличным. Заказав у подавальщицы обед, мы принялись ждать.

Завсегдатае таверны, которые сначала затихли при нашем появлении, уже через несколько секунд вернулись к своим разговорам, и были они весьма интересны. Помимо странной болезни, которая поразила городок, главными темами для обсуждения была смерть лесной ведьмы, что жила на опушке, и опять же смерть самого богатого фермера в округе. Первое обсуждали активней, так как старуха за время жизни рядом с Соколиной Лощиной успела обрасти слухами, некоторые даже связывали начавшийся мор с её кончиной. С фермером всё было аналогично, кто-то обсуждал, как трое его сыновей разделят имущество, а кто-то упорно доказывал, что старик Мавил умер не просто так, а из-за той же ведьмы.

Получив свой заказ, мы попробовали местную дичь и эль, и если первая была приемлема, только специй маловато, то эль был отвратителен, горький, кислый, да ещё и разбавленный. Однако чтобы просто убить время этого было достаточно. Не спеша наслаждаясь дичью и продолжая подслушивать чужие разговоры, мы и сами начали обсуждать недавнее происшествие и что в действительности может помочь местным жителям. По мнению Миэль, в первую очередь надо было изучить сам гриб, который и послужил источником болезни, и уже потом что-то решать.

Когда наши тарелки почти опустели, я почувствовал, как оставленная мной магическая метка начала смещаться. Вряд ли местный конюх столь предусмотрителен, что решил вывести коней как раз к концу нашей трапезы, а значит скоро будет мордобой.

— Гарт, готовься к бою, Миэль, держись позади и если что, бросай что-нибудь не слишком смертельное, — под немного недоумённые взгляды своих спутников, я спокойно стал из-за стола и направился на выход.

Что Гарт, что Миэль, особых вопросов не задавали и тут же последовали за мной, а вот один мужичок, сидящий у входа, попробовал незаметно выскользнуть из общего зала таверны. Значит, работают в группе.

Резко открыв дверь таверны, я увидел ровно то, что и ожидал: четверо мужчин пытаются вывести наших с Миэль брыкающихся коней, в то время как лошадка Гарта смиренно плетётся за ещё одним мужиком. Моё появление вызвало непередаваемую бурю эмоций у конокрадов, и, кажется, они решили идти до конца, о чём говорило то, что четверо из них потянулись к висящим на поясе топорам.

— Смотрю, господа решили выгулять своих жеребцов? — расплывшись в улыбке, спросил я, потянувшись к весящей за спиной секире.

— Иди своей дорогой, путник, иначе у тебя будут проблемы, — набычившись, один из мужиков вышел вперёд, потряхивая зажатым в руке топором.

— Проблемы? — скинув со своей секиры защитный чехол, я перекинул её на плечо, — Ты уверен, мужик, что именно у меня будут проблемы?

— Думаешь такой крутой? — усмехнулся он частоколом гнилых зубов, — Иди лучше обратно, коняшки эти хоть и добрые, но явно стоят подешевле твоей жизни.

— Поразительно, — начала приближаться я к нему, — первый раз на моей памяти толпа оборванцев решила так нагло меня ограбить. Просто ответь на один вопрос, убогий, ты действительно считаешь, что человек, который в одиночку может завалить огра — испугается тебя?

Закончив говорить, я уже вплотную подошёл к нему и навис над ним. Из конюшни в этот момент выскочило ещё несколько человек, у двух из которых были явно разбиты костяшки, а на заткнутых за пояс дубинках виднелась кровь.

— Ваши подельники? — кивнул я в сторону новых действующих лиц, — Ну ничего, так даже интересней.

Короткий удар в челюсть и стоящий передо мной мужик падает как подкошенный, а все остальные мигом выхватывают своё оружие. Девятеро на троих? Какое невыгодное соотношение. Будь их раза в два больше, и шанс у них может быть и появился. Пока я размышлял, конокрады не спешили атаковать, видимо осознав, что идти на парня с даже выглядевшей опасно секирой, не самая лучшая идея, особенно если из защиты на тебе только рубаха, а в руках хозяйственный топор.

Увидев начинающуюся забаву, часть посетителей таверны выплеснулась наружу, кто-то из них куда-то убежал, но большинство приготовилось смотреть за происходящим. Доводить дело до кровопролития я не особо хотел, надеясь на трусость подобного рода личностей, так что попробуем их немного припугнуть.

— Добрые люди Соколиной Лощины, — обратился я к собравшейся толпе, — не напомните мне, что в вашем славном городке полагается делать с конокрадами?

Толпа на миг застыла, а потом кто-то старческим голосом произнёс.

— Петля.

— На ближайшем суку я полагаю, — решил уточнить я, начав ходить вдоль всё так же застывших на месте оборванцев, — или у вас приняты другие места для осуществления казни?

— Суков у нас много, чаго им пустовать? — ответил всё тот же старческий голос, после чего он же разразился каркающим смехом.

— Вот и отлично. Ну что, господа, — сняв секиру с плеча, я перехватил её для боя, — вы мерзкие конокрады, или просто решили вывести из конюшни наших лошадей? Так сказать, проявив гостеприимство.