Пушкин. Наше время. Встречи на корабле современности - Гаянэ Левоновна Степанян

ГС:

Еще важным человеком для Александра был дядя, Василий Львович. Александр – конечно, в ироническом ключе – говорил, что это его первый учитель, поэтический наставник, и до сборника стихов 1825 года издательства даже конкретизировали, о котором из Пушкиных идет речь. То есть их до этого сборника воспринимали на равных.

МВ:

А еще же у Пушкина была тетушка, сестра отца, Анна Львовна (1769–1824), образ которой он саркастически вывел в стихотворении «На смерть тетушки» (немало покоробив этим сочинением своих друзей, надо сказать) и мимоходом упомянул в «Графе Нулине»: «Отрада девушки невинной, покойной тетушки моей» (впрочем, в окончательный печатный текст это двустишие не вошло). Вообще, молодого племянника почему-то очень смешил девический статус злоязыкой старой девы, он все время над ним трунил. Например, в письме Вяземскому в начале декабря 1823 года он так объясняет свою правку: «Хладного скопца уничтожаю (в поэме „Бахчисарайский фонтан“. – М. В.) из уважения к давней девственности Анны Львовны» (Т. 10. С. 62).

Степан Галактионов

ВАСИЛИЙ ЛЬВОВИЧ ПУШКИН (1766–1830)

Дядя Александра Сергеевича, его первый литературный наставник

А про Василия Львовича надо сказать, что Пушкин хоть и иронически, но вспоминал о нем постоянно. И даже в «Евгении Онегине» назвал одного из гостей Лариных своим двоюродным братом («мой брат двоюродный, Буянов»). Сейчас это кажется странным, а тогда это была такая пасхалочка для подкованного читателя, потому что речь идет о герое поэмы Василия Львовича Пушкина «Опасный сосед». В то время это было намеком крамольным – поэма была абсолютно неподцензурная. Ее сюжет – драка, разворачивающаяся в публичном доме – был невозможен в печати в то время. Но Пушкин, естественно, зная об этом, вставляет в «Евгения Онегина» отсылку. Здесь мы тоже невольно впадаем в параллель между тогдашним временем и новейшим. Поэма «Опасный сосед» была непечатной, но все образованные люди ее знали. Так же, как сейчас какие-то социальные сети запрещены, но все на них ссылаются как на само собой разумеющееся.

ГС:

Так что Василий Львович не графоман, а вполне известный признанный поэт.

МВ:

Расскажу анекдотический случай, произошедший со мной лично. Я живу как раз в Немецкой слободе. И сейчас, отправляясь на встречу с тобой, сел на автобус прямо напротив дома Василия Львовича Пушкина. То есть мы с ним, можно сказать, соседи, через два века.

ГС:

По мнению Мандельштама, вы и есть соседи, потому что любой человек, оставшийся в культуре, остается в современности навсегда.

МВ:

Ну! Мандельштам, что называется, со своей высоты судит. А я просто сегодня сел в автобус, глядя на дом Василия Львовича. Но анекдот вот в чем: иду я как-то от «Бауманской» в сторону Ладожской улицы и слышу разговор идущей за мной молодой пары. Девушка, видимо, гуманитарий из соседнего педа, а парень – технарь из соседнего же МГТУ имени Баумана. Девушка говорит: «А тут вот рядом дом дяди Пушкина». И парень такой: «В смысле?!» Наверное, он решил, что девушка самого Пушкина так называет: «дядя Пушкин». Как «дядя Степа». И справедливо удивляется – с чего бы вдруг такая фамильярность?! Девушка терпеливо объясняет: «Ну Пушкин, поэт. У него был дядя, у дяди был дом, дом находится вот там». У парня прямо отлегло: «А-а-а, дом дяди Пушкина!» То есть для него сама мысль о том, что у Пушкина, которому стоит памятник, может быть дядя, как у него самого есть какой-нибудь дядя Толик, была чудна и неожиданна. Как директору цирка была чудна мысль, что у льва Бонифация могла быть бабушка.

ГС:

Хоть это и смешно, но молодые люди не представляют, что у великих есть семьи, родственники, человеческие отношения, в которых бывает разное. Что до нашего героя – хотя Пушкин детских воспоминаний не оставил, мы знаем, что с 1805 по 1810 год он постоянно бывал в Захарове.

МВ:

Тоже совершенно вневременная русская история: на лето к бабушке. Кто-то в деревню, кто-то на дачу, в общем, за город, прочь из Москвы.

ГС:

То здание, в котором Пушкин проводил лето у бабушки, горело, потом погибло, и к двухсотлетию Пушкина, в 1999 году, его восстановили, там сейчас музей.

МВ:

И слава богу.

ГС:

Итак, в 1811 году Александр поступает в Лицей.

Лицей и царская фамилия

МВ:

Школьные годы у Пушкина начались позже, чем они начинаются сейчас у нас: не в семь лет, а в 12.

ГС:

До Лицея Пушкин учился дома, как многие.

МВ:

Как все! Все дворянские дети проходили с домашними учителями азы грамотности и начатки всех наук.

ГС:

Дотошный читатель может вспомнить Петрушу Гринева из «Капитанской дочки».

МВ:

Разумеется! Хотя надо понимать, что в «Капитанской дочке» – это, во-первых, почти на полвека раньше и, во-вторых, это провинциальное дворянство. А тут – элита империи.

ГС:

Лицей располагался в Царском Селе и имел очень краткую историю на момент поступления Пушкина. Его основал Александр I при содействии тогдашнего своего соратника Михаила Михайловича Сперанского. Правда, к этому времени Александр к Сперанскому уже охладел.

МВ:

Тут надо подчеркнуть. Лицей не просто был основан при Александре I, он был основан именно по инициативе Ацлександра I. Изначально вообще была идея, чтобы отдать учиться в Лицей младших братьев самого Александра – Николая и Михаила.

Джордж Доу

ИМПЕРАТОР АЛЕКСАНДР I

(1777–1825). 1826

Любимый внук Екатерины Великой, всерьез рассматривавшей возможность передать ему престол в обход нелюбимого сына Павла; впоследствии Пушкин написал немало колких эпиграмм и стихотворений по адресу Александра I

ГС:

Hо как раз к моменту, когда его основали, взгляды на Лицей изменились.

МВ:

Пока дело решалось, братья просто выросли. А было бы забавно, если бы Николай Павлович оказался однокашником Александра Сергеевича.

ГС:

Ты сам говорил, что если бы там был Николай Павлович, то Александра Сергеевича там могло и не быть.

МВ:

Ты знаешь, я это сказал сгоряча. «Наобум», как сказал бы сам Пушкин. Мы уже говорили, что Александр Сергеевич принадлежал к древнему дворянству, и непроходимой разницы между великими князьями и его стратой не было. Так что вполне мог оказаться, Николай с Александром, – не за одной партой в силу разницы в возрасте (три года без одного месяца), но все-таки в одних стенах.

ГС:

Мне тоже так кажется.

МВ:

Там не было бы такого духа свободы, который был при втором директоре Егоре Антоновиче Энгельгардте, – условного, но все-таки более либерального, чем в