Кастелян - Calmius

приготовления излагались достаточно ясно, но без объяснения смысла совершаемых действий или применяемых компонент. Об объединении совместимых или опасных комбинаций в таблицу речи не шло. Никакой систематики. Похоже, автор просто пересказывал собственный опыт, а не трудился над учебником.

За окном начало темнеть, когда за бесконечными лесами и пустошами на горизонте показались горы. Поезд приближался к Хогвартсу. Я переоделся в школьную мантию и привел купе к первозданному виду. Громкоговорители прохрипели голосом машиниста, что мы подъезжаем через пять минут, и что багаж необходимо оставить в вагонах, его доставят в школу отдельно.

Ровно в восемь поезд остановился на станции «Хогсмид».

Глава 5. Кучера вызывали?

Я вышел из последней двери последнего вагона. Где-то у паровоза зычный голос Хагрида созывал первокурсников и какого-то Гарри. Навстречу мне валила плотная толпа студентов постарше, направляющихся в обратную от великана сторону. Перрон освещался лишь дежурными лампами из тамбуров вагонов, далеким фонарем в руках «хранителя ключей» да луной в третьей четверти. Удивительно продуманный трансфер первогодок.

Оценив перспективу ломиться в полутьме против потока при моём-то росте, я отошел в тень кустов около перрона и решил пока запомнить место для возможного *перехода*.

Две платформы и два полотна между ними. Потёртый мостовой камень, никакого асфальта. Станционные строения из тёсаного валуна, потемневшего и замшелого. Несколько лавок, выкрашенных красным суриком. Имеется с десяток старых фонарей, почему-то не горящих. Высокий холм подпирает станцию с одной стороны, и ощущается крутой спуск к большой воде с другой. Лес и горы на горизонте. Каменистая почва. Где-то рядом небольшой населенный пункт, брешут собаки и тянет дровяным дымком из печей. Приметная табличка «Hogsmeade» в кованой оправе. Одуряющий запах вереска и полыни. Сильный магический фон. Достаточно.

Открыв глаза, я обнаружил, что за несколько минут перрон опустел. Хагрид увёл детей куда-то в сторону спуска с платформы, и догонять эту компанию во тьме на крутом влажном склоне не хотелось. Что ж, старшие студенты тоже топают в Хогвартс, с ними не потеряюсь.

Тропинка для старшекурсников вывела к «парковке», на которой расположилось множество самых настоящих карет. Около полусотни, старинного вида, кабинки на колёсиках выстроились в три ряда вдоль грязной неровной дороги и чего-то ждали. Лошадей, наверное. Лошадей при каретах не было.

Хотя… кто-то в упряжках всё-таки шевелился. Не доверяя свету единственного фонаря, который здесь пока ещё не погас, я подошел поближе. Дальний родственник лошади. Полупрозрачный, едва различимый в полумраке. Сквозь поджарое призрачное тело просвечивал не менее призрачный скелет. Зубы на вытянутой морде выглядели опасно, хотя существо не могло быть хищником — не нужны хищнику копыта на длинных тонких конечностях без возможности схватить и удержать. А еще лошадки были крылатыми: огромные перепончатые плоскости в шесть-восемь ростов размахом. Завершал картину длинный костяной хвост.

В магическом зрении существо полыхало тьмой. Глаза светились сизым огнём. Несмотря на ужасающий вид, опасности в животных не ощущалось. Протянув руку, я осторожно провел по вороной шее. Лошадь скосила на меня ошалелый взгляд и переступила копытами. А я вдруг почувствовал, что теряю всё тёмное, что скопилось во мне за последние дни: заключительные придирки Дурслей, дежурные нападки Дадли, мутную историю с рыжей компанией… Осталось только ожидание чуда, которое скрывалось уже совсем рядом, за небольшим леском.

Вот, значит, какие они бывают, тёмные твари.

Последние студенты рассаживались по каретам. Так уж получилось, что я стоял у находившейся в первых рядах повозки. А сяду-ка я на козлы, кучером. Всегда мечтал посмотреть на бегущую дорогу из кабины машиниста, а здесь даже стёкла окон мешать не будут. Устроившись поудобнее, я убедился, что детских аур на вокзале не осталось, и мысленно сказал: «Полетели!»

Как ни странно, кортеж послушно тронулся и начал ускоряться. Разогнавшись, призрачные лошади заработали крыльями, и кареты оторвались от земли. Медленно и бесшумно мы начали подниматься в воздух.

Из кабин донеслись удивлённые вопли, кто-то лихо засвистел — но я этого уже не слышал. Густые желтеющие кроны остались внизу. Открылось большое черное озеро, на краю которого трепетала россыпь огоньков отплывающих лодок. А на другом берегу стоял он.

Огромный замок на скале. Множество башен и башенок, ни одной одинаковой. Островерхие крыши. Высоченный донжон. Запутанные галереи, мостики и переходы. Протяжённый виадук над пропастью. Стены разной высоты и формы. Сотни светящихся окон. Несколько застекленных парников. И настоящий многоцветный пожар в магическом зрении.

Источник находился не в замке, а на полпути к Запретному лесу, глубоко под землёй. Видели научно-популярные кадры с солнечными протуберанцами? Пылающие многожильные дуги, причудливо изогнутые и удерживаемые мощным магнитным полем. Над Источником были сотни таких протуберанцев. Стабильным колоссальным фонтаном величественно истекавших из общего центра, медленно менявших форму, колосившихся, завивавшихся в спирали, переплетавшихся и вновь расходившихся на сотню километров в округе. Разноцветные, разнохарактерные, тёмные и светлые, бледные и яркие, мощные реки и тончайшие струи, текущие под землей, трепещущие в воздухе и отдельным искристым столпом уходящие в небо.

Хогвартс забирал едва ли десятину. Львиную долю этой стихии потреблял Лес. Остаток рассеивался по полям и пустошам.

Сам замок тоже поражал обилием кружев и чар, отсюда, конечно же, чётко не различимых. Имелось несколько огромных призрачных куполов.

Замок отражался в зеркальных водах озера тёплым светом своих окон. Довершало картину звездное небо, особенно выразительное по причине ясной погоды. Не знаю, как в будущем сложится моя жизнь здесь, но сейчас…

Повинуясь порыву, я отпустил наружу своё настроение и выдохнул магию к нему в помощь. Захотелось что-то добавить в эту картину — что-то, что не ухудшит ее, и чего, по-моему, не хватает.

Порыв свежего ветра расшевелил полы мантии. В воздух взвилась призрачная фигура. Сова. Тонкий золотистый контур, темно-синяя основа и солнечные звезды внутри. То, что нужно этому небу. Я радостно заорал.

В каретах захлопали, одобрительно заголосили. Рядом полыхнуло магией, и к сове присоединилась серебристая рысь. Фигуры закрутились в веселом воздушном танце. Новые магические всплески, и новые фигуры в небе. Волчица, коршун, горностай, чайка, собака-такса, дельфин, дрозд, ящерица — десятки новых призраков всё появлялись и появлялись. Вопил и аплодировал уже весь кортеж, и нам вторили из лодок.

Донжон полыхнул алым пламенем, и над замком появилась