Белорусский барон. Том 1 - Вова Рекс

Но я несказанно рад, что Додик жив, а четыре Одарённые твари мертвы.

Кстати, питомец извинился, что не показал мне ещё одного мужика, который сидел в машине, и которого Додик не смог сразу заметить. Так что понизим ожидания питомца класса «Неудержимый» до класса «Обычный». Нам ещё расти и расти.

Додик тем временем прилетел ко мне, кивнул, подождал, пока я ему сделаю лёгкий массаж головы за его заслуги, а потом намекнул, что хотел бы отведать французской кухни. Это уже моя выдумка, когда я понял, что он намекает на пруд с лягушками.

Увы, но этого не избежать. Раз уж ты теперь в теле аиста, то будь добр, жри змей, лягушек, больших кузнечиков и так далее. Но я всё же надеюсь, что с прокачкой, французская и японская кухня с насекомыми сменится на нашу. Будет у меня пельмени со сметаной хомячить, драники, борщи, голубцы и так далее — всё то, что можно жрать со сметаной. Потому что что? Правильно. Я и сам люблю сметану.

Помню, как пришлось поглотить Сметанного Бога, который перешёл все границы дозволенного и решил создать свою сметанную планету и уже существующей, чтобы все люди, живущие на данной планете, захлебнулись в сметане. Вот же чучело. Но ничего, я поглотил его всего. Высосал всю сметанную магию. Потом, наверное, года три хотелось по остаточному эффекту употреблять всю еду со сметаной.

Но да ладно, я же был умнее, поэтому нашёл пищу, которая бы соответствовала сметане. Ну а если честно, то того самого сметанного божка, но уже без магии, заставил рассказать мне, какие блюда подойдут к сметане. Ну и тому пришлось выложить всё на стол.

Это тот небольшой процент случаев, когда обезумевшие боги не суицидились после потери своей силы, а начинали жить с нуля и становились хорошими. А может, и нет. Я так далеко не заходил и не следил за ними. Мне лишь нужно было, чтобы сохранялся баланс.

Без Зла было скучно жить, но с перебором Зла жить было невыносимо, поэтому и приходилось поглощать подобных безумцев.

— О, Димончик! — подбежал тем временем Андрюха и обнял меня так, будто хотел все кости поломать. Либо он тоже прокачался, либо это я потерял много сил после Додика. — Сделать тебе бутеры? А мы замочили всех в доме. Бабушка даже в конюшне всех замочила. А хочешь я покажу тебе, как я задушил корзиной одного злодея? А вообще-то это не я сделал, — сразу же изменился Андрей. — Может, бутеры с икрой? — снова переменился мелкий.

Я лишь улыбнулся.

— Да, можно. Но мне нужно принять душ. — И я свалил в другую ванную комнату неподалёку от моей спальни на втором этаже.

Когда умылся и немного отдохнул, то вышел к родным. Ну кроме Семёна. Хотя я его считал родным в другом смысле. Он просто был преданным человеком. Во всяком случае, реципиент за 18 лет своей жизни не заметил каких-то скрытых мотивов у нашего дворецкого.

Так вот, когда я вышел к родне, то увидел следующую картины: Зинаида Петровна стояла в своём синем халате, или лучше сказать красно-синем, потому что то количество крови, которое присутствовало на её халате… короче, даже не буду об этом. Не хочу думать, что она сделала.

— Я тут немного размялась, — начала бабенция. Сама же дулом дробовика почесала себе шею, не волнуясь за то, что эта железная тварь могла выстрелить. — В общем, я очистила наше поместье от дерьма.

Я после этих слов почувствовал запах шашлыка. Жаль, что это был не он.

— Нашла у этих поцов около ста тысяч рублей… наших, белорусских, — продолжила Зинаида Петровна. — Не знаю, сколько заплатили тем, что были в машине, потому что там ничего не осталось. Но вот этим явно заплатили по пять тысяч. А раз так мало, значит, они даже не знали, на кого прут.

Бабуся достала сигарету.

— Эй, фашист, принеси спички! — крикнула она через губы, сжимающие сигарету.

— Да, бабушка, ща всё будет! — громко ответил мелкий и побежал на кухню. Когда принёс спички, то посмотрел на меня и сказал: — Дима, а можно я тоже, когда вырасту, буду курить, как эта женщина. — И Андрей указал толстым маленьким пальцем на бабулю.

Та ударила его по рукам, но любя, потому что реально любила мелкого, хоть и проявляла это по-особенному.

— Ты шо это удумал⁈ Давно Фрицем тебя не называла? Пошёл в свою спальню! И чтобы я больше не слышала про курение! Сдохнешь ещё как собака сутулая. Лучше ешь свои бутеры с икрой и шоколадные заначки.

— Хорошо, ба, — кивнул мелкий и побежал к себе на второй этаж. Правда по дороге спотыкнулся и удалился лицом о ступеньку, отчего лишился переднего зуба. — Ауч! — это всё, что сказал Андрюха.

Баба Зина и дворецкий оценили мужественность мелкого. Зинаида Петровна даже сказала, чтобы Андрей подошёл к ней… ещё раз.

— А ну улыбнись, — сказала она и сама сделала то же самое, отчего изо рта вывалилась сигарета.

Андрей улыбнулся.

— Ну всё, ты теперь настоящий деревенский алкаш! — расхохоталась Зинаида Петровна, глядя на своего младшего внука, у которого отсутствовал третий зуб слева от центра.

— Спасибо, что не деревенский фашист, — подмигнул мелкий своей бабенции и уже целиком и полностью отправился спать. Только и слышал в спину негодование Зинаиды Петровны, но не обращал внимания.

Я же вышел на улицу и посмотрел, откуда именно пахло «недошашлыком». Оказалось, что дул сильный ветер после зачистки, поэтому запах донёсся до дома. Хотя всех тварей баба Зина скинула на те взорванные два джипа и ещё какую-то тачку, в которой был ещё один мужик.

Ну-с, главное, что все были мертвы, а деньги лежали в кухне-гостиной.

Зинаида Петровна, как выяснилось, была достаточно сильной бабенцией, раз смогла двадцать рыл перетащить ко входу в поместье, ещё и так быстро, учитывая, что я принимал душ минут двадцать. По большей части просто кайфовал от тёплой воды, которая лилась на голову, шею и спину.

Что же, ночка выдалась горячей на события. Уже почти утро, поэтому самое время залатать раны и немного помедитировать. Нужно наложить ещё несколько печатей, которым самое время для развития.

Надеюсь, что моё тело готово.