Архонт - Дмитрий Александрович Видинеев

Полина, презрительно фыркнув, тоже подошла к столику. Степан с напряжённым лицом следил за архонтом, держа в руке пистолет. Снизу донёсся приглушённый крик одержимого:

– Пошли его в ад, девочка! Его такое там ждёт, такое!..

– Лир, скотина, – скривился Надзиратель.

Агата посмотрела ему в глаза.

– Ты хоть в курсе, что угодил в ловушку? Сбежать больше не получится.

– В курсе, – в голосе архонта теперь сквозила злоба. – Чувствую. Но ты что ж, сучка, думаешь, я не подготовился к твоему приходу? Да, с взрывом лажа вышла, вот только у меня для тебя ещё кое-что имеется. Несколько месяцев я собирал разную нечисть, – он постучал пальцем по лбу. – Вот здесь сидит целая куча тварей, которая мечтает тебя растерзать. Там, мать твою, целый адский зоопарк! Это я попал в ловушку? Не-ет, сучка, не-ет… А может, я хотел, чтобы рано или поздно ты меня отыскала? Как тебе такое, а? – он сорвался на визг: – Хотел, хотел, хотел! Не знаю, как ты это сделала, но теперь, когда хорошая погода, мне всякая хрень мерещится. То рука моя отрубленная на пальцах бегает, то Викинг твой топором размахивает, а как засыпаю, ты мне снишься… и чёрное солнце. Да, да, теперь мне сны снятся, чёртовы комары. Нам с тобой, девка, слишком тесно вдвоём в этом мире. Пока ты жива, мне всегда будет хреново. Так что хорошо, что ты меня нашла, просто отлично. Рано или поздно, я сам бы тебя отыскал.

Агата сурово глядела на архонта. В её голове пульсировали мысли о том, что он всё это время тоже страдал от страшных видений, и что ублюдок собрал армию нечисти. Два важных факта, которые вызвали смешанные чувства – удивление, злорадство, жгучая ненависть, волнующее предвкушение грядущей схватки. И была непоколебимая уверенность, что Надзиратель её боится и, несмотря на его слова «Рано или поздно я сам бы тебя отыскал», он предпочёл бы сейчас оказать далеко-далеко отсюда. Боится урод – Агата это ясно чувствовала. Ей даже захотелось унизить его, взять, к примеру, эту миску с сиропом и вылить липкое содержимое на голову ублюдка – пускай нечисть, которую он собрал, видит, какое ничтожество их хозяин. Но сдержалась.

Надзиратель снова постучал пальцем по лбу.

– Они ждут тебя, мелкая сучка. Ждут твоего Викинга.

Агата усмехнулась.

– Ты ещё не знаешь про моего нового воина, – она обошла столик и схватила Надзирателя за запястье. – Больше не сбежишь. Отбегался. Конец тебе, мразина.

Он дёрнулся, болезненно скривился. Агата увидела в его заплывших глазах звериную злобу, услышала его мысли: «Почему ты, сука, не сдохла от того ножа? Зачем ты вообще встретилась на моём пути?» Риторические вопросы, полные ненависти и сожалений. Агата была уверена, что действительно прочла мысли архонта, а не внушила их себе.

Всё вокруг исчезало, будто сгорая в невидимом огне. По стенам, потолку расползались рваные червоточины, за которыми был густой мрак. Агата чувствовала бешеный пульс в запястье Надзирателя и слышала собственное учащённое сердцебиение. Исчезала мебель, декор, тьма заползала в комнату – словно чёрные чернила закрашивали реальность.

В голове Полины, как заезженная пластинка, звучали слова архонта: «Там, мать твою, целый зоопарк!» Агате туго придётся, это факт. Проклятый Надзиратель мастер на сюрпризы. Повинуясь наитию, чародейка шагнула к подруге, взяла её за свободную руку. Перед глазами тут же потемнело, по телу, словно электрический разряд пробежал.

Агата ощутила, как к ней присоединилась Полина. Каким образом? Да не важно, все вопросы потом. Мрак почти растворил в себе комнату. Жирная туша одержимого стала прозрачной, а затем и вовсе исчезла. Откуда-то издалека доносились возбуждённые голоса, но скоро и они умолкли. Какое-то время Агата стояла в чёрном пространстве, мысленно повторяя: «Скорее! Ну, скорее же!» Ей не терпелось оказаться на поле боя. Она презирала эту чёрную пустоту, этот мёртвый космос, в котором нет ни единой звезды. И время как будто застыло, точно издеваясь.

Но вот, наконец-то!

Во тьме появился излучающий голубоватый свет огромный купол. На мгновение Агате почудилось, что она находится в каком-то фантастическом храме. Рядом, словно выплыв из пустоты, возникла Полина. Изумление на лице чародейки удерживалось всего пару секунд – она и не такое повидала в Нижнем астрале.

Агата покачала головой.

– Куда я, туда и ты?

Полина дёрнула плечами.

– Лучше бы спросила, как я тут очутилась.

Глава тридцать вторая

Вдалеке, с другой стороны купола, начали проявляться тёмные силуэты. Надзиратель с обрубком вместо руки, двое чудовищных псов.

– Так вот он какой, – буркнула Полина. – Мерзкий ублюдок.

На вибрирующей голове архонта выдавился большой глаз, в руке появился хлыст. Псы, утробно рыча, беспокойно кружились на месте и выглядели скорее жалкими, чем свирепыми – предстоящая схватка их вовсе не радовала, они жалели, что вовремя не предали хозяина, как их собрат Лир.

Позади архонта пространство заколыхалось, начали появляться анчутки, гаулы, какие-то твари, напоминающие богомолов. Была нечисть похожая на огромные коряги, на червей, на большие кровавые капли и клубки белых нитей. Несколько сотен тварей, и эта инфернальная армия ревела, выла, хрипела.

– Вот засада, – прошептала Полина, сжав кулаки. – Адский зоопарк во всей красе.

Из-за спины Агаты вышли Саяра и Викинг. Воины проследовали вперёд на несколько шагов и остановились, хмуро глядя на Надзирателя. Волосы якутки искрились, словно были посыпаны серебряной пылью, платье из трав и листвы излучало изумрудное сияние. Берсеркер поправил рогатый шлем и взмахнул секирой, судя по его напряжённому виду, ему не терпелось ринуться в бой.

– Ого! – изумилась Полина.

Агата не раз подробно описывала ей своих воинов, но видеть это чудо своими глазами… Они ведь такие настоящие! Не какие-то там двухмерные картинки, а самые что ни на есть реальные, живые! Жаль не удалось застать Тиранозавра. Это был бы вообще взрыв мозга. Однако и эти воины мощно впечатляли Полину. Особенно Саяра. Правда, это какая-то сказочная версия якутки – эдакая лесная волшебница, словно с иллюстрации детской книжки, – но всё равно очень сильно. Вот так нафантазировала Агата – просто убийственное у неё воображение!

Надзиратель расправил плечи, заорал и взмахнул хлыстом. Нечисть рванула вперёд. Состоящее из чудовищ цунами, скрыв архонта, надвигалась с неумолимостью разрушительной стихии. Верещали анчутки, выли гаулы, ревели «богомолы» и «коряги», шипели «кровавые капли». Твари чувствовали, что из этого голубого купола им не сбежать, и что у них был единственный шанс на спасение – убить девчонку. Над чудовищами чёрной змеёй мелькал хлыст, его кончик щёлкал то по одной твари, то по другой, подгоняя.

Агата глядела на надвигающуюся армию сосредоточенно, исподлобья. Она