Титан империи 8 - Константин Зубов

И он сунул мне под нос грязный клочок бумаги!

— Это что? — взял я его и подсветил фонариком. В моих руках была старая карта, и, судя по всему, одними станциями тут дело не ограничивалось — переходов между ними сотни, и строение напоминало огромный муравейник.

— Мы нашли это для тебя. Это карта технических этажей, которые простираются еще ниже к Осколку. Если протащить бомбочки на эти уровни, мы ослабим врага еще больше!

— Нет смысла, мы все сделаем и так, — я вернул Сене карту. — Жук уже скоро доберется до «Торгового центра» и поедет дальше. Все предприятие завершится в течение часа.

По крайней мере, я на это надеялся.

— Нет, Антихрист, — покачал головой Сеня. — Туннели перед станцией «Библиотека им. Пушкина» обрушены!

— Что? Ты уверен⁈

— Да. Нам об этом сказал Нексус. Они рухнули только что.

— Правда! — высунулась из темноты еще одно бородатое лицо, а за ним из разных углов выглянул и еще десяток:

— Истина! Так и есть! Зуб даем!

Ликвидаторы остановились и взялись за мечи. В следующую секунду они узнали наших знакомых:

— А вы чего тут забыли⁈

Я нетерпеливо махнул рукой в сторону дрезины.

— Ты слышишь Нексус? — спросил я Сеню.

— Четко, каждое слово, — закивал он. — Он смеется над нашей слабостью и угрожает раздавить нас как мух, но все что ему удалось сделать — это обрушить один единственный туннель. Нагадить еще больше он боится — тут неподалеку находятся кладки выкормышей Мантикор, которые обещают вот-вот вылупиться.

Блин, еще этого не хватало… Ладно бы многоножки, гарпии, бесы и прочая мелочь, но вот кладка Мантикор!

— Ты их видел?

— Нет, я же не псих, — пожал плечами Сеня и показал пальцем на своего друга. — Но Емеля видел. Он, дурья башка, последнее время часто тут ползает! Говорит, их там десятки!

А вот это плохо. Еще одна причина взорвать тут все к чертовой бабушке.

— Ты не боишься Нексуса? — спросил я второго бородача.

— Боюсь, — сказал Емеля. — Но тебя я боюсь куда больше, Антихрист. Что сделает мне Нексус? Убьет одного меня и только. А вот ты можешь осерчать и выгнать с завода нас всех!

Бородачи вокруг закивали и перекрестились. Ну что ж, логика в этом есть…

— Нет уж, у вас еще план, — хмыкнул я и хлопнул смелого бородача по плечу. — Значит так. Берите десять бомбочек и раскидайте их на нижних этажах. Как сделаете, двигайтесь к «Торговому центру». Там мы пересекаемся с Жуком. Если и вправду дальше туннель обрушен, то ничего не поделаешь — придется обходить его по боковым переходам. Давайте, мухой!

— Слушаемся, Антихрист! — заголосили мужики и, растолкав ликвидаторов, побежали к дрезине.

Мы выкатили «хлопушки», и, подхватив их, бородачи скрылись в проходах.

Я проводил их взглядом и вернулся к своим людям. Надеюсь, они сумеют сделать все быстро — нельзя бросать их здесь, когда тут начнут рваться бомбы, а снизу полезет Осколок. Все эти коммуникации буквально превратятся в кашу.

— Никак не могу взять в толк, что это за ребята, — проговорил Петрович, когда дрезина вновь пришла в движение. — Бродяг в городе раньше было ну дай бог человек тридцать, и все держались обособленно, разве что надоедали всем со своей мелочью. А теперь их тут сотни! И все рвутся помогать во всем!

— Просто неравнодушные граждане, — пожал я плечами. — Патриоты своей родины.

— Да уж, — буркнул Петрович. — Золотые ребята, а мы их совсем не замечали, а кое-кто даже лупил почем зря…

— Нина, как ты? — спросил я, присев на одно колено перед девушкой.

Она снова сидела на лавке, вцепившись в плечо Альберта. Ее конструкты ушли на крышу, и каждые десять секунд там что-то шипело и грохотало.

— Нормально, — буркнула она в забрало. — Если руку Альчика не отпускать, то справляюсь.

«Альчик» только сильней сжал ей ладонь, Нина опустила шлем ему на плечо. Я же выглянул в окно, и увидел, что на стенах полно многоножек, которые так и норовят залезть к нам на крышу. Их кровь все текла и текла по стеклам.

— Нина, ты молодец, — подошел я и положил руку ей на плечо. — Выберемся, и мы с Гамой сварганим тебе такой ужин, который ты никогда не пробовала!

Нина не ответила — по крыше снова с остервенением забарабанило. Под прикрытием конструктов мы открыли заднюю дверь и начали через каждые сто метров сбрасывать на рельсы по «хлопушке» — когда рванут те, что остались на станции, начнется цепная реакция, которая должна захватить даже норы в стенах.

Нужно разнести тут все по максимуму — второго шанса у нас точно не будет!

Выкидывая «гостинцы», проехали станции «Парковая» и «Лермонтовская», и на каждой нас ждали нексы — и куда больше, чем на прошлой. Первыми в бой бросались конструкты с Дружком, а ликвидаторы, окружив парней с бомбами, рассыпались по перрону. Я тоже не отставал — мой меч полностью покрылся кровью нексов.

— Закончили, — кивнул я, когда еще одна партия «хлопушек» нашли свое место. — Едем дальше!

Сверху еще грохотало, но то ли не так громко, то ли я уже привык к постоянной вибрации, глухим ударам и отдаленному реву.

Мы погрузились на дрезину и двинулась дальше — к станции «Маршала Жукова».

— Что за маршал Жуков? — поинтересовался один из ликвидаторов. — Родственник майора что ли?

— Наверное, — пожал плечами Петрович. — Тоже, поди, давил какую-нибудь гнусную тварь, вот и прославился.

Вот-вот должна была показаться станция, но тут дрезина начала замедляться.

— Что такое? — спросил я, и машинист