Настоящий мужик. История парня из Anthrax - Скотт Ян

Первый раз мы с ним заговорили в канун Рождества в 2000 году. Мы с Перл сидели на диване и смотрели телик. Я планировал остаться у нее, и Рождество на следующий день мы собирались отметить все вместе. Примерно в 8:30 вечера к дому подъехала машина, и Мит Лоуф прошел через гостиную. Перл сказала: «Привет, пап». Он буркнул: «Привет», и сразу направился к себе в кабинет. Мне он ничего не сказал. Ну и ладно. Мы с Перл продолжили смотреть телик. Через пять минут он вышел, не говоря ни слова, и пошел на улицу. Мы услышали, как уехала его машина. Мы не обратили на это особого внимания. Ничего необычного в этом не было.

Мы с Перл лежали, я обнимал ее. Все было абсолютно невинно. Через несколько минут ее сверху позвала мама: «Перл, возьми телефон». Она взяла трубку и сказала:

– Что? Что? Мы не… а? Хорошо, хорошо, хорошо.

– Что случилось? – спросил я.

– Звонил отец, кричал и сказал, чтобы мы убирались на хуй с его дивана и из дома тоже. Кем мы себя возомнили? Сказал, что лучше нам свалить до его прихода.

У нашего друга Кенни была вечеринка в канун Рождества, поэтому мы отправились к нему. Всем (и нам тоже) казалось весьма забавным, что нас выкинули из дома Мита Лоуфа в канун Рождества. Когда вечеринка подошла к концу, мы вернулись ко мне в квартиру, где по-прежнему жила Дебби, и остались у меня в комнате. На следующее утро мы вернулись в дом Мита Лоуфа, все было как ни в чем не бывало. Само собой, мы не вспоминали то, что он сказал, и все отлично провели время. Мит был в восторге от Рождества, и мы славно пообедали.

Я решил, что у родителей Перл все довольно хреново, и, если происходит какое-нибудь дерьмо, мне не стоит обращать на это внимания. Он злился не на меня, он был просто зол. Как-то раз он даже угрожал, что выбьет мне зубы. Мне он ничего не говорил. Он сказал это Лесли или Перл, и я до сих пор понятия не имею, за что. Он на меня никогда не кричал. Просто все складывалось так, что в самом начале он пережил настоящий ад, а тут подвернулся я, за что и получил. Может быть, он не хотел, чтобы какой-то новый человек находился рядом, пока он переживал все то дерьмо, что творилось в его жизни. На тот момент Перл по-прежнему пела в его группе, и он знал, что я ей очень нравлюсь, поэтому терпел меня как парня своей дочери, но мы с ним не общались. И вдруг произошел случай, круто разрядивший обстановку.

В начале 2001 года Metal Shop, вымышленная глэм-метал группа 1980-х, которая позднее стала Steel Panther, проводила ночное рандеву в понедельник в Viper Room. Мы с Перл стали ходить туда каждую неделю после их первых выступлений. Они мне дико нравились. Я терпеть не мог глэм, но когда они перепели песни Бон Джови и Ratt, мне, в принципе, понравилось, потому что они привнесли в шоу юмор. Они вели себя на сцене иронично, и мне нравилось их дурачество. Мы с Перл между делом сказали о них ее отцу. Рассказали, как было весело, и добавили: «Ты должен пойти с нами в понедельник вечером и заценить их сам. В прошлый раз пришел сам Стивен Тайлер и поднялся к ним на сцену, было очень круто».

Тогда это было значимое событие. Все музыканты выступали с ними экспромтом, и это, очевидно, было круто. Стивен Тайлер был первым известным чуваком, который пошел на это. Как-то вечером мы с Перл пошли ужинать, и, пока ели, говорили о том, как пойдем на Metal Shop, как и последние шесть недель, но мы решили пропустить одну неделю. Мы и так там всю неделю тусили, поэтому решили пойти домой и расслабиться. Около полуночи мы уже заходили домой, как вдруг зазвонил мой сотовый.

– Скотт! Это Мит!

– Привет, Мит! Что случилось?

– Где вы, черт вас подери??! – орал он. Он явно был в очень шумном месте, и я едва его слышал.

– А, да мы уже домой заходим. Только что вернулись после ужина.

– А чем думаете заняться?

– Да ничем. Наверное, спать пойдем.

– В общем, я в этом сраном Viper Room, пришел посмотреть на ваших Metal Shop, о которых вы мне уже несколько месяцев талдычите. Где вас черти носят??! Тащите сюда свои задницы!!!

Я поговорил и повернулся к Перл: «Угадай что? Мы едем на концерт Metal Shop. Звонил твой отец. Он там и хочет знать, почему нас нет».

Мы развернулись, сели обратно в машину и поехали в Viper Room. Пока ехали, Лонн Френд, редактор журнала Rip, написал мне, что уже тусил с Митом Лоуфом в Grand Havana Room, курил сигары и бухал, а теперь они в Viper Room. «Мит сегодня сам на себя не похож – он выжрал уже 16 коктейлей “Маргарита”. Я серьезно».

Мы приехали, и это был совершенно другой Мит Лоуф, непохожий на того Мита, которого я видел прежде, – он улыбался до ушей и отрывался, как мальчишка. Ему очень понравился концерт. Я его еще таким не видел, так что мне было весело за ним наблюдать. Очевидно, Перл его в таком состоянии видела не раз. Но я увидел перед собой совершенно другого человека.

Metal Shop позвали его на сцену, и они сыграли «Livin’ On A Prayer» Бон Джови. Мит почти не знал слов, но отрывался вместе с их вокалистом, Ральфом Саензом. Потом он исполнил с ними песню Whitesnake, которую не знал вообще. И снова был на высоте! С такой харизмой вовсе не обязательно знать песни. Публика просто съехала с катушек. Затем Мит подошел и сел рядом с нами.

Под конец вечера все начали уходить, и я сказал Миту: «Эй, чувак, дай мне свои ключи. Я отвезу тебя домой».

«Ты не повезешь! О чем ты говоришь? Ты не повезешь меня домой», – сказал он заплетающимся языком, а потом засмеялся.

И я сказал: «Чувак, ну я серьезно. Ты должен отдать мне свои ключи. Мне насрать, что ты думаешь. Либо отдаешь мне ключи, либо берешь такси. За руль ты не сядешь».

И он отдал мне ключи. Мы с Перл