Обретая нас - Надежда Скай

И чего я пристал? По сути мог просто проигнорировать, рулить дальше и думать о том, как быстрее добраться до места и встретиться с маленьким человечком, возможно моим продолжением. Но мне было не всё равно. Меня волновали её чувства, её мысли и переживания. Я хотел знать всё и плевать на то, что будет больно или наоборот приятно. Чёрт возьми, я снова хотел быть в её жизни! И суток не прошло, а я желаю снова видеть Еву в своей жизни. — Мы ещё не расставались на такой долгий срок, и я безумно соскучилась. И он тоже.

Ну это я мог понять, ведь только сегодня осознал, как сам скучал по Еве все эти годы, а у них связь матери и ребёнка, да и тяжёлые пережитые моменты жизни.

— Почему не предупредила маму, что едешь со мной? — решил сменить тему и мне это удалось.

Ева в секунду собралась, выпрямила спину и я, не поворачиваясь к ней, почувствовал обжигающий взгляд.

— Решила дать ей спокойно спать этой ночью!

— В смысле?

— Зная причины и следствия нашего развода, она не сильно будет рада тебя видеть.

— Не очень приятно это слышать, но как-нибудь переживу.

— Вот и отлично, — Ева убрала телефон в карман, и я уже подумал, что на этом разговор окончен, но она меня слегка удивила. — Я не сильно вдавалась в подробности, особенно о том, каким образом узнала о твоей измене…

— Моей измене?! А вот теперь мне очень интересно. Про свою измену ты естественно промолчала. Тогда, как ты преподнесла Зинаиде Михайловне наш развод?

Сейчас меня раздирало изнутри, а едкие словечки чесались на языке, чтобы вылететь и укусить бывшую жену побольнее.

— Нам больше поговорить не о чем?

— Вот именно с этого мы и начнём.

Город остался позади, а я гнал машину, совершенно не замечая, как стрелка спидометра поднимается всё выше. Заявление Евы не выходило из головы, и я ждал продолжения.

— Хорошо, — Ева растёрла ладонями щёки и обречённо выдохнула, — просто сказала, что чувства остыли и мы стали чужими друг другу.

— И она поверила? Я бы точно нет. А про ребёнка какую легенду выдумала? — последний вопрос процедил сквозь зубы.

— Глеб, какая разница? Ты решил вести допрос?

«Да, чёрт возьми!», но вслух сказал совсем другое.

— Ева, дорога долгая и нам о многом надо поговорить. И как бы неприятен был бы этот разговор, но его не избежать.

6 глава

Ева

С самого выезда из города я была не в своей тарелке. Нервы натягивались с каждой минутой, с каждым километром, который оставался позади. Только одна мысль успокаивала и заставляла держать себя в руках — уже утром я увижу своего малыша, и мы снова будем вместе. Я безумно соскучилась и в какой-то степени немного была рада этой внезапной поездке.

Но не успели мы выехать на трассу М4 Дон, как Глеба прорвало. Знала и ожидала, но всё равно не была готова к разговору о нас и обо всём том, что было и есть. Я хотела только одного — его помощи и здоровья своему ребёнку. Но зная Абрамова, прекрасно его зная, он не оставит меня в покое, пока не отвечу на все вопросы и это точно будет не сладко, ведь от болезненных укусов с его стороны меня никто не оградит.

Тяжело вздохнув, посмотрела в окно, на проносящийся на сумасшедшей скорости пейзаж и повернулась к Абрамову. «Хорошо, поговорим сейчас, чтобы по приезду восстановить моральное состояние».

— Мама не поверила в банальное оправдание в «не сошлись характером», пришлось рассказать про ссору, твою Шурочку и про то, что я не делала…

— Отлично, свалила всё на меня, твоя мама поверила и решила подыграть несчастной дочке в сокрытии ребёнка!

— Тебя это сейчас так волнует?

Обида и злость в голосе Глеба очень удивляли. Не всё ли ему равно? Он с такой лёгкостью выкинул меня тогда из жизни, а теперь его уязвляет несправедливость с моей стороны.

— Представь себе — да. Зинаида Михайловна всегда была на моей стороне, а я с лёгкостью называл её мамой, — в памяти мгновенно всплыла картинка, как при первой же встрече с мамой Глеб очаровал её за пять минут и сразу же после предложения «руки и сердца» стал звать мою родительницу «мамой». — Интересно, а как ты представишь меня ребёнку?

— Ты перегибаешь! В таком духе мы точно не сможем нормально поговорить.

— Хорошо, прости. Но не уходи от вопросов.

— Просто я не готова, не готова к твоему внезапному решению поехать, забрать Егора и…

— Договаривай.

— Я правда не знаю, что сказать Егору о тебе.

И тут мой голос дрогнул, выдавая все чувства, а ощущения были такие, словно меня вывернули наизнанку. Ведь и правда, до этой минуты я не думала о том варианте, что отец и сын могут когда-то встретиться. У меня был чёткий план: встретиться, всё рассказать, попросить помощи и, если таковая будет получена, действовать дальше без Абрамова. Но он всё сделал по-своему.

Снова отвернувшись к окну, сглотнула ком в горле и тихо сказала:

— Ты сам для начала реши — сын он тебе или нет.

— Круто ты сейчас перевернула. Тогда другой вопрос: ты вообще, хоть когда-то, собиралась меня поставить в известность о ребёнке?

— Ты себя сейчас слышишь? То отказываешься до результатов теста принимать сына, то уже настаиваешь на факте, что я скрыла от тебя ребёнка!

— Я всего лишь допускаю такую возможность.

Абрамов включил поворотник и резко дёрнул руль в лево, обгоняя очередную машину. Я же схватилась за ручку, пытаясь удержать равновесие от резкого манёвра.

— Если допустить «такою возможность», — специально сделала акцент на этих словах, уловив лёгкую усмешку Глеба, — то да, но когда точно, не могу сказать.

— И на том спасибо.

Удивительно, но на этом Абрамов замолчал. Я искоса бросала на него взгляд и каждый раз, когда свет от фар встречных машин вырывал его лицо из темноты, видела, как Глеб хмурил брови и плотно сжимал губы. Он явно о чём-то думал. «Чтож, хоть немного тишины». Какое-то время мы ехали молча.

— Расскажи подробнее про болезнь и лечение, которое вы прошли, — Глеб закинул в рот драже «Тик Так» и предложил мне, но я лишь покачала головой.

Собравшись с силами, ведь для меня это безумно больная тема, я начала всё с самого начала. В этот раз рассказ занял большее время. Я запиналась на тяжёлых моментах и замолкала, когда от воспоминаний снова зашкаливали