Напарники - Габриэль Норлэйн

— Первый вопрос. Ты тоже — его порождение?

— Кого «его»? Можно конкретнее?

— Извини, я не знаю имени своего создателя. У него одна рука-протез.

— А... Я понимаю, о ком ты. Нет, я не его порождение.

— Тогда, чьё?

— Я не понимаю... — скривился Артём.

— Все мы чьё-то порождение. Так, кто создал тебя? — настаивал Юнион. Существо смотрело сквозь Артёма, казалось, что видит все его мысли насквозь.

— Если говорить грубо — я порождение Габриэля.

— Так, всё-таки, ты тоже стал таким не по своей воле. Это роднит нас. Ещё нас объединяет одна черта — преданность своему создателю. Ты смог бы нарушить приказ своего создателя? — Юнион оживился, этот разговор приносил ему неподдельную радость.

— Отчего-то мне кажется, что врать тебе бессмысленно... — Артём тяжело вздохнул перед ответом. — Много раз. Я столько раз нарушал прямые приказы Габриэля, что всего не упомнить. Скорее всего, тебе интересно, какие были последствия?

— Да.

— Иногда ругал меня, изредка — не пускал к себе за стол, ещё реже — игнорировал пару дней. Самое серьёзное, что он мне делал — не сдерживался во время тренировок с оружием. Бывало больно, но мне эти уроки шли на пользу.

— Понятно, — Юнион повернул главную голову в сторону собора. — Прежде чем я выскажу тебе свой вердикт, ты должен кое-что знать. Это касается моего создателя. Если тебя напугали мои особые силы, которые ты видел в замке — беги. Беги так далеко, насколько сможешь. Когда устанешь бежать — закапывайся под землю, чтобы тебя не было видно. Мой создатель — нечто ужасное, что нельзя назвать однозначно живым существом. Если сравнивать нас и его, то мы, как минимум, слабее вдвое. Я смог серьёзно ранить тебя, хоть это и стоило мне огромных усилий. Создатель не даст тебе и шанса избежать смерти.

— Я уже встречался с ним. Дважды, если мне не изменяет память, — признался Артём, обдумывая услышанное от Юниона.

— И... Ты остался жив? Немыслимо! — на секунду показалось, что Юнион нервно посмеялся одним из своих лиц на теле.

— Так что ты решил, Юнион? — строго спросил Артём. — Не хочу торопить, но на ракетах может быть таймер автозапуска...

— Не может, а есть, — уточнил Юнион. — У нас есть около десяти минут до пуска, не волнуйся. Я скажу тебе свой ответ, а ты волен делать всё, что пожелаешь.

— Идёт, — кивнул Чернов.

— Мы посоветовались и решили: прислуживать мерзавцу под страхом смерти мы не станем. Юнион обзавёлся мечтой — мы хотим освободиться от такого существования. С чужой помощью или своими силами — не имеет значения.

— Это... Прекрасная идея, вообще-то! — оценил Артём. — Я ожидал, что ты начнёшь до последнего бредить службой своему господину, а ты вон какой... Разумный... Да, это слово, пожалуй, лучше всего тебя описывает. Если окажешься в безвыходной ситуации — можешь обратиться ко мне за помощью. Меня зовут Артём Чернов. Отыщи любой из наших офисов Гиперикум по всему миру — скажешь, что это моё особое распоряжение. Ты узнаешь Гиперикум по эмблеме с цветком зверобоя. Мой логотип ни с чем не перепутаешь.

— Мы благодарны. Надеюсь, что ты простишь нам... Одну слабость... — Юнион замер, по всей видимости, выбирал слова. — Мы исчерпали свои особые силы, когда пытались убить тебя. Всё это время, ты мог просто подойти к нам и голыми руками оборвать наши страдания. Но ты оказался тоже разумным. Спасибо, что выслушал. За проявленную к нам доброту, мы расскажем тебе, как обезвредить ракеты: твой единственный шанс — повредить реактивные турбины во время старта. Забей их чем-нибудь. Должно сработать. А мы воспользуемся тем советом, который дали тебе ранее. Неприятно признавать, но остатка наших сил хватит лишь на побег.

— Не важно, какой ты сделаешь выбор, Юнион, главное одно — это твой собственный путь. Надеюсь, у нас получиться встретиться снова, будучи не врагами.

— Спасибо, доброе существо Артём. И... Прощай! — Юнион взмыл в воздух и полетел прочь от замка. Чем дальше удалялся крылатый, тем сильнее менялась крепость вокруг. Непроглядное чернильное небо рассеялось, освещая утренним светом окрестности. Засохший бурьян и дикая растительность рассыпались. Стены замка начали принимать более современный вид: кладка кирпича явно принадлежала мастерам нового времени. Из старого заброшенного замка — он стал вполне себе приличным местом. Ужасы, что видел Артём — были всего лишь умелой иллюзией Юниона.

Артём повернулся к собору, на месте которого располагалась обычная круглая ракетная шахта, и кинулся туда сломя голову. Чернов спрыгнул в огромную дыру, пролетел порядка двадцати метров вниз мимо ракеты, а потом больно приземлился на дно шахты.

Парень переломал себе кости стоп и голеней, но даже бровью не повёл — дал команду паразиту на излечение, а сам пошёл по стальной лестнице к ракете, превозмогая боль. Турбина снаряда задымилась, двигатель начал свой запуск. Хоть ракета и была одна — её величина воистину впечатляла! По форме она напоминала городскую новогоднюю ёлку, ну может чуть подлиннее, если только. Турбин у ракеты было три, следовательно, повредить нужно было две из них, чтобы отменить запуск.

Ракета задрожала. От её стального корпуса отстегнулись крепления. Артём осмотрелся и вдруг понял: единственное, чем он может забить двигатели, чтобы саботировать запуск — это его собственное тело. Чернов ещё никогда не горел заживо, было очень страшно лезть руками в турбины — ведь сил на регенерацию без подпитки кровью оставалось мало.

— Жаль Мастер не рассказал мне, как сильно огонь вредит вампирам! — с насмешливой улыбкой сказал Артём. — Сейчас мы это — ПРОВЕРИМ ОПЫТНЫМ ПУТЁМ!

Артём запрыгнул на турбины и с силой засунул в выхлопное отверстие правую руку. Следом за ней — вторую руку в соседнее жерло. Уже спустя пару секунд, руки начало жечь. Металл раскалялся, а переработанное топливо циркулировало в тесном пространстве, не зная, куда ему деться. Артём скорчился от боли. Он уже не чувствовал свои руки по локоть, однако посылал сигналы телу, чтобы оно продолжало регенерировать. Ракета загудела, затряслась, и накренилась из-за последней рабочей турбины.

— Давай, сука! Взрывайся! Ааааааааааааааа! — завопил Артём, из последних сил сдерживая огненную мощь турбин. Двигатель загорелся, следом раздался оглушительный взрыв, заливая шахту волной пламени.

Эпилог.

Габриэль