Вусмиор. По ту сторону барьера - Майя Олав Глакс

в свои мысли, кажется, на время забыв о прежних спорах. Некромантка переживала воспоминания прошлого, а хранительница каждую секунду накручивала себя мыслями о сыне, которого никогда до этого не отпускала от себя так надолго, единственное, что успокаивало ее, так это то, что Клаус сделает все, чтобы защитить Оливера. Квентин же хотел задать кучу вопросов о цели их поездки, но боялся в очередной раз показаться глупым, поэтому все, что он уяснил — им нужно зачем-то что-то узнать у некромантов, а в остальном лучше помалкивать.

Это была, пожалуй, первая их большая остановка с момента выезда из Эстера, Джоан и Квентин уже вернулись в мобиль, надеясь, что чем скорее они решат свои дела, тем быстрее вернутся домой. Но Дженнифер никак не хотела следовать их примеру, стоя на краю обрыва и смотря куда-то вдаль. Рыжая хранительница то и дело нервно косилась на некромантку и многозначительно вздыхала, но все же терпеливо молчала.

А Хоук неотрывно следил за Эфрейн, она куталась в свой кардиган несмотря на то, что здесь климат был теплее. Сама Дженнифер пыталась унять мандраж, который вызывала панорама родного города. Куда бы ни посмотрела Джен, буквально каждый угол Мармиати-Ай отзывался тупой болью в груди. Начиная с замка ее отца-тирана и брата-самодура, вырезанного в скале-надгробии, продолжая узкими и душными улочками, хранящими темные секреты некромантов, где инфанта прижималась к спине любимого перквизитора, сидя на заднем сидении его эфицикла, и заканчивая Чертогом Смерти на берегу, где Дженнифер в последний раз видела тело Ника, прежде чем оно исчезло в зеленых сполохах дыхания Нижнего мира.

Но все это меркло по сравнению с тем, во что превратился Мармиати-Ай. Даже посреди глубокой ночи виднелись следы от пожарищ и обрушившихся домов. Где-то и сейчас кружились клубы черного дыма, а воздухом, который и в былые времена казался невыносимо спертым, невозможно было дышать, не заходясь кашлем.

— Как ты мог это допустить, Эйден… — еле слышно вымолвила Джен, смотря на горницы отцовского замка, где теперь правил ее брат. — Это же наш дом. Был наш дом…

Еще в пути Дженнифер ощущала, как быстро таяла решимость, с которой она предложила помощь правителям Эстера. Несмотря на постоянные кошмары, прошедшие два года давали о себе знать — прошлое хоть и напоминало о себе, но со временем становилось блеклым и не таким пугающим. Однако дороги, по которым ехал Квентин, был теми самыми дорогами, по которым инфанта когда-то сбегала из Мармиати-Ай. По ним же Ник возвращал ее обратно, и по ним же Дженнифер уезжала, уже поклявшись отомстить Арнлейву за жизнь своего любимого. И чем ближе была цель путешествия, тем больше Дженнифер сомневалась, способна ли она сделать хоть что-то из того, что пообещала Леди, Дину, Клаусу, а вместе с ними и Николасу. Стоя сейчас на краю серпантина, Эфрейн чувствовала такое оцепенение, что, появись сейчас на дороге кто-нибудь из адептов Тьмы, Джен буквально не смогла ничего бы сделать для своей же защиты.

— М-может, ей нужна помощь? — осторожно подал голос Квентин, обратившись к Джоан.

— Понятия не имею, она сама себе на уме, — недовольно буркнула рыжая хранительница, терпение, которого и так у нее было немного, грозило вот-вот лопнуть. — Пойди да спроси у нее.

Хоук замешкался на несколько секунд, а затем вышел из эфикара и направился к Дженнифер.

— Стой, я же пошутила! — замахала рукой Джоан, в этой компании ей следует особенно быть осторожной в выражениях. Один сразу побежит исполнять приказ, другая подожжет все скверной.

Квентин, который так уверенно вышел из мобиля, вдруг резко остановился в паре шагов от некромантки. Что он ей скажет? Как вообще общаться с ней? За все время им удалось перекинуться лишь парой фраз, но, казалось, только сейчас Хоук понял, что перед ним не кто-нибудь, а наследница Мармиати-Ай, пусть и не получившая власть.

— Э-э-э… м-мисс… инфант-та? — пытался он подобрать слова, но как всегда решимость быстро покинула его.

От его появления Дженнифер вздрогнула и посмотрела на Квентина таким растерянным взглядом, словно увидела перед собой вурдалака.

— Прошу прощения, если нап-пугал… но… Я мог бы… не знаю… чем-то помочь вам?

— Помочь? — усмехнулась Джен, а сама мысленно взмолилась: «да, Смерть побери, увези меня подальше от этого места!». Но вслух ответила сухое: — Навряд ли…

Эфрейн снова повернулась в сторону обрыва, за которым еще дремал ночной город. Горизонт уже начала прорезать яркая полоса рассвета, делая все более четкими очертания родной обители, а вместе с ними и воспоминания, оставленные когда-то здесь.

— Я тоже не люблю возвращаться домой, — на удивление ровно произнес Квентин, сделав пару шагов. — И всегда радуюсь, когда этого удается избежать. Поэтому чаще брат приезжает ко мне в Эстер, чем я к нему, в Тэсс…

Хоук понятия не имел, зачем это говорит, разве инфанте Мармиати-Ай интересно, чему он там радуется или чего избегает. Даже в надежде обернулся на мобиль, вдруг Джоан Берч поможет спасти его из этой неловкой ситуации. Но Джоан и не собиралась выходить из мобиля.

Сама Дженнифер молчала, так ничего и не ответив Квентину, но про себя с удивлением подметила, что молодой хранитель удивительно точно понимал то, что она чувствует.

— Вы п-правда жили здесь? — Хоук решил, что уходить и оставлять ее одну будет совсем глупо, и предпринял попытку хоть как-то выкрутиться. — В этом замке? Он такой…

— Огромный? — хмыкнула Джен. — Древний? Красивый?

Хоук подумал над всеми тремя словами, конечно, эти высокие стены, башни и переходы, выточенные в скале, можно было описать именно так, но на языке у хранителя вертелось совсем другое слово.

— П-пугающий… — Квент взглянул на замок еще раз, и слегка поежился.

— Вот как? — удивленно покосилась на него Эфрейн.

— Он, простите, похож на склеп… очень большой склеп…

— Откуда ты знаешь, как выглядят склепы, если в Эстере нет захоронений?

— Я с-слышал