Веди меня от неистинного к Истине - Наталья Владимировна Кобышева

август, и как-то вечером после даршана прозвучало объявление на английском о том, что завтра утром к 6 утра все приглашаются на баджаны. Женщина решила не ходить на них, так как это рано. Однако утром ее что-то разбудило. Она вышла на балкон своей квартиры, из которой был хорошо виден Мандир (храм), и вдруг увидела золотое облако, поднимающееся над ним. Оно постепенно стало разрастаться и обволакивать всю землю, весь земной шар. Потом поднималось, разрасталось навстречу солнечным лучам, и в какой-то момент, когда это золото стало приближаться к солнцу, произошла вспышка, после чего солнце стало светить более мягко. В этот момент женщина услышала голос внутри себя: «Теперь солнце будет светить спокойнее, Я это сделал». В тот год по телевизору постоянно говорили про повышенную активность солнца, про вспышки на его поверхности, про высокий уровень радиации, поступающий на землю.

В июне 2016 года мне захотелось поехать с детьми в Тунис, на море. Неделю мечтала об этом пассивном отдыхе. Но все не могла решиться поехать, так как знала, что как раз в это время будет проходить Саи-лагерь в Дагестане. Мои друзья, которые проводят подобные лагеря в Москве, предложили мне присоединиться к ним и провести мероприятие на Каспийском море. Я с радостью согласилась, знала, что это будет незабываемо. Но отдых на море маячил перед глазами и соблазнял. Спустя пару дней я сидела дома и выбирала путевку на сайте. Тренькнул мой телефон, и я увидела, что это на почту пришла «мысль дня» из Ашрама. Я попросила Свами, чтоб в этом письме было напутствие для меня. Прочитала следующее: «Не утвердив Святую Божественность в своем сердце, вы отдаляетесь от Бога и позволяете своему уму и телу ходить туда, куда им нравится. Это противоречит человеческой природе». Я прочитала и решила, что это еще одно подтверждение того, что мне не стоит ехать на море. Но человеческая природа удивительно твердолоба, даже если Бог предстанет передо мной и предупредит, мне кажется, я все равно буду искать лазейки в его словах, оправдывать свое желание. В общем, моей решительности «остаться дома» хватило на неделю. Ну ладно, подумала я тогда, на две недели не поеду, но, может, хоть дней на шесть, и до поездки в Дагестан я успею вернуться. Прошло несколько дней, и я собралась ехать за путевкой. Собрала документы, оделась и решила проверить, где дисконтная карта турагенства — она дает право попасть к менеджеру без очереди и получить скидку. Если такой карты нет, можно несколько часов простоять в очереди к менеджеру. Но, проверив карман сумки, где всегда лежала карта, я не нашла ее. Тогда я пересмотрела все возможные места, а потом еще раз то, где она всегда лежала, — ее нигде не было. Я отчетливо понимала, что это знак для меня остаться. Тогда я села, успокоилась и обратилась к Свами с просьбой: «Я никуда не еду, я все поняла, только верни, пожалуйста, карту!» Проговорив все это, я залезла в сумку и сразу же нашла карту на самом видном месте!! Так моя поездка на море отменилась.

9 июня мы выехали в Дагестан. Поездка была очень насыщена красивейшими местами, людьми, встречами. Впечатление сложилось неоднозначное: с одной стороны, это знакомство и общение с интереснейшими людьми, глубокими, мудрыми, это богатая и красивейшая природа, старинные города, Дербентская крепость; с другой стороны, это знакомство с молодым населением Дагестана, недружелюбным по отношению к нам, русским. К сожалению, это недружелюбие чувствовалось часто, особенно на пляже, когда мы раздевались до купальников, чтобы поплавать. Кстати, купающихся местных девушек на городском пляже Махачкалы мы почти не видели, но это и неудивительно, потому что местные мужчины, особенно жители горных деревень, обычно глазеют просто неприлично. Молодые люди очень любят наряжаться, на улицах ходят празднично-нарядные, несмотря на неудобства такой одежды в повседневном использовании. Но, видимо, красота требует жертв, и в 30-градусную жару девушки приходят на пляж в туфлях на высоком каблуке, в классических нарядных юбках и блузках и ждут своих мужчин, детей, когда те накупаются. На городском пляже купались в основном мужчины и дети. А вид длинных волос наших парней вводил в особо агрессивное состояние молодых дагестанцев.

Антиподом всему этому была встречающая сторона: хозяева-дагестанцы поразили своим гостеприимством и хлебосольностью. Арип, Магомед — духовные искатели, преданные Свами, щедро делились с нами своими знаниями и опытом. После общения с Арипом я совсем по-другому стала относиться к Исламу. Вернее, скажем так, я узнала так мало из того необъятного про Ислам, но этого хватило, чтоб все мое представление о нем перевернулось. Арип много рассказывал про шейхов и мулл Дагестана, истории их жизни, про духовную сторону страны. Он же познакомил нас с шейхом (это высокое духовное звание) Махмуд Бабой.

Еще до приезда в Дагестан нам выслали информацию про Махмуд Бабу. О том, что это почитаемый суфийский мастер, живет в деревне Билинги, в 170 км от Махачкалы. Многие люди приезжают, чтобы встретиться с ним. Его считают каналом молитв, обращенных к Аллаху для исцелений и духовных благословений. В Исламе это называется дуа — молитвы и ходатайства за других. Большую часть дня он проводит в зирате, мечети рядом с его домом. Сейчас это седовласый, высокий, худощавый старец, он всегда носит белую одежду, и глаза его всегда улыбаются.

Арип привез к нему нашу московскую компанию, всех шестерых. Махмуд Баба вышел навстречу, высокий, весь в белом, он был очень рад нам. Хозяин приготовил нам ужин сам. Накрыл большой стол на улице под навесом. Когда мы сели, он начал говорить, как он рад встрече с нами, что редко к нему приезжают люди, знающие Свами, и как дорога ему эта встреча. Было очень трогательно и приятно. А потом начал рассказывать о своем опыте, как достичь состояния единения с Богом, о том, как уходил отшельником в степи и жил там один долго на сухарях и воде, ни с кем не общаясь. Еще рассказал невероятные истории из жизни его Учителя, а его слова про то, что только в худом теле возможно тонкое восприятие, что обильное питание мешает этому, я восприняла как совет для себя, т. к. иногда не знаю меры в еде. А потом он начал включать в разговор всех присутствующих за столом, обращаясь к ним и попутно давая интересные напутствия.

Когда поздним вечером мы засобирались домой, он не хотел нас отпускать. И когда мы прощались, было ощущение, что прощаемся с самым близким и родным человеком. Махмуд