Платиновое сердце - Асти Брамс

Он посмотрел поверх меня на Полину.

– Ни за что не поверю, что ты сам до этого снизошел! – выпалила я, покачав головой.

– Да мне плевать! – рявкнул мажор, мгновенно ожесточившись, и сделав угрожающий шаг ко мне. – Но я вот что скажу тебе, Маруся. Меня никто и никогда не сможет к чему-то принудить, поняла меня? Если я и сделал то, что сделал – только потому, что сам принял решение!

Я неловко скрестила руки на груди, а Женя склонил голову набок и сощурил свои волчьи глаза.

– А ты че так нервничаешь, а? – вкрадчиво спросил он. – ПМС? Или не можешь смириться с мыслью, что я не последний уебок и тоже могу признавать ошибки? – Я невольно подобралась, когда мажор вдруг наклонился к моему лицу. – Ну так это твои проблемы, девочка.

Это прозвучало так близко, что его мятное дыхание оказалось на моей коже. Затем Молотов резко отстранился, снова поймал холодным взглядом Полину и зашагал прочь.

– Что на тебя нашло? – недоуменно спросила подруга, как только я к ней обернулась.

А я сама себе не могла ответить, что… Последние месяцы прессинга лучшей подруги? Моя потоптанная машина или тяжело больная Света?

Я находилась в каком-то состоянии аффекта, и только сейчас начала это осознавать. Героическое появление Молотова с извинениями вывело меня из себя, потому что напоминало дешевый спектакль! Рьяно захотела сорвать с него маску, доказать, что он неисправимое чудовище! Что я не ошибалась, а подруга – да, решив, что он якобы может быть другим!

– Ненавижу этого лицемера… – негромко произнесла я, отступив к стене и прислонившись к ней. – Сам он, как же... Ему явно кто-то вправил мозги! Но лично я к этому непричастна, Лина, так что ты не думай, – сразу прояснила я.

Полина продолжала молча и напряженно смотреть на меня. В какой-то момент это начало даже смущать. Я ощутила, как загорели щеки, мысленно согласившись, что, наверное, действительно слишком бурно среагировала на Молотова. Будь я на месте подруги, вообще подумала бы, что неравнодушна к нему…

Вот уже чего не хватало! Надеюсь, она не допустит таких глупых мыслей, потому что у меня к этому мажору было только два чувства. Ненависть и презрение.

7

Женя

– Молот! Эй, постой!..

Расслышав знакомый голосок, я нехотя замедлил шаг и оглянулся. Кристина нагнала меня на ступенях у входа в универ. Как всегда яркая кукла: длинные рыжие кудри, меховая жилетка, черные кожаные штаны, обтягивающие упругую задницу, ботинки с тяжелой подошвой, розовые губы, обильно смазанные блеском и жвачка вот рту, которую она не уставала активно жевать.

– Ты чего? – спросила она, сверкнув белоснежной улыбкой. – Не пойдешь на пары?

– Нет, – хмуро отозвался я. – Сегодня я пас. Завалиться хочу поспать.

– А че приехал тогда?.. – поинтересовалась любопытная подруга.

Крис была своя в доску. Неотъемлемой частью нашей университесткой тусовки, состоящей, к слову, в основном из парней. Она как бро только наоборот, поэтому к ней прилепилось прозвище «систа».

Я оглянулся на здание универа и лаконично ответил:

– Дело кое-какое было.

– Какое? – допытывалась систа, склонив голову на бок и прищурив лисьи янтарные глаза.

– Ты не отстанешь, да? – снисходительно усмехнулся я.

– Не-а, дружок.

– Ладно… За Романову я приехал впрягаться.

Крис аж жвачку во рту потеряла. Ее лицо перекосило от явного недовольства.

– В смысле?..

– В прямом, – отсек я. – Фары всем врубил, чтобы больше не трогали ее.

Она стервозно вскинула брови, уставилась в сторону и возмущенно поинтересовалась:

– С чего это вдруг, Жень?

Внутри закралось раздражение. Я был не в том настроении, чтобы отчитываться.

– Я вообще-то и не собирался без берегов гнобить девчонку, – холодно сообщил. – Много чести мусолить это все. Но раз уж с меня все началось, я и закончил эту травлю. С сегодняшнего дня. И тебя это тоже касается, систа.

– Меня?! – Подруга недоуменно захлопала глазами. – Ты решил и мне фары врубить, Молот?

Поджав губы, я без расшаркиваний объявил:

– Думаешь, я не в курсе, что это ты создала ту страницу с блядского сайта? Допустим, я тоже хорош – не стал останавливать тебя, но именно ты подогревала травлю, Крис, – подвел я давяще. – И пацанов подговаривала Романову кошмарить. Поэтому кончай. Я серьезно говорю.

– Она получила по заслугам! – с наездом выдала Кристина. – Нефиг было моего друга обижать!

Я шагнул к ней вплотную и ухватил пальцами за тонкий подбородок. Она тут же послушно замерла.

– Не бери на себя слишком много, подруга. Я уже большой мальчик и в группе поддержки никогда не нуждался. Давай, у нас не будет причин для терок?

Крис нервно усмехнулась.

– Окей! – вытолкнула из себя, плохо скрывая обиду. – Я только не понимаю, с чего ты вдруг переобулся?! Еще несколько дней назад сам же тут на гелике показуху устроил! Надеюсь, ты не повелся и не простил потаскуху, которая все строит из себя невинную овечку?

Челюсть скрипнула. Подруга не догадывалась, что в тот день, Полина просто попала под горячую руку. Я не видел в ней девчонку, которая и так достаточно отхватила унижений. Я видел – предателя. Встреча с одним уебком не прошла даром и меня как переклинило.

Гнилой запах предательства все больше пропитывал мою жизнь. Он будто проклятье приклеился ко мне и поджидал часа, чтобы вновь ударить в самый неожиданный момент. Вот только я точно не собирался посвящать во все это дерьмо Кристину. Я в принципе каждого в своем окружении подпускал до определенной черты.

– Последний раз говорю – тема закрыта, – отчеканил я, едва сдерживаясь, чтобы не нагрубить подруге. – Что бы я не сделал, что бы не решил – это только мое гребаное дело, ясно тебе? Или повторить?!

– Ой все, завелся… – Она отбросила рыжие кудри за плечо и зашагав к дверям универа, крикнула: – Иди, проспись Молотов!

Провожая ее тяжелым взглядом, я прикинул, насколько Крис приняла всерьез мои слова. Но главное – я ее предупредил.

Шагая мимо припаркованных машин к гелику, я зацепился взглядом за серый Ниссан. Тот самый, который вчера потоптал ногами, и внутри неожиданно заворочалась совесть. Под дулом пистолета я бы не признался, что подружка Полины, эта бешеная